Альфарий: Голова Гидры (ЛП)

Вот в чём заключается проблема систем. Если вы сможете проникнуть внутрь незамеченным, то, как только вы в ней окажетесь, шанс что вас обнаружат становится ещё меньше.
В Неделле братья Синан передавали груз другим подрядчикам, из местных. Неразбериха из-за бюрократии, которая уже грозила стать отличительной чертой Империума, приводила к тому, что истинное происхождение и содержимое контейнеров было сравнительно легко скрыть от любого проверяющего, при условии, что у него не хватало терпения на то, чтобы копаться в деталях. Даже если содержимое попадет не в те руки, будет довольно сложно установить, откуда именно прибыл груз, а те, кто доставляют его во дворец, не смогут предоставить каких-либо подробностей. Еще один кусочек головоломки, который мне пришлось расшифровать, прежде чем начать операцию.
Я подозревал Малкадора. Завалить потенциальных врагов бумагами было в его стиле. Всё усложнить, чтобы таким образом скрывать тайные операции — тоже походило на его работу.
Именно в Неделле мой добровольный транс прервался, и я снова полностью пришёл в себя. Если бы возникла угроза, например, вскрытие контейнера, я бы проснулся в тот же момент, но этого не произошло. Теперь я ехал в темноте, прислушиваясь к отдаленному шуму дороги и оценивая наше восхождение в Гималазию по времени, углу наклона контейнера и нашему курсу по компасу. Чем ближе вы подходите к Императорскому дворцу, тем меньше становится маршрутов, ведущих к нему, так что, предварительно запомнив их, я смог с легкостью определить по какой дороге мы ехали. Резкий поворот, когда мы поднимались по склону горы, пустота, ревущая под нами, когда мы пересекали сводчатый мост — все это служило прекрасным ориентиром для такого как я. Так что, когда мы приближались к могучим, еще не завершенным «Львиным Вратам» и когда мы проходили через них, я точно знал, где нахожусь.
Императорский дворец тогда был гораздо меньше, чем сейчас, но все равно оставался гигантским, а количество въезжающих и выезжающих было больше, чем смог бы контролировать разум смертного. Груз, частью которого я был, имел соответствующий пропуск, чтобы его можно было пропустить без досмотра и доставить к месту назначения без каких-либо проверок.
Система, понимаете?
Контейнеры выгружались с помощью магнитного подъемника, поскольку они были слишком тяжелы и громоздки, чтобы их смогли двинуть даже самые сильно модифицированные сервиторы. Я слышал глухие удары и лязг, когда магнитные заслонки соединились и ощутил дрожь, когда контейнер, в котором я прятался, был поставлен на место с необычайной осторожностью. Затем пол подо мной начал опускаться. Меня несло вниз, в лабиринт из катакомб и комнат, которые пронизывали скалу под Императорским дворцом. В городе было тщательно спрятаны входы и лифты, которые были способны доставить боеприпасы Астартес незаметно для тех, кто не должен был знать об этом; это было потенциальное слабое место, которое нужно устранить.
Я опустился вниз метров на триста, возможно чуть более. Как только спуск закончился, мой контейнер снова переместили, еще на сто пятьдесят метров к северо-западу. Когда движение прекратилось, я прислушался, прижавшись как можно ближе к крышке. Звуки движения, лязг и скрежет других контейнеров, перемещаемых на своих местах, прекратились. Я услышал, как удаляются машины. Затем, спустя минуту, я услышал тихое шипение гаснущих могучих дуговых люменов, чье освещение более не требовалось, а затем и вой мощной гидравлики, сопровождаемый металлическим стуком, который я распознал как закрывание двери.
Насколько я смог определить, сейчас некому было увидеть, как я вылезаю из контейнера. Пришло время это проверить.
Контейнер, конечно же, всё ещё был заперт и, естественно, внутри не существовало никакой консоли, но выкрутить болты, удерживающие его закрытым, для меня не составляло никакой сложности. Это было так же легко, как и когда я закрывал контейнер за собой. Затем я осторожно толкнул дверь и выскользнул наружу, держа в правой руке тонкий, сбалансированный метательный клинок.
 
Моё тело прекрасно функционировало, несмотря на дни бездействия. Большинство людей не повторили бы этого, но я был готов поспорить, что найдутся другие, кто смог бы совершить подобный подвиг. Меры предосторожности Вальдора были действенны против врагов-людей, но было бы крайне глупо предполагать, что все наши враги будут простыми людьми.
Камера хранения была полностью погружена во мрак, прорезаемый лишь слабым светом индикаторов питания. Мои чувства были во много раз острее, чем у обычного человека, но даже несмотря на это, мне приходилось непросто. Я вытащил фото-очки, которые выдали мне Синаны, чтобы лучше видеть потенциальные угрозы в темноте, и натянул их. Пространство помещения окрасилось в зеленоватый оттенок.
Я никого не видел, не слышал хрипа дыхания, не чувствовал запаха пота. Я был один.
Я снова запер контейнер, потому что маскировка заключается не только в том, как скрыть себя в настоящем, но и в том, что не следует оставлять следов из прошлого. К сожалению, мой выход из этого места не получится так легко скрыть. Мои сравнительно большие размеры исключали возможность протиснуться через воздуховоды или вентиляционные системы. Я собирался воспользоваться дверью, хотя это и раздражало меня, так как я не мог знать, есть ли снаружи охранники и не вызовет ли активация двери тревогу. С другой стороны, если сюда прибудут войска, чтобы выяснить, кто крадет секретные боеприпасы, они никого не найдут внутри. Даже в Императорском дворце технические сбои не были чем-то неслыханным.
Я активировал дверь и вышел. Коридор был пуст.
Многие люди, преодолевшие имперские системы безопасности, направились бы вовнутрь, к самому Святилищу Империалис. Я этого не сделал. Я направился обратно тем же путем, каким прибыли контейнеры, руководствуясь врожденным чувством определения направления. В ста сорока метрах к юго-востоку я обнаружил еще одну дверь, которая вывела меня к лифту, которой привел меня сюда, и направился на нем обратно на поверхность.
Должен признаться, я не ожидал увидеть с другой стороны двери одетого в золото Кустодия, который с вызовом направил на меня свое копье хранителя.
— Назови се…
Окончание слова была прервано, когда мой метательный клинок погрузился в его горло.
Легио Кустодес очень крепки. Болтер на конце копья заговорил, посылая реактивные снаряды в то место, где мгновение назад была моя голова, потому что я качнулся вправо еще до того, как клинок покинул мою руку.
Я немедленно сократил расстояние до него, потому что, как бы быстр я не был, я не мог обогнать болтерные снаряды, которыми стрелял воин. Он активировал силовой клинок своего копья со скоростью мысли и направил его на меня, но я уже поймал оружие за рукоять и ударил его спиной и бедром.
Кустодии большие, сильные воины, даже более крупные, чем Легионес Астартес, но хотя этот немного и превосходил меня ростом и был нагружен дополнительным весом своей аурамитовой брони, моей силы и рычага копья оказалось достаточно, чтобы перебросить его через плечо, чтобы он с грохотом приземлился на спину.
Я вырвал копье стража из его руки, перевернул его и вонзил клинок ему в грудь прежде, чем он успел среагировать. Я не опасался, что он поднимет тревогу перед смертью; мой метательный клинок, перебивший ему гортань, уже исключил эту возможность.
Первым мои убийством, лицом к лицу, стало убийство одного из элитных гвардейцев моего отца. Я не знал имени этого воина — как и мириада имен других Кустодиев — но он явно не ожидал, что встретит врага, настолько превосходящего его в военном мастерстве в туннелях под Императорским дворцом.
В этом то и был смысл.
Не стану отрицать, что этот бой меня очень взволновал. Это был первый раз, когда я испытывал свои силы в поединке с реальным противником, и мои рефлексы и инстинкты, отработали именно так, как я того и ожидал, рассчитывая на гений того, кто меня создал. Конечно, убийство Кустодия не входило в мои планы — по крайней мере, не на такой ранней стадии проникновения — но теперь мне просто придется приспособиться. Я намеревался проникнуть в Императорский дворец и смешаться с просителями, став одним из многих. Однако мертвое тело у моих ног подарило другой возможный вариант. В конце концов, Кустодий не так уже сильно и превосходил меня в размерах.