На морских дорогах (СИ)

— Пошшшады! Довольно!
— Подчинись мне! — почти прорычал змей с гребнем на спине и плавником на хвосте — Или развоплотись!
— Я признаю твою власссть и прошу прошшшения за свою дерзосссть — смиренно проговорила змея.
— Слово принято — отозвался змей.
А после этого за несколько секунд вновь перетёк в человека, пока кобра уменьшалась в размерах и изменялась. Её голова при этом обрела форму верхней половины молодой девушки, прежде чем просто раствориться в воздухе вместе с хвостом рептилии. Дикарь же подошёл к Ён Сулю и опять произнёс:
— Дай руку.
Бывший монах подчинился и вдруг обнаружил себя в своей каюте. Голова у него нещадно болела, всё тело ломило, а в суставы как будто загнали острые иглы. Рядом вновь был ассон с длинными ушами, который поднялся из небольшого ритуального круга со словами:
— С возвращением, воин. Не пить больше всякую дрянь.
Сказав это, он вышел, а через секунду в каюту буквально влетели племянница и племянник с криком:
— Дядя!
— Оууу — слегка простонал Ён Суль, когда его обняли в четыре руки — Я тоже рад вас видеть.
— Ой — пискнула при этом Чон Сю Хэ, встав ровно, как полагается благовоспитанной девушке и одёрнув брата — Мы не хотели причинять вам боль, уважаемый Чон Ён Суль.
— Прекрати, всё в порядке — фыркнул бывший монах — Лучше расскажите, что произошло пока я спал и откуда взялся здесь этот ассон?
Племянница и племянник переглянулись, а затем начали рассказ. Выходило, что капитан одной из лучших джонок семьи Чон их предал, сговорившись с пиратами. Он привёл в недееспособное состояние лучшего воина на борту, а затем видимо подал подельникам весточку. Ну а может они заранее договорились о месте и времени. Так или иначе, но на джонку было совершено нападение и оно почти увенчалось успехом, учитывая предательство части экипажа. Однако на беду пиратов рядом оказался драккар северных варваров, которые не изменяли своей привычке влезать почти в любую драку, которую видят. Корабль дикарей доставил их к двум сцепившимся судам сяньцев, которые успели изрядно друг друга потрепать, а дальше началась резня.
Ассоны ворвались на чужую палубу, как мантикоры в овчарню, кидаясь во все стороны заклинаниями и рубя своими топорами всякого, кто вставал на пути.
— Заклинаниями? — переспросил Ён Суль племянника, когда тот начал излишне увлекать со своим рассказом.
— Ага — быстро ответил тот — У них аж девять оммёдо, представляешь? Тут молнии и сгустки холода так и летали! А в конце мне даже дали разбить ледяную статую пирата! Правда я только по ноге смог ударить, уж больно тяжёлые у них топоры, выше не поднял. Но пират о палубу прям вдребезги разлетелся! Быдыщь и куча осколков!
Переварив информацию, бывший послушник перевёл взгляд на девушку, попросив одним взглядом прояснить ситуацию. Черноволосая Сю Хэ кивнула, проговорив:
— Всё так и есть. Ассонами предводительствует оммёдо, который лечил тебя. Он же порубил многих пиратов сталью и убил магией. Остальные восемь чародеев ему подчиняются и скорее всего являются бывшими учениками…
Девушку весьма недурно воспитывали и не просто так отправили побывать в дальней фактории в столь юном возрасте, подмечать факты и думать головой она умела. Как впрочем и чётко излагать свои мысли. По всему выходило, что они случайно встретились с очень странными северянами. Но как бы там ни было, а те спасли их, забрали джонку пиратов, как трофей, а так же держат у себя пленных, которых готовы отдать им за вознаграждение. Капитан наверняка не единственный предатель в их торговом доме, он может знать других крыс и их способы связи с пиратами, стоит такая информация не мало, но платить наверняка придётся. Иное в отношении спасителей членов семьи Чон было бы потерей лица.
  
Прояснился и момент с его отравлением. Строго говоря использован был не яд, а ёкай, который напал на тонкое тело Ён Суля. Оммёдо таких действительно умеют изгонять, но бой лучший боец на торговом судне пропустил, как и планировал предатель. Вообще всё было организовано на удивление грамотно и если бы не удачная случайность их участь была бы не слишком хороша. В итоге скорее всего их бы выкупили, отдав огромные деньги или что похуже, если пиратов нанял кто-то из конкурентов. Но племяннице дорога была бы скорее всего в монастырь, вряд ли бы кто-то поверил в её невинность после бандитского плена. Ён Суль же мог бы готовится к ритуальному самоубийству, так как подвёл младших родичей. Ну или мог уйти в монастырь до конца своих дней, став кающимся монахом. Так себе перспективы.
Зато теперь всё было довольно неплохо, если не считать того факта, что шли они не в Бас Ан Эс, а в Кар Ан Таж, где позиции дома Чон послабее, зато обитает небольшая община ассонов. Видимо им не сильно доверяли и предпочитали подстраховаться перед торгами, что было слегка обидно. Но с другой стороны Ён Соля сначала пытались исцелить две чародейки, а затем за дело взялся главный оммёдо, сразившийся ради его благополучия с сильным якаем. Ему ли жаловаться?
Так что оставшуюся дорогу воин духа собирал информацию, а по прибытию в город отправился в торговое представительство семьи Чон, первым делом отправив письмо деду и лишь затем позволив себе омывение, сытный обед и здоровый сон. На следующий же день Ен Суль залез в закрома своего временного пристанища, выбрал подарки, взял своих младших родичей с охраной и отправился в ассонскую слободу. Встретили их там не очень ласково, но всё таки пропустили внутрь. А вот экипаж искомого драккара со своим предводителем нашёлся как ни странно не в кабаке, а на тренировочной площадке, отрабатывая индивидуальные схватки, групповые стычки и стрельбу из арбалетов с их быстрой перезарядкой. Деревянные клинки сталкивались с сухим треском, стальные болты впивались в мишени, кое-где мелькали магические вспышки, не сильно, но явно обозначая атаки. Хедвиг ассов же нашёлся на краю площадки, где что-то объяснял каким-то мастеровым. К нему Ён Суль и направился, проговорив на ассонском с поклоном:
— Приветствую тебя, друг мой.
— И я приветствую тебя — вежливо кивнув, отозвался оммёдо на сянском. Как знал бывший послушник, служитель северных богов довольно неплохо мог произносить самые ходовые фразы, но в иных случаях частот путался в глаголах.
— Рад видеть тебя в добром здравии. Надеюсь ты примешь от нас дары дружбы и благодарности — продолжил тем временем молодой мужчина, пока пара охранников вынесла традиционные подношения. Меч воина, расшитый жемчугом платок для его женщины и книга в богатом — источник мудрости.
— Отрадно видеть такую щедрость — кивнул им собеседник уже на родном наречии, было заметно, что разговор его уже заранее тяготит. Однако церемониал он по всем признакам знал и продолжил — Обещаю использовать сей меч для защиты слабых в соответствии с мудростью небес. И буду рад преподнести вам ответные дары дружбы. А теперь прошу вас быть моими гостями.
— Для нас это предложение честь — вежливо кивнул Ён Суль.
Вскоре они все заняли места на небольшой террасе корчмы, где остановился экипаж спасшего их драккара. Ассоны не то чтобы переняли обычаи сяньцев, беседок для чайных церемоний у них так и не появилось, но однако возможность испить приятный напиток на свежем воздухе тут всё же была. Только вот бывший послушник не был уверен, что его стоит звать именно чаем, там определённо присутствовали ягоды и что-то ещё. Да и навыки чайной церемонии в исполнении ассона напоминали попытку медведя танцевать в посудной лавке. Однако никто ему на это не указал, предпочтя просто принять подобное, как попытку вежливости. Ей же вероятно был и короткий разговор о погоде, который в итоге был прерван закономерным вопросом: