Гамбит искусного противника (СИ)

Я замолчала в ожидании объяснений, вот только их не последовало. Рома подался вперед, уперев руки в раскрытые ладони, и начал потирать глаза.
«Оставил меня в недоумении, ляпнул непонятно что, и заткнулся! Красота!»
— Ты может объяснишь?! — я даже не пыталась скрыть своего негодования после почти минуты ожидания, но тот лишь усмехнулся.
— Слишком долго объяснять.
— А мы спешим?
— Нет, но я не знаю, как это сделать…
— Может ты прекратишь напускать туману для начала?!
— Просто ответь! — взорвался он, резко повернувшись на меня, — На что можно пойти ради любимого человека?! На что ты сама пошла бы?!
Тишина снова завладела этой комнатой, пока мы смотрели друг на друга. Он — с каким-то отчаянием, страхом и болью, смешанными в коктейль со злостью, а я…Мне почему-то показалось, что это все моя вина. Будто он злится именно на меня, но за что? За то что не дала ему совета?
— Рома… — тихо, успокаивающе начала я, — Ты понимаешь, что я не могу дать тебе совет, не зная всех вводных?
— Ты знаешь наши отношения от А до Я. Тебе все еще недостаточно вводных?!
На этом моменте он уже орал, и это не на шутку меня напугало. Казалось, что он отчаянно искал выход, и только я могла ему его дать — и пусть это будет ЧСВ, я решила хотя бы попробовать…
— Не знаю, что такое любовь — я тебе в этом вопросе не советчик, разве что…Я видела ее однажды. И ты видел. Помнишь?
Рома кивнул. Помнил. Разумеется он помнил — тот, кто хотя бы раз видел Костю и Розу вместе, не мог бы забыть это ощущение. Между ними словно воздух искрил, а сердце волей неволей наполнялось до краев теплотой.
— Женщины мечтают, чтобы мужчина за нее боролся.
— Я только и делаю, что борюсь, тебе ли не знать.
— Знаю, и это вызывает уважение. Понимаю, что ее семья — это сложно и…временами дико странно, но это не имеет никакого значения. Ты устал. Не знаю, что между вами произошло, но сейчас тебе кажется, что проще было бы и вовсе все закончить, а так ли это? Представь только на секунду, что рядом с ней будет кто-то другой, и скажи мне: ты действительно готов пойти на это?
Рома нахмурился и опустил глаза в пол, словно ища там ответ на мой вопрос — я дала ему время. Иногда это просто необходимо, отойти в сторону, представить себе другое развитие событий, особенно, когда тебе так вымотали нервы. Адель всегда была хорошей девчонкой, доброй, но вместе с тем она — капризный ребенок, который привык, чтобы было так, как она хотела и точка. Она не знала, что такое компромисс, зато хорошо знала, что значит «топнуть ножкой», и топала. Она любила топать, а Рома любил ее…Нет, и она его любила, это бесспорно, но я всегда считала, что Адель нужно время понять и привыкнуть к тому, что она не может быть вечным центром вселенной — так просто не работает.
— Я не готов.
В этом была вся суть: Рома не был готов закончить эти отношения, и мне это тоже было известно. Возможно им не было суждено остаться вместе навсегда, но сейчас они были вместе — и этим в пору наслаждаться, пока была такая возможность.
— Тогда пытайся все наладить, пока можешь и пока это актуально. Если ты уйдешь сейчас, будешь до конца своих дней жалеть, что так просто сдался.
— Просто сдался? Это даже не смешно. Я заебался, если честно. Она требует от меня слишком много…
— Подарить ей чулки с определенной строчкой?
Шутка века. Как-то раз Адель устроила Роме выволочку за то, что тот подарил ей не те чулки, хотя они и были очень достойными. Нет! Ей подавай определенные, французские, которые у нас продавались только в ЦУМе, до которого Рома просто не успел доехать из-за поздней тренировки. Обычно это смешило, мы любили иногда подтрунивать над запросами юной принцессы, но сейчас он только грустно усмехнулся и мотнул головой.
— Если бы все дело было в чулках…
— И что же случилось?
Но ответа получить мне было не суждено — в дверь коротко постучали, а когда она открылась, на пороге стоял он. Властитель всех моих фантазий…
— Не хотел мешать, но там твоя девушка рыдает белугой… — начал Алекс, указав большим пальцем себе за спину, — Требует тебя. Подойдешь?
 
Рома мгновение смотрел на Алекса, словно соображая, что ему только что сказали, а потом перевел внимание на мою персону, и так жалобно состроил бровки…
— Да беги уже, не тупи.
— Спасибо и…прости меня.
В ответ я лишь слабо мотнула головой с вполне уверенной улыбкой, мол, ничего страшного. Так он и ушел, а я осталась одна. Или нет?
— Думал, что ты говоришь по телефону…
Клянусь, у меня чуть сердце не остановилось, ведь я действительно была уверена, что осталась одна, слыша, как прикрывается дверь. Нет. Алекс обошел диван и сел рядом, положа ногу на колено и откинувшись на спинку дивана. Теперь был в пол-оборота, чтобы смотреть на меня — испытующе так, нагло, — пока я краснела, как обычно.
— Эм…я говорила…
— Правда? — со смешком спросил, а меня это вдруг взбесило.
Не только он, а скорее я сама. Мое поведение. Мое смущение. Моя глупость. Я ведь не была такой! И становится не хотела точно! А может все дело было в том, что я пила уже третий бокал вина? Да плевать, главное, что я смогла повернуться на него, гордо встретить взгляд и спокойно ответить, а не блеять овцой.
— А есть сомнения?
— Охо-хо… — протянул он, разглядывая бокал в моих руках, чем явно намекал на сомнительную смелость, — Вообще-то да, есть.
Я уже набрала воздуха в рот, чтобы высказать все, что думаю, но вдруг произошло следующее. Алекс перебил меня, выставив пятерню, от чего я словила шок, после усмехнулся и слегка приподнял бровь.
— Стоп. Договоримся на берегу: ты перестаешь истерить сейчас, в особенности на повышенных тонах — я этого не люблю. Обидно будет. Сильно. А я не хочу тебя обижать, котенок, поэтому предлагаю следующее: ты делаешь пару успокоительный вдохов-выдохов, а потом мы продолжаем.
И это предложение не требовало согласия, он просто поставил меня перед фактом, отвернулся лицом к окну и немного съехал вниз так, что теперь находился в положении «полулежа». Ждал. Спокойно, терпеливо, молча. Я же, очевидно, продолжала кипеть, открывая и закрывая рот, но совсем недолго. На самом деле моя реакция стала и для меня сюрпризом, при том неприятным — я не хотела с ним ссорится, а хотела наоборот стать ближе, и тогда что я творила?!
«Как глупо…» — стало так стыдно, что я потупила взгляд, поежилась и прошептала.
— Прости.
— Ничего, от алкашки бывает и не такое. Красивый крест.
«Это сейчас к чему вообще?!» — зыркнула в его сторону, но на лице Алекса увидела лишь хитрую полу-улыбку и взгляд с ленцой из под полуопущенных ресниц, который снова потушил весь мой настрой…
— Не хочу об этом говорить.
— Забавно, что в твоем возрасте случаются расставания, о которых ты не хочешь говорить.
Мой бедный мозг долго догонял смысл сказанной фразы, и мыслительный процесс был таким сильным, что я даже застыла, сидя с бокалом, поднесенным к губам. Уставилась перед собой, как дура, и соображала…пока не сообразила, а от разгадки прыснула.
— Так вот, что он сказал…Элай — мой бывший?
— А это не так?
Меня аж передернуло и в купе со смехом, выглядело это, спорю на что угодно, странно. Поэтому сделав глоток, который дарил мне храбрость, я как-то сама собой расслабилась и отрицательно мотнула головой.
— И кто же он?
— Я правда не хочу об этом говорить… — тихо ответила, покручивая в руках свой крест за кончик и хмуря брови, — Это сложно.
— Думаешь мне не хватит ума понять?
— Когда я вырасту, сто пудово побываю на каблуке Италии.
— Санта-Мария-ди-Леука. Там находится каблук Италии, чтоб ты знала точно, куда брать билеты.
— Спасибо, я это запомню…
— Запомни, котенок. Как я понимаю — это отвлекающий маневр, хорошо. Понял. Ты не хочешь говорить об этом, расскажешь тогда, как вы познакомились с Адель?
— Мы вместе учимся в Балетной Академии, — с улыбкой ответила, на что он закивал и нагло протянул.