Последний ранг. Том 2 (СИ)

Образ призрака позволил мне оказаться рядом с этой хитрой стервой за долю мгновения, ну а затем в ход пошёл уже мой меч. Я не стал убивать эту Ведьму, но сделал так, чтобы она выбыла из борьбы: рубанул её по голеням сзади, а затем отшвырнул эктоплазменной волной в сторону.
Заодно хорошенько обжёг ей кожу на лице. Возможно, у этой твари останутся шрамы в память о том, что нельзя победить, убивая исподтишка.
С визгом девушка пролетела ползала, ударилась о стену и потеряла сознание, обмякнув на полу.
Никто не обратил на неё внимания. Лишь хозяйка бала Лидия Соломина бросила брезгливый и скучающий взгляд в сторону выбывшей некромантки и снова вернулась к своей задаче — величественно наблюдать с балкона.
Виринея, кстати, даже не заметила, что только что чуть не погибла.
Она была слишком увлечена призывом.
Её руки в белых перчатках тянулись вверх, а пальцы чуть подрагивали. Она шептала ритуальный призыв и всё больше погружала сознание в бездну Эреба. Топор на её поясе источал пыльный туман, а с лезвия сочилась смола — настолько густой была концентрация силы вокруг оружия.
Тем временем тени, что кружились вокруг колонн зала, начали собираться вместе, образуя один гигантский дух. Он обретал вид демона-ворона: длинный иссиня-чёрный плащ, маска с клювом, красные глаза и крылья… огромные вороньи крылья.
Вот теперь не осталось сомнений — этот дух призвала Виринея.
Но несмотря ни на что, пары продолжали танцевать, проносясь мимо по кругу, а оркестр играл вальс, отсчитывая ровный ритм.
Раз-два-три. Раз-два-три.
Казалось, ничто — даже приход самого Вельзевула из ада — не сможет сбить танцующие пары с ритма.
Хозяйка Бала Мёртвых была довольна.
Она улыбалась. А ещё — наблюдала за Виринеей. Девушка в розовом платье заинтересовала Лидию Соломину, хоть та и старалась не выдавать своего излишнего внимания.
Ну а моё дело было маленьким — отбивать Виринею от врагов, пока она всё это вытворяла. Одной рукой я рубил мечом, а второй — отправлял щиты на защиту девушки.
Краем глаза наблюдал ещё и за остальными.
Мужчины, что сопровождали других претенденток на статус, тоже отбивались от теней и защищали своих спутниц, как и я. Сверкала и вспыхивала магия разных путей, но чаще сражались друиды, гладиаторы и маги стихий Пути Физис, в основном огонь и воздух. То и дело мелькали вспышки и проносились огненные змеи, шипели воздушные кулаки, мерцали древесные мечи и копья.
Что же до женщин, сопровождающих кандидатов на статус Тёмных Господ — то там было всё ещё жёстче. Они не только сражались с призванными духами, но и между собой. И когда такая схватка происходила, то заканчивалась чьей-то смертью.
Спутницы были готовы костьми лечь, лишь бы протащить своего кавалера до статуса Тёмного Господина.
Это было принципиально.
Остальные же — те, кто ни на что не претендовал — просто продолжали танцевать. Кровь вокруг них текла рекой, умирали люди, хрипели от боли раненые, рычали призванные духи, вспыхивала ударная и защитная магия, но непричастных никто не трогал. Лишь на всякий случай каждая такая пара создала защиту от атак — на них имелась магическая броня по типу своего Пути.
Тем временем призванный Виринеей дух-ворон уже уничтожал остальных духов.
Он врывался в их скопления, рвал и убивал, или вылавливал противников по отдельности. Его красные глаза мерцали во мраке зала, а крылья бесшумно поднимались и опускались, обдавая холодом.
Но вдруг в самом разгаре битвы на ворона налетел другой призванный дух. Ещё больше размером.
Он был похож на длинного змея с собачьей головой. С рычанием тварь вцепилась в шею духа-ворона и сшибла его в сторону. Началась схватка. Два призванных существа метнулись к потолку и продолжили бой уже там.
Они то пропадали в тенях, то появлялись снова. Люстры покачивались, гремели и дребезжали стеклом, угрожая свалиться на гостей. Лампы в зале искрили, некоторые из них взрывались и гасли. Лишь зелёный огонь на скульптуре горел ровно и спокойно, даже по-мёртвому равнодушно.
 
А твари всё бились.
Глазами я искал того, кто призвал дух змея с шакальей головой, и то что это должен быть один из сильнейший магов Пути Эреба, не оставалось сомнений.
Через несколько секунд мой взгляд всё-таки отыскал в хаосе зала того, кто это сделал.
Точнее, ту.
Анастасия Баженова стояла точно так же, как Виринея — подняв руки в черных перчатках к потолку, а над ней зеленело сияние.
Две Ведьмы находились друг от друга по разные стороны зала и отправляли на бой только своих призванных духов, а те дрались насмерть. Они сминали под собой мелких существ, расталкивали их и метались под потолком гигантскими чёрными массами.
При этом дядя Виринеи делал свою работу точно так же, как и я — защищал свою спутницу.
Толстяк стоял в своём нелепом смокинге и махал мечом за спиной у Анастасии. Профессор явно давно не тренировался с оружием, больше доверяя своему помощнику Юлиану, которого сейчас с ним не было.
Бутоньерка Воронина пестрела брызгами крови, как и костюм, но по его лицу было видно, каких моральных усилий ему стоит защищать ту, что сражается против его родной племянницы.
Профессор порой кидал на меня взгляды, и в них читалось лишь одно: «Не дай в обиду Виринею. Можешь прикончить меня, если понадобится. Но пусть она выживет. Только она! Мне плевать на эту рыжую стерву!».
Анастасия вдруг зашлась в хохоте.
Её дух-змей подмял под себя духа-ворона, обвил его телом.
С потолка полетели перья. Чёрные и плотные, они падали на гостей и растворялись в холодном воздухе. Призванный дух Виринеи постепенно терял силу вместе с перьями, истончался и уходил в небытие.
Виринея повернула голову и посмотрела на Анастасию, которая стояла в другом конце зала.
— Нет, не выйдет, рыжая тварь, — процедила она и развела руки в стороны, применяя другую тактику некроманта.
Внезапно призванный девушкой дух-ворон взорвался перьями, и на его месте появилось сразу два духа. Точно таких же.
Они закаркали и с двух сторон навалились на змея. Тот заметался, извиваясь хвостом, его чешуя приподнялась, а шакалий рык постепенно превратился в щенячий скулёж.
Бой продолжился.
Одна из люстр всё-таки не выдержала и с треском рухнула на пол. Прямо посередине зала.
Никто этого будто и не заметил.
Непричастные к бою продолжали свой жуткий вальс, а хозяйка бала как ни в чём не бывало наблюдала с балкона и улыбалась. Только теперь она не сидела в кресле, а стояла, уперев руки в перила. Женщина больше не скрывала своего азарта: только что на её глазах в схватке схлестнулись две сильных Ведьмы, и кто из них победит, было интересно всем. Даже безучастный муж графини Соломиной встал с ней рядом и уставился на бой внизу.
Как долго всё это должно было длиться, никто не знал. Кроме хозяев бала, конечно.
Вальс продолжался.
Я всё так же стоял за спиной Виринеи и прикрывал её от атак, а она управляла своими воронами. Никто из конкуренток, кроме Анастасии, к ней больше не лез, а сама Виринея даже не оглядывалась назад и не смотрела по сторонам, полностью доверив мне свою защиту.
Она знала — призрак-сидарх за её спиной никого к ней не подпустит.
Неожиданно графиня Соломина подняла руку, давая понять оркестру, что пора бы заканчивать вальс. Она будто специально оборвала бой Анастасии и Виринеи, чтобы оставить двух конкуренток на десерт.
Обе девушки порядком выбились из сил, так и не выяснив, кто из них могущественнее, и в конце концов убрали призванных воинов. Вороны взорвались перьями и исчезли, а змей закрутился вокруг одной из люстр и юркнул в открывшуюся бездну Эреба.
Когда все призванные духи покинули зал, а свет ламп пробился сквозь мрак, то напряжение немного спало.
Однако расслабляться всё равно было рано.
Эту ошибку совершила одна из пар. Они посчитали, что всё уже закончилось, и улыбнулись друг другу, собираясь обняться. Это были как раз те самые пожилые граф и графиня Латынины. Граф претендовал на статус, а супруга его сопровождала.