Исцели меня прикосновением (СИ)

Она игнорирует мои вопросы, продолжая говорить также тихо.
— И всё-таки я считаю их очень смелыми. Бабочки не боятся… — улыбка тускнеет на прекрасном лице, Кристина протяжно выдыхает и прикрывает глаза, пугая ещё сильнее. — А я труслива. Вокруг меня лишь непроглядная темнота и холод. Ни единой искорки, что уж до огня. Они не боятся… И ты не бойся, ладно, Саш…
— Конечно. — не знаю что именно она имела ввиду под "не бойся", но я решаюсь на ещё более безумный шаг. Не спрашивая разрешения, резко просовываю одну руку под спину, а другую под колени в попытке приподнять Кристину. Ей нужна помощь. В паре метров от клуба стоят такси, отвезу к себе домой, там мама и сестра, может они знают что с ней, может это что-то по женской части и я в данном вопросе полнейший чайник. А там, если понадобиться, вызовем специалистов.
Кристина от моих действий мгновенно открывает напуганные глаза, а когда я приподнимаюсь вместе с ней на руках, напрягается, и дышать начинает часто часто. Приходит в себя, будто скинув дымку мо́рока.
— Отпусти…
— Прости, но в другой ситуации так и поступил бы, а сейчас придётся немного потерпеть. — улыбаюсь как можно доброжелательнее, а у самого внутри буря из переживаний.
— Мне уже лучше. — произносит задыхаясь, хватается обеими руками за мою футболку и смотрит умоляюще.
— Я то вижу.
— Отпусти немедленно! — говорит увереннее и громче, пока я аккуратно спускаюсь с матов, а потом неожиданно начинает бить меня в грудь и извиваться в попытке вырваться.
— Обязательно, как только окажемся на свежем воздухе. Не знаю в чем дело, но ощущение, что у тебя кислородное голодание или что-то в этом роде. На улице тебе полегчает.
Говорю первое что приходит на ум, потому что симптоматика схожая.
— Отпусти! Я ведь просила! Я не могу… Не могу! НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ! НЕ СМЕЙ! — переходит на крик, начинает бить сильнее, царапаться и вырываться настойчивее. Стискиваю зубы, игнорируя начавшуюся истерику, пытаясь держать девушку крепче. — Мне неприятно! Понимаешь, не приятно! И очень плохо! Очень!
Каким чудесным способом, но ей все таки удается выскользнуть, чуть ли не падая.
— НИКОГДА, СЛЫШИШЬ, НИКОГДА НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!!! — выкрикивает скалясь и стреляя в меня не добрым взглядом прежде чем убежать.
— Кристина…!
Выкрикиваю, наблюдая за тем как в дверях появляется её брат, с которым кареглазая дикарка сталкивается плечами. Больно должно быть, но это Кристину не останавливает.
В царящей тишине слышится, как она молниеносно спускается по железным ступенькам. Постепенно этот звук сходит на нет, оставляя за собой лишь шум моего дыхания и удары бешено колотящегося сердца. Которое рвётся наружу, с желанием догнать и успокоить.
Костя всё это время стоит неподвижно, через плечо наблюдая за сестрой, и когда от присутствия Кристины не остаётся следа, срывается с места.
— Какого хрена здесь происходит?! — орёт, хватая меня за грудки, готовый разорвать на кусочки. Таким бешенным он бывает лишь на ринге. Сталкиваясь лицом к лицу с врагом.
— Что ты сделал? Отвечай, блядь, что с Кристиной? — шипит сквозь стиснутые зубы, которые сжаты так сильно, что кажется вот-вот раскрошатся.
Наверное, подобным образом и заканчивается дружба. Представляю как я сейчас выгляжу с расцарапанной мордой. Несомненно Костя сделал логичные выводы. Любой на его месте поступил бы так же.
— А это, я бы у тебя хотел выяснить. — отвечаю как можно спокойнее, и слова запускают необратимый процесс. Кости нужны ответы, а я тут в Шерлока решил поиграть.
У друга срывает крышу, он звереет на глазах, не отдавая себе отчёта наносит первый удар. Во рту появляется металлический привкус, а губа даёт трещину. Вновь хватает за футболку, приближая озлобленное лицо настолько, что я вижу в его гневных глазах свое лицо.
— Ничего. — сдержанно чеканю, но Костя не верит.
— Ничего?! Ни-че-го?! — ревёт он не своим голосом, сжимая кулаки до хруста. — Наверное поэтому она выбежала в слезах, а ты такой разукрашенный красавчик. Саш, я ведь держусь потому что ты мне друг. Пока ещё. Не доводи до греха!
 
Из меня вылетает смешок. Веду себя как последний дебил, но ничего с этим поделать не могу. Ненарочно провоцирую и за это ещё раз получаю по лицу, чувствуя очередную пульсацию на нижней губе, из которой теперь струйкой стекает кровь по подбородку.
— Отвечай! Ну же!
Требует, давит на меня своей тяжёлой энергетикой. Сорви тормоза и Костя превратит меня в кусок мяса.
— Повторюсь. Я. Ничего. Не сделал. — выделяю каждое слово, пристально смотря в глаза, пытаясь донести до Кости смысл сказанного, а затем тоже хватаю его за грудки.
— А что с Кристиной, лучше ты мне объясни, друг. Потому что я нихрена не понимаю! — не выдерживаю, срываясь на крик. — До меня не доходит как один гребаный поцелуй мог довести её до такого. Смущение, стыд, злость, вот что обычно бывает, но не мать твою слёзы. Откуда слёзы, Кость? И этот безжизненный взгляд? Почему она боится прикосновений? Должна быть причина. Что ты пытаешься скрыть?
— Почему? — спрашивает сглатывая и я на мгновенье теряюсь.
— Что почему?
— Почему ты это сделал?
— А почему ты целуешь Марину?
— Это другое. У тебя ведь Яна…
— Это тоже другое… — перебиваю. — И с Яной, ну, ты знаешь в каких мы отношениях. Кость, зубы не заговаривай. Я требую ответов. Думаю имею на это право.
— С Янкой сначала разберись, а затем подкатывай свои яйца к моей сеструхе и что-то там требуй.
— Кость, я прям премного благодарен, что ты мне морду до сих пор не превратил в отбивную, и что-то подобное одобряешь, — произношу с некой долей сарказма. — Но мы вроде как обсуждаем состояние Кристины, а не моё будущее.
— Разберись. Я всё сказал. — слегка встряхивает меня, а затем резко толкает, освобождаясь захвата, и делая пару шагов назад. Ну нет, дружочек, так легко тебе не сбежать.
— Ха… То есть вот так всё просто. — развожу руками. — Считай, что я с Яной расстался, и что теперь, Кристина начнёт реагировать по другому. Логики ноль, не находишь? Кость, я помочь хочу. По-настоящему хочу помочь. Теперь уже точно нет пути назад.
Костя тормозит, не предпринимает дальнейших попыток сбежать, а затем прикрывает глаза, запрокидывая голову и тяжело протяжно вздыхает. Стоит так какое-то время, проверяя моё терпение на прочность, которое трещит по швам, обдумывает что-то. А мне хочется подбежать и встряхнуть его хорошенько. Он ведь знает меня как облупленного, знает, что мне можно доверять.
— Паническая атака. — произносит в тот момент, когда я готов был накинуться на него с кулаками. Нервно трёт лицо и запускает пятерню в волосы. — Реакция эта. Ступор, слёзы, нехватка кислорода, дрожь, иногда её накрывает паника. Но самое главное страх. Он живёт в ней и сжирает живьём. Раньше они появлялись часто, сейчас практически сошли на нет, но ты…
— Причина? — перебиваю, спрашиваю с комом в горле, потому что представляю нечто пугающее, подобные тревожные состояния не появляются на ровном месте.
— Я ведь уже отвечал, предательство.
— И всё?
Ну не верю я. Возможно, предательство тоже как-то повлияло, но здесь другое. Отгоняю страшные мысли и некие предположения, от которых начинаю задыхаться.
— А должно быть ещё что-то. — пожимает плечами, которые тут же напрягаются, когда я задаю следующий вопрос.
— Что он с ней сделал?
Костя мгновенно меняется в лице, превращаясь в разъяренного быка, брови хмурит, и глядит на меня иначе.
— О чём ты, друг? — ну раз злиться, то я на верном пути, и от этого дурно становиться. Неужели Кристину кто-то обидел? Кто довёл её до такого? Кто поселил в её светлую душу темному и страх? Кто?
Вспоминаются бабочки, о которых она шептала и обрывки фраз, и всё начинает складываться в некий пазл.
— Кость…
— А знаешь, Саш, я передумал. — произносит не добро Костя, сощурив глаза. — Ты правда хочешь ей помочь? Хочешь?
Киваю. Наблюдая за тем как на лице друга начинают ходить желваки. Неужели я приоткрыл тайный сундук, из которого сочится страшная правда.