Колыбельная виски (ЛП)

Я пытался быть дружелюбным, но она не прекращала попыток затащить меня в постель, и, в конце концов, я послал ее куда подальше, но она меня не послушала. Клянусь, временами она преследует меня, словно тень. Она делала все возможное, чтобы я видел в ней свою будущую девушку, но я никогда бы не позволил этому произойти. Есть только Джули, и она для меня единственная. Я скучаю по ней, по ее смеху, по тому, как загораются ее глаза во время оргазма. Черт, я просто скучаю по Джули.
Если я когда-нибудь верну ее, как мне объяснить произошедшее с Бек?
Я не могу утверждать, что не пьянствовал на протяжении последних девяти лет, потому что не хочу лгать. Я трахал многих незнакомых девушек, и, думаю, действительно получал удовольствие. По крайней мере, от тех, которых запомнил, но никто из них не может сравниться с моей Джули.
Каждую ночь я проводил с новой женщиной. Никогда не ходил на свидания, отдавая предпочтение коротким интрижкам. И я никогда не трахал этих девиц в своей квартире. Туалет в баре, переулок, пикап — не важно где, но только не дом, он у меня ассоциировался с Джули. Затем я всегда отправляюсь домой, и думаю о том, как поимела меня жизнь, и уже потом напиваюсь до беспамятства.
Сегодня семейный ужин у отца. Он затеял это после смерти мамы. Думаю, что этот ужин — полная хрень; уже чертовски поздно становиться примерным семьянином. Он должен был стать им еще при жизни матери, и, если бы он так и поступил, может быть, она была бы сейчас с нами.
Не поймите меня неправильно, я люблю своего отца. Люблю и всегда буду любить, но он много пил при маме. Если бы он не изменял ей, то она той ночью осталась бы дома, а не помчалась к тете Сью.
Я вижу разочарование в глазах отца, когда он смотрит на меня. Не совсем уверен, в чем именно он разочарован. В том, как я поступил по отношению к Джули, или в том, что сплю со всеми подряд. Или, возможно, в том, что у меня на ужин виски. Полагаю, что и то, и другое.
Я выхожу из пикапа и иду к дому отца. Я знаю, что мои братья уже здесь, и замечаю машину тети и дяди Джули, припаркованную с другой стороны. Не понимаю, почему отец так поступает со мной.
Неужели он не знает, насколько мне тяжело видеться с Маком и Энджи?
— Что сделал этот подонок? Как малютка Дженни?
Какого черта? Кто такая Дженни?
— Ты сказал Джули, что мы с Мэтти и Кристен будем так скоро, как только сможем? Держи Дженни рядом с собой. Я не хочу, чтобы ее сволочной муж приближался к малышке.
Моя Джули вышла замуж? У нее есть ребенок?
Сердце ухает вниз, и я чувствую, как желчь поднимается к горлу при мысли о том, что Джули — замужняя женщина. Это окончательно меня добивает. Часть меня хочет развернуться, и прикончить бутылку виски, в то время как другая часть хочет выяснить, что здесь происходит. Соблазн узнать правду побеждает.
— Что, черт возьми, происходит? — спрашиваю я, резко врываясь на кухню, где Мак разговаривает по телефону.
Джули
Я просыпаюсь от сигнала будильника.
Сейчас или никогда.
Лишь Богу известно, что это не первая попытка побега.
Я открываю глаза и осматриваю комнату, в которой нахожусь. Я была здесь раньше.
Оглядываюсь, и вижу свою дочь Дженни, спящую на одном из стульев, в руках она держит свою любимую куклу Лулу. Сестра моего мужа, Бетани, сидит на соседнем стуле и гладит Дженни по голове. Бетани замечает, что я проснулась, и бросается ко мне.
— Как ты чувствуешь себя, дорогая? — спрашивает она, взяв меня за руки.
— Я… эм… Я в порядке, — пытаюсь разговаривать обычным голосом, но это больше похоже на шепот. — Как моя малышка?
— Дженни в порядке, милая. Она была все это время со мной. Я сказала ей, что ты упала с лестницы, — Бетани обреченно пожимает плечами. Другими словами, Дженни не повелась на это.
— Сколько прошло времени?
— Три дня. Врачи хотели дать тебе снотворного еще на некоторое время. У тебя было ужасное сотрясение мозга, но сейчас все хорошо.
Три дня. Черт! Все будут волноваться.
 
Я снова смотрю на крепко спящую Дженни. Она выглядит в точности как ее отец, и я не могу не думать о Джейсе каждый раз, когда смотрю на нее.
После побега из дома в Теннесси я оказалась в Канзасе. Кристен училась здесь в колледже, и я хотела быть рядом с ней.
Я записалась на курсы, и ночевала на полу в комнате, где жила Кристен в общежитии. К счастью, Бетани, соседка Кристен по комнате, была милой и тихой девушкой, даже тише меня. Умопомрачительная красотка с рыжими волосами и голубыми глазами. Бетани никогда не жаловалась на то, что я жила с ними, и стала моей близкой подругой. Не представляю, что бы я без нее делала в течение последних девяти лет.
Я думала, что не буду сильно страдать, оставив в прошлом любовь всей своей жизни. Но вскоре убедилась в обратном, и в том, что невозможно убежать от депрессивных мыслей, когда врач сообщает тебе о беременности.
Я не знала, что беременна, когда уходила от Джейса.
Поначалу я даже не осознавала, что у меня задержка, а когда поняла, то просто не обратила на это внимания. Я была разбита, узнав о Джейсе и Бек, и предположила, что это последствия стресса. В больницу я обратилась после того, как начались ежедневные приступы тошноты. К тому времени я была уже на третьем месяце.
Мне было ужасно страшно. Я не знала, как буду обеспечивать себя и ребенка без помощи семьи, но знала точно, что не вернусь домой в Кромвель.
Если я снова увижусь с Джейсом и Бек, то не думаю, что к тому времени Джейс будет готов к отцовству.
Когда я рассказала своей семье и отцу Джейса о ребенке, они попросили меня не приезжать и пообещали, что помогут мне всем, чем надо, а вот Джейс пока не готов стать отцом. И на вопрос, когда я должна сказать ему о беременности, они просили меня подождать. Никто не говорил мне, что происходит с Джейсом, и я, не выдержав молчания, позвонила Мэтти. Он сказал, что после моего ухода Джейс пал духом: начал частенько выпивать и собственноручно ломать свою жизнь. Другими словами, он напивался, и трахал все, что движется.
Я не хотела, чтобы Джейс испытывал боль, но часть меня считала, что он это заслужил. Джейс не просто ранил меня, а разбил мне сердце. Временами я задаюсь вопросом, был ли тот случай с Бек его единственной ложью, и понимаю, что не был. Я помню те ночи, когда он не ночевал дома и приходил утром, пропахший виски и женскими духами. У него всегда было оправдание, так что дальше я не докапывалась.
Господи, какой глупой я была. Как я могла думать, что он любит меня?
Мне потребовалось три года, прежде чем я двинулась вперед. Впервые встретив Дина, брата Бетани, я поняла, что он хороший парень. Он был не так красив, как Джейс, зато очень милый. Темно-русые волосы и темно-синие глаза сразу же привлекли мое внимание. Добавить к вышеперечисленному сексуальное тело, и, да, Дин был сливками на торте. Но он был не так прост, как может показаться. Дин только что закончил медицинский колледж и приступил к практике в небольшом гинекологическом центре, находящемся в часе езды от Канзаса. И, наконец, он был просто невероятно заботливым с Дженни. Дин был парнем, о котором мечтали все девушки.
Через несколько месяцев его ухаживаний я сдалась. Бетани пыталась предупредить меня; она вела себя странно, когда Дин находился рядом, но никогда не объясняла причину своего поведения. Просто продолжала повторять: «Мой брат не такой, каким ты его представляешь». Жаль, что я ее тогда не слушала.
Дин был замечательным парнем: заботливым и внимательным по отношению к Дженни. Когда мы отправлялись на прогулку, то непременно в парк или зоопарк. Он даже водил нас в Парк развлечений, и целый день катался на детских аттракционах с Дженни. Я думала, что он будет прекрасным отчимом.
Я не любила его; он казался мне счастливым лотерейным билетом. Не было никаких бабочек, никакого сумасшедшего сердцебиения. Я не была уверена, что смогу полюбить кого-то также сильно, как Джейса.