Окно на северную сторону (СИ)

 - Не больно? - поинтересовался альфа, лизнув венку на шее Авиана, где так отчетливо слышался учащенный пульс.
 - Да... - выдохнул омега, толкаясь в ласкающую член ладонь.
 - Да, больно? - насмешливо хмыкнул Хесс, проталкивая в жаркую глубину тела второй палец, разводя их в стороны. Его собственный член уже нетерпеливо терся об ягодицы Авиана, но он все же не решился пренебрегать подготовкой - слишком узким еще был парень.
 - Нет... Не больно... Хе-е-есс, - Авиан вскрикнул, когда в него протиснулся третий палец, и альфа быстрыми толчками начал то погружать их полностью, то почти вытаскивать, что было особенно мучительно. Хотелось ощутить такую необходимую заполненность, и Авиан заерзал, забился в крепких объятиях.
 - Сейчас, тихо! Прикуси! - Хесс убрал руку, которой ласкал член мальчишки и поднес к его рту. Тот недоуменно лизнул ладонь и покраснел, когда услышал тихий смешок над ухом: - Полижешь как-нибудь в следующий раз, а сейчас прикуси. Ты перебудишь всех.
 - Укусить тебя за руку? - недоуменно переспросил Авиан, насаживаясь на пальцы, все еще скользящие в заднице.
 - Да. Ну, если не хочешь, чтобы я запихнул тебе в рот потную наволочку или простынь в сперме, - прошептал Хесс, и в следующее мгновение вытащил пальцы из расширенного ануса с влажным хлопком. Авиан мгновенно сжал зубы на ребре ладони альфы, и протяжный стон застрял где-то в горле.
 А еще через секунду он ощутил уже знакомое растяжение, легкое покалывание и кратковременную боль, когда Хесс одним плавным толчком вошел в него. Перед глазами вспыхнули разноцветные искры, в груди зародился сдавленный хрип, но изо рта он так и не вырвался, а наоборот начал расти в теле, накапливаться, зреть в безумном напряжении, в невероятной жажде наконец-то получить разрядку. А потом последовал первый толчок, и еще один, и еще... Хесс двигался плавно, в одинаковом темпе, то почти выскальзывая из дрожащего тела, то входя до основания, так, что в тишине камеры отчетливо слышались влажные шлепки бедер о кожу ягодиц. Авиан еще пытался ускорить движения, отчаянно ерзал и толкался назад, но Хесс, в конце концов, просто закинул на него ногу, прижимая худое тело к койке. Свободной рукой альфа поглаживал мокрую от пота спину, прочерчивал линию по позвоночнику, иногда аккуратно разминал сведенные судорогой мышцы и перебирал взлохмаченные смолянные пряди мальчишки. Тот все сильнее стискивал зубы на его коже, но Хессу было плевать. Наоборот, эта боль позволяла сдерживаться, не сорваться на привычную долбежку.
 Вскоре и самому Хессу пришлось прикусить плечо Авиана, оставляя на коже следы-полукружия от зубов, только чтобы сдержать рык, который едва не сорвался с губ, когда в теле омеги начал набухать узел. Хесс еще успел ощутить, что Авиан прокусил его ладонь до крови, когда, лихорадочно задрожав, наконец-то кончил, но потом все ощущения сосредоточились в жаркой глубине, которая пульсировала и часто сокращалась. Вся сущность мальчишки подсказывала ему, что делать, поэтому он неосознанно сжимал внутренние мышцы, делая удовольствие безграничным, выжимая из альфы сперму, заполняющую его нутро. Хесс так и уснул, не выходя из Авиана, прижав его к себе и переплетя ноги. А сам омега долго не мог заснуть, рассеяно слизывая соленую кровь из прокушенной ладони альфы и отсчитывая секунды блаженного покоя. Но через какое-то время утомленный организм одержал вверх, и Авиан провалился в уже привычный вязкий полуобморок.
 
 ***
 - Красивый... - губ коснулось что-то влажное и шершавое, и Авиан невольно открыл рот. В то же мгновение чей-то язык погрузился вглубь, огладил внутреннюю сторону щек, прошелся по нёбу, скользнул по кромке зубов. - Так пахнет... Господи... - горячие руки сжались на бедрах, пальцы щекотно пробежались по чувствительной коже на внутренней стороне, приласкали мошонку, сжали яички в пригоршню, перекатывая их. - Сладкий... - тихий шепот раздался возле уха, дыхание коснулось щеки, а ласкающая рука сдвинулась еще ниже, к анусу.
 - Эльман, ты же не будешь трахать его спящим, нет? - голос Хесса прозвучал насмешливо, и в то же мгновение Авиан широко распахнул глаза, осознав, что все эти прикосновения ему не снятся. И правда: Эльман почти лежал на нем, покрывая поцелуями лицо, и пальцами поглаживая между ягодиц.
 - А он уже не спит, - счастливо пропел младший альфа, нежно чмокая омегу в нос. Зеленые глаза сейчас искрились таким восторгом, что Авиан даже смутился и перевел взгляд ниже. Впрочем, идея оказалась плохой. Эльман был голым и очень возбужденным. - Как ты, мелкий?
 - Х-хорошо, - заикаясь, ответил Авиан и уперся ладонями в голую грудь, пытаясь оттолкнуть альфу, намерения которого были крайне прозрачны. - Эл, не надо...
 - Ты ведь хочешь, малыш, - интимно прошептал в ухо Эльман, и Авиан судорожно сглотнул. Да, хотел... И в этот момент и правда не было разницы, кто возьмет его. Где-то в подсознании шевельнулось отвращение к самому себе, кольнуло осознанием, что он сейчас напоминает просто животную самку - и быстро угасло. Природа продумала все, сделала физические ощущения во время течки настолько мучительными, что никакие принципы и моральные устои не играли роли.
 - Я... не могу... так... Ты же... Хесс и Лиан... я... - слова срывались с языка, но никак не хотели сплетаться в связные фразы, а настойчивые пальцы Эльмана все продолжали ласкать, дразняще обводя пульсирующую дырочку, погружаясь внутрь буквально чуть-чуть, лишь слегка раздвигая сфинктер. И губы у альфы были такими теплыми и гладкими, он целовал подбородок, и скулы, и сжатые веки... Было хорошо, и плевать, что уже рассвет, что за ночь это второй мужчина, что пути назад нет... Все так неважно...
 - Ты такой... Как же ты пахнешь, - забормотал Эльман, выводя сложные узоры на шее, там, где ярко алели засосы, оставленные Хессом. - Невероятный. Ты ведь для меня особенный, у меня никогда не было омеги еще. Какой же ты красивый... - он все говорил, и слова окутывали иллюзорным облаком. Авиану хотелось верить, и он даже не понял, когда начал отвечать на поцелуи и покорно раздвинул ноги, чтобы дать больший доступ.
 - Так, детки, трахаться на моей койке вы не будете, - сердито проворчал Хесс. - Эл, перетаскивай его к себе.
 - Зануда ты, - проворчал Эльман, но быстро поднялся, сгреб Авиана в объятия, сдавливая до хруста в ребрах, преодолел несколько шагов до их кровати и быстро опустил омегу на холодные простыни.
 Авиан поежился, расфокусированным взглядом обвел камеру, отмечая, что Натаниэль все так же то ли спит, то ли просто лежит у себя, а Далиан наверняка наверху. Но через мгновение Эльман уже лег сверху, жадно впился в губы, и стало не до размышлений. Руки альфы касались, казалось, везде: он то поглаживал плечи, то ласкал напряженные соски, то очерчивал впадинку пупка, но, в итоге, сконцентрировался на члене. Обхватил его у основания, крепко сжал, провел по всему стволу, сдвинул кожицу с головки, обнажая шелковистую, глянцевую кожу, погладил круговыми движениями, нашел крошечную дырочку, собрал несколько капель смазки, растер между большим и указательным пальцем. А потом поднес руку к лицу и облизал.