Последний ранг. Том 2 (СИ)

В тот самый момент, когда Латынин уже хотел обнять жену и снова продолжить танец, в него полетела тонкая и длинная игла. Она будто возникла из воздуха. И кто её выпустил, не увидел никто, даже я.
Это была очень умелая и быстрая атака.
Но моё зрение всё же уловило блеск иглы, а тело отреагировало моментально, хотя защита графа Латынина не входила в мои задачи. Я просто не смог смотреть, как происходит очередное убийство исподтишка.
Мой эктоплазменный щит отшиб иглу в пол, прямо под ноги графу.
Послышался еле уловимый звук удара, и подлое оружие осталось торчать, испустив чёрный отравляющий дымок.
Граф опустил взгляд себе под ноги, на иглу, и побледнел. Его жена тут же прикрыла мужчину собой, выискивая глазами того, кто провёл атаку, но никого так и не смогла обвинить.
Граф же нашёл взглядом именно меня — того, кто его спас.
Он сощурился и кивнул, благодаря меня за помощь. Её на Балу Мёртвых обычно никто и никому не оказывает. Возможно, я был первым.
Внезапно цепкие пальцы обхватили мой локоть.
— Ты что творишь, Бринер⁈ — тихо, почти бесшумно, прошипела Виринея. — Ты нарушаешь правила! Нельзя помогать другим претендентам!
Она произнесла это неслышно, но, казалось, наорала во всю глотку. Вид у неё был такой, будто она меня сейчас растерзает.
Я ничего не ответил. Вместо этого привлёк её к себе и продолжил танец, будто ничего не случилось и не было адского хаоса с духами, смерти и крови. Вальс ведь никто не отменял, а музыка продолжала играть, мягко и ритмично.
Раз-два-три. Раз-два-три.
Только не хватало пяти пар.
Они исчезли.
Даже та блондинка в голубом платье, которую я отшвырнул в стену, уже не лежала на полу. Её вообще будто никогда не существовало — настолько быстро слуги убрали тех, кто не прошёл испытание вальсом.
Из претендентов на статус осталось только семь мужчин и шесть женщин. Что случилось с остальными — умерли они или были ранены — осталось неизвестным.
Вальс наконец завершился.
И как только музыка стихла, то по залу опять засновали слуги с напитками. Камергеры-големы принялись убирать упавшую люстру и стирать следы крови со стен и пола.
Виринея тем временем остановила одного из официантов и сгребла с его подноса сразу два бокала с шампанским. Один молча сунула мне в руку, а второй опрокинула в себя, как заправский алкаш — так быстро и жадно, будто не могла утерпеть.
Ей было плевать, как это выглядит и что в высшем обществе так шампанское не пьют.
Выдохнув, девушка поставила бокал на поднос и посмотрела на меня.
— Твои перчатки, Алекс… надо поменять.
Я глянул на руки.
Действительно.
Мои белые перчатки были забрызганы кровью, как и обещал мне профессор Воронин.
Поставив нетронутый бокал с шампанским на поднос, я подозвал камергера-голема, которому отдавал запасные печатки перед началом бала, затем быстро переодел их и оглядел зал.
Гости разбрелись кто куда. После такого вальса надо было отдохнуть и прийти в себя.
Я продолжал выискивать глазами Волота, снова косясь на графа Соломина — тот тяжело дышал, обмякнув в кресле, чем вызывал у меня ещё больше подозрений, но делать выводы пока было рано.
Волот скрывался от меня и тянул время. Возможно, проявлял отцовские чувства и позволял своей дочери вдоволь наиграться на Балу… а может, и нет.
«Абу, есть новости?» — мысленно обратился я к своему фантому.
Тот ответил не сразу, а где-то через полминуты. В это время Виринея сгребла с подноса ещё и мой бокал с шампанским, после чего тут же отхлебнула половину.
«Пока ничего, хозяин! — отозвался наконец Абубакар. — Мальчика-пророка не нашёл. Видел только слуг и гостей, которые проходили через ворота. Но я ищу, дворец-то огромный! Вообще оргазм какой огромный!».
«В первую очередь ищи мальчишку, — велел я. — Волота я сам вычислю».
«Понял, хозяин! Буду на связи! Ура! — бодро объявил Абу. И добавил не без удовольствия: — Сделай этим некромантам шпили-уили! Ха-ха!».
Внезапно у меня под ухом заговорила Виринея, и голос у неё был очень недовольный.
 
— Посмотри-ка на неё… — поморщилась она, косясь в сторону одного из столиков в углу.
Там, в окружении высокородных дам, стояла Анастасия Баженова.
Она обмахивалась красным веером, улыбалась и беседовала с гостями. Вся такая милая, чтоб её. По виду даже не скажешь, что несколько минут назад она пережила серьёзный риск быть убитой.
На самом деле, мне было важно, насколько цела и невредима дочь Волота, хотя её защита на Балу не входила в мою сделку с Волотом. Я уже сделал то, что было нужно — привёл Анастасию на Бал Мёртвых без единой царапины. Что же касалось профессора Воронина, то он свою часть сделки тоже выполнял безукоризненно: пришёл с Анастасией как сопровождающий и защищал её, как умел.
Теперь свою часть сделки должен был выполнить сам Волот.
Я снова оглядел зал, выискивая глазами и вычисляя своего врага, и тут вдруг снова услышал отчаянный голос Абубакара. Фантом был явно взволнован, потому что заорал так, что меня оглушило:
«ХОЗЯИН! ОН ЗДЕСЬ! МА-АЛЬЧИК!.. ОН ИДЁТ К БАЛКОНУ! ОДИН!.. Я ВООБЩЕ НЕ ПОНЯЛ, КАК ЕГО ПРОСМОТРЕЛ!..».
На это сообщение я даже бровью не повёл, лишь снова оглядел зал почти безразличным взглядом, затем задрал голову и глянул на балкон, будто по привычке, а не намеренно.
Оттуда за мной и Виринеей пристально наблюдала хозяйка бала, Лидия Соломина. Она была улыбчива и величественна, как всегда.
А рядом с ней действительно появился Феофан.
  
Книга 2
 
Эпизод 27
 
Да, это был Феофан.
Спокойный и холёный, в смокинге и белых перчатках. Единственное, что выбивалось из строгого протокола — это уже знакомый мне значок на лацкане пиджака. На нём был изображён мультяшный хомяк.
Увидев его, я внутренне улыбнулся, вспоминая, как впервые увидел мальчишку в пекарне у Мефодия.
Феофан стоял ровно, как столб, и тоже смотрел с балкона на гостей, как и хозяйка бала. Сейчас язык бы не повернулся назвать его безродным сиротой. Исчезла его привычная дерзость и деловитость, даже рыжие волосы и веснушки будто потускнели. Он превратился в послушного заложника.
Мальчик выглядел целым и невредимым, но что творилось у него на душе, я бы не смог сказать наверняка. Парень даже слегка улыбался, будто весь этот кровавый бал ему нравился, и он явился сюда добровольно.
Хозяйка бала тоже улыбалась.
Лидия Соломина придерживала мальчика около себя, по-хозяйски положив руку в перчатке ему на плечо, будто Феофан был её сыном.
Я внимательно присмотрелся к женщине. Мог бы Волот переселится в её тело из тела Нелли?
Вполне мог.
Это тело сильного мага и, скорее всего, потомка горных некромантов. Но с другой стороны, выглядела женщина слишком уж бодрой и здоровой, а ведь переселение лишило бы Волота части сил, а он и без того был в плохой форме.
Я быстро перевёл взгляд на супруга графини Соломиной, графа Николая, который стоял рядом и не обращал никакого внимания на Феофана.
А вот этот человек больше походил на того, в кого мог вселиться Волот. Мужчина выглядел ослабленным и безучастным, будто еле справлялся с желанием плюнуть на всех и прилечь от усталости.
С другой стороны, Волот мог так и остаться в теле Нелли и скрываться там же, где прятал Феофана, а весь этот маскарад должен был лишь отвлечь моё внимание.
Сам же Феофан на меня не смотрел. Он оглядывал зал и любовался красотой интерьера, пышностью платьев и роскошью костюмов.
И тут меня ткнули локтем в бок.
— Алекс, это что, Феофан?..
Виринея с ужасом уставилась на мальчика, но я тут же привлек её к себе и повернул спиной к балкону. Затем наклонился к уху девушки.
— Так надо. Не волнуйся, всё уже…
— Бринер, что происходит, чёрт тебя подери! — зашипела она мне в лицо. — Ты можешь мне сказать⁈
Я пристально посмотрел ей в глаза.
— Просто делай то, что ты собиралась делать. Проходи испытания Бала. Остальное — уже моё дело. Феофана держит в заложниках Волот. Мальчика нужно обменять на Анастасию, она дочь Волота. Твой дядя защищает её сегодня, потому что это условие сделки.