Исцели меня прикосновением (СИ)

— Тогда сотри её со своих радаров и живи как прежде. Саш, как друга прошу, не подходи к ней больше. Не трогай.
— Так это не работает. — произношу с вызовом, готовясь к любому исходу. — Кость, нет пути назад.
— Я всё сказал.
— Я тоже.
Молчим так ещё какое-то время, сверлим друг друга взглядами, погруженные каждый в свои мысли. И потом расходимся.
Не знаю, это начало войны или продолжение крепкой дружбы, между нами слишком много недосказанностей, но в одном я уверен, я добьюсь правды любой ценой и точно не отступлю. Потому что Кристина, единственная, кто заставляет мою душу смеяться, и я научу её этому. Выведу из темноты, крепко держа за руку. Превращу страх в горстку пепла. Стану для неё спасительным огнем.
  
Глава 15
 
Кристина
Пулей вылетаю из здания и бегу всё быстрей и быстрей, не чувствуя асфальта под босыми ногами. Ощущаю лишь острую боль в коленке, когда споткнувшись обо что-то падаю, но тут же поднимаюсь и снова бегу. До тех пор пока в боку не начинает колоть и перед глазами не появляются темные пятна. Останавливаюсь в неизвестном мне проулке под фонарем. Упираясь руками в колени и глубоко дышу, прикрывая глаза и вспоминая то, что со мной было.
Обычно прикосновения приносят нескончаемую жгучую боль в области груди и отвращение. Обычно перед глазами появляются картинки из прошлого: сальный взгляд скользящий по моему молодому телу, терпкое тошнотворное дыхание, разорванная одежда, а ещё нетерпеливые движение рук, оставляющие отметины.
А сейчас всё было иначе.
Это было сравнимо с погружением под воду, когда тонны жидкости давят на тело, а волны одна за другой накрывают тебя без возможности выбраться. Ты барахтаешься, теряешь силы, задыхаешься, а беспощадная водная стихия крепко держит в своих объятьях.
И вот ты думаешь, что уже погибаешь, что нет ни единого шанса на спасение, но в какой то момент хватает сил бороться, или просто случается чудо, и ты выплываешь, жадно хватая ртом спасительной кислород.
Я тонула и погибала всегда. Но не в этот раз.
Сегодня перед глазами всплыли картинки из детства: где мы с братом устраивали маленькие шалости, где наша счастливая семья каталась на колесе обозрения, и я любовалась городом с высоты птичьего полета, где мы ели клубничное мороженое, прохаживаясь по парку, кормили белочек семечками и любовались плывущими по озеру лебедями. А самое главное смеялись. Заразительно, звонко, искренне, беззаботно, по-настоящему.
Сегодня появился образ мамы, её любящий взгляд и нежные руки.
Внутри спокойно и тепло.
Такими были мои ощущения.
— Мамочка, объясни, что же это? Я не понимаю. — шепчу в пустоту. — Его прикосновения были другими, такими ласковыми, а губы… лучше не вспоминать, но разве такое возможно?
Выпрямляюсь, обхватываю себя руками и поднимаю взгляд к небу, затянутому тяжёлыми облаками. Меня всё ещё потряхивает.
— Мамочка, как же мне тебя не хватает. Ты бы точно смогла помочь, подсказала бы как поступить дальше. Мне очень страшно…
Паническая атака накрыла так неожиданно, но вероятно, это последствия прошлого, потому что на этот раз прикосновения не были мне противны, а истеричная реакция просто страх перед неизведанным.
Я убегала от реальности и чего-то нового, что пробудил во мне Саша. Вдали сверкнула молния, как вспышка воспоминаний, и меня затянуло в пучину прошлого. Я безумно была влюблена и эта любовь сыграла со мной злую шутку.
Я стояла до тех пор пока громыхания не стали ближе и не начали срываться мелкие капли дождя. Ветер ласково приобнял меня отчего я съёжилась, и постепенно начала возвращаться к реальности. Но окончательно вытащить из пучины воспоминаний удалось отдалённым голосам.
— Эй, милашка, заблудилась?
— Может помощь какая нужна? До дома проводить?
Грубый голоса подействовали словно звонкая пощёчина, я не видела лиц в темноте, но от фигур почувствовала надвигающуюся опасность. Мгновенно развернувшись побежала прочь, лишь когда в поле зрения появилось знакомое здание выдохнула с облегчением. На ступеньках сидел Костя свесив голову, Саши рядом не было, вероятно он уехал.
 
Брат словно почувствовав моё присутствие резко поднял глаза, в которых было столько всего, и беспокойство, и недовольство в перемешку с чем-то таким родным, наверное, это была братская любовь.
— Кристин, поехали домой. — произнес он с улыбкой, но грустной и натянутой. Я молча приняла с его рук спортивную обувь, обулась и также молча села в машину. Костя был слишком серьёзен и задумчив и глядя на его безэмоциональное лицо я боялась спрашивать, что он сделал с Сашей. Странное беспокойство окутало меня, ведь сбитые в кровь костяшки говорили о том, что Саше всё таки досталось.
Дом встретил нас тишиной. Отец уже давно спал, как и его невеста Маргарита. Я поднялась к себе в комнату, в надежде побыть одной, но у брата были иные планы.
— Кость, мы оба устали, может отложим разговор до завтра.
— Лучше сейчас, это не займет много времени. Кристин, что ты… — но прервала его трель мобильника.
Я присела на краешек кровати и начала вслушиваться. Не знала кто на том конце провода, но судя по ответам это был Алекс. — Да все нормально. Мы дома, тоже дуй на хату. Мне лучше знать как и что предпринять… — Костя странно на меня поглядывал пока слушал длинную речь абонента, хмурился, пыхтел, отвечал резко и с раздражением. — Ага, чертас два… Я вроде понятно разъяснялся… Не лезь не в своё дело… А это уже не только тебе решать… Всё харе заливать, и так тошно… Да ладно, ладно, всё. Конец связи.
Брат отключился, а я приготовилась к длинному нудному разговору. Но вопреки моим ожиданиям, Костя лишь одарил меня нечитаемым взглядом, и поцеловав в лоб произнес:
— Доброй ночи, сестрёнка, ты права, нам обоим нужен отдых. Утро вечера мудренее. — а затем скрылся за дверью, с мыслями о том, что же такого ему сказал Саша, что он передумал.
* * *
Никакого разговора у нас так и не состоялось, не на следующий день, не через неделю. Наверное, Костя решил пустить все на самотёк, к моей большой радости.
На этой неделе Сашу я видела всего несколько раз. Мы не оставались больше наедине, довольствовались лишь долгими переглядываниями друг с другом, от которых дыхание перехватывало. Я на время решила прервать тренировки. Первые три дня он совсем не появлялся в универе, из-за наших с Костей стараний. Пара царапин ещё виднелась на правой щеке, а вот разбитая губа была отличным свидетелем событий, о которых были в курсе мы трое.
Сегодняшний учебный день прошел обычно, а к вечеру меня ждал небольшой сюрприз.
— Мы выбрали шикарный костюм, Кристина в нем будет красоткой. — трещала Маргарита, пока мы сидели втроём в кругу так называемой семьи за ужином, Костя должен был присоединиться к нам чуть позже.
Кстати, с ней мы отлично поладили. Маргарита старше меня всего на десять лет, мы сразу нашли с ней общий язык. После учебы успели пройтись по магазинам, так как до званного ужина оставалось всего пара дней. Невеста отца оказалась очень понимающей, когда я наотрез отказалась примерять платья и юбки, мы сошлись на том, что брючной костюм красного цвета будет смотреться не менее торжественно, а кофточка с рюшами придавать утонченности и нежности.
— Но я ведь просил найти платье, неужели так сложно выполнить мою просьбу. В этом доме хоть кто-то считается со мной? — вперился в меня отец недовольным взглядом, со звоном бросая на стол приборы. — Кристина, девушкам полагается выглядеть соответственно. Строго, но торжественно и женственно. Этого требует от нас…
— Общество. Кто бы сомневался. — перебиваю раздражаясь. С отцом у нас все такие же натянутые отношения. Я не один раз объяснялась, но он, не то что понять, слушать даже не хочет, лишь ищет во мне изъяны.
— Дорогой, не кипятись, выпей лучше водички. — ласково обращается Маргарита, поглаживая отца по руке, и наливая воды в стакан. И что она в нём нашла? Они как две противоположности. — Кристина всех покорит. Она будет звёздочкой этого вечера. Доверься моему вкусу.