Мужчина с огнестрелом
Информации было ничтожно мало. Хотя, ожидаемо… это ведь не свидетельство о выпуске из академии, где обязательно отмечены все параметры, включая привычки и желания потенциального оружия.
По академическим карточкам всегда можно было подобрать самого подходящего напарника, и не только по «совместимости духовной энергии». У многих братьев-сестёр и прочих родственников тоже этот показатель совпадает, но не факт, что они станут хорошей боевой парой.
Кстати… а ведь Академия! Что ж я сразу об этом не подумал! Почему бы не сдать малолетку туда и не забыть о проблеме лет на десять? Это было бы идеальным вариантом, но… Что то мне подсказывало, что это слишком наивная идея. Иначе бы дикарских отпрысков сразу отдали на полный пансион, а не раздали Мастерам.
– Девчонку доставят или мне самому придется ее по подворотням ловить? – все еще раздраженно спросил я сотрудника канцелярии.
– Можно и доставить, Мастер. Только тогда придётся немного подождать. Вы можете пока заполнить документы на опекунство и получить содержание.
– Документы давай сюда, а содержание на карточку сами кинете. Шляться по кабинетам я не собираюсь, – я едва заметно махнул рукой в сторону пацана. – И принеси мне что нибудь из холодных напитков.
Бумажной волокиты было не слишком много, круш со льдом тоже был неплох. Карточка вскоре завибрировала, сообщая о поступлении денег. И только навязанного мне металлолома все ещё не было видно. Ее пешком с фиолетовой спирали тащат? Или внезапно разучились телепорты использовать?
– Прошу прощение за ожидание, Мастер Максимиллиан, – торжественно произнёс пацан-степлер. – Мастер из отделения опеки уже прибыл.
Я обернулся.
– Хорошей охоты, Макс, – поприветствовала меня старая знакомая, заставляя расплыться в чуть лукавой улыбке.
– И тебе, Сирена, и тебе, – привстал я, приветствуя девушку. – С каких пор ты работаешь в опеке?
– Ну кому-то же надо это делать, – пожала плечами «крошка Си», – сейчас во многих ведомствах нехватка кадров, потому приходится. Зато платят как за полноценные миссии третьего уровня. А нам после ранения… сам понимаешь.
– Сочувствую, – кивнул я.
– И я тебе, – вдруг фыркнула она. – Держи вот, твоя головная боль на ближайшие пару десятков лет.
Она протянула мне даже на вид болезненный, тусклый и обшарпанный, кое-где уже тронутый ржавчиной пистолет.
– Девочка не слишком приветлива, недоверчива и… в общем, сам скоро узнаешь. А ведь говорила я тебе, что нечего бобылем ходить.
– С-спасибо за беспокойство, – “радостно” прошипел я, двумя пальцами подцепляя оружие за спусковую скобу. – Кобуры у этого «сокровища» нет, я так понимаю? Ну или хотя бы деревянного футляра?
– Захочешь, купишь, – пожала плечами женщина. – Никаких вещей с ней не полагается, да у нее и нету. Она сирота, как все меченые. Мы ее из какой-то бесплатной лекарни забрали. Кстати, в течении суток надо предоставить им стандартную «липу», иллюзорные бумаги должны быть приложены к контракту.
– Так она действительно больная, – практически простонал я, снимая с себя нашейный шарф и заворачивая металлолом. Ещё и узаконивать ее исчезновение самому придётся… ну, хоть «пустышки» дали. Иллюзорные бумаги – универсальные документы, которые показывают людям именно тот документ, который они подсознательно хотят увидеть. Но на тех, кто управляет скверной, такой трюк никогда не подействует.
– А ты как хотел? Здоровых среди дикарского выводка нет. Скверной их никто с рождения не кормил. Эта еще ничего, просто хромая. Но малый куб впитала слету, насухо, так что даже носитель разрушился.
Я еле слышно присвистнул. Ржа, это же теперь сколько надо в нее влить, чтобы просто… просто привести в более-менее рабочее состояние? И к лекарям, наверное, нужно тащить, что там у нее – хромота? Заодно надо и полную дегельминтизацию сделать… наверняка забрали из дикого мира, там вообще никакой санитарии. Вот цвирчня! Жил себе спокойно, размеренно, по графику, а тут вручили… подарочек.
Сирена словно прочла мои мысли.
– Да, вкладываться придется по полной, и учти – все эти дикарята на контроле у Прародителя. Ни скинуть, ни подарить не получится.
– Знаю, – недовольно буркнул я. – Ладно. Чем скорее отдам лекарям, тем скорее увижу полную картину предстоящего геморроя. Удачного рабочего дня, Сирена. Хм… а Может, как нибудь спишемся, сходим в один из твоих любимых ресторанов? Естественно, вместе с твоей милой Тали!
Я обворожительно улыбнулся. Действительно, почему бы и нет. Надо же как-то… сбросить стресс!
– Ну, если у тебя выдастся свободная минутка… – воодушевляюще начала она… и закончила совсем на другой ноте: – Что вряд ли.
Многозначительный взгляд на свёрток с металлоломом сказал все сам за себя.
– Да и я последнее время еле на ногах держусь. Набегалась с этими мечеными, извини…
– В наших ладонях все время спирали, Си, – подмигнул я, вызвав у девушки лёгкий румянец. – Думаю, мы найдём пару свободных… часов. До встречи.
– До свидания, – хихикнула она, будто юная выпускница академии, и за моей спиной закрылись створки отделения опеки.
– Теперь к целителям, – пробормотал я себе под нос и широким шагом двинулся в сторону главного лифта. Пистолет в шарфе недовольно вибрировал и пощелкивал затвором. Ментально связываться с Мастером дикарка явно не умела, так что выражала своё негодование, как могла.
Мда, характер у ржавейки явно не слишком покорный. Придется воспитывать… а интересно, Си уже объяснила железяке ее место в спирали, или эти полномочия делегировали мне? Судя по вибрации, верно мое последнее предположение.
До лекарских покоев я добрался достаточно быстро, и как только персонал выскочил ко мне навстречу, среагировав на сигнал срочного вызова, – всучил им свёрток.
– Вот, сделайте что возможно и невозможно, деньги не имеют значение.
– Опять дикарь? – страдальчески скривился молоденький дежурный лекарь, двумя пальцами выуживая пациентку из моего шарфа. Он потер едва заметный синяк на скуле и уныло констатировал:
– Тогда ваше присутствие, Мастер, обязательно на протяжении всех процедур! Нас уже достало ловить этих животных по всей лекарне. Они еще и дерутся!
– Всё настолько плохо? – сделал я акцент на втором слове.
– Уфу, – буркнул он, – и ладно бы только парни, так девки тоже агрессивные, как куздры в брачный период. Так что сами держите свое «оружие», наше дело лечить, а не укрощать.
Словно подтверждая его слова, пистолет в шарфе низко завибрировал и щелкнул курком. И нагрелся, похоже, потому что лекарь ойкнул и перехватил недооружие через тряпку. Вот цвирчня, а я рассчитывал сдать обузу и хоть на пару часов еще отодвинуть головную боль…
– Ладно. Но вы тоже на всякий случай приготовьте… седативные препараты. – Я забрал у лекаря сверток и направил в оружие энергию с четким приказом – принять человеческую форму. Вряд ли дикарка умеет менять ипостась самостоятельно.
Небольшая вспышка, и у моих ног со стоном валится, хм, ну судя по длинным волосам – точно девчонка… тощая, бледная, в каких-то немыслимых линялых тряпках. Сначала она приземлилась на колени, а потом и вовсе – упала на бок, вскрикнула и несмотря на явную боль, откатилась по полу под кушетку. Р-раз только – и нету пациентки. Одна стоптанная тапка осталась валяться посреди приемной. Ну совсем как какой-то дикий зверь. Вот цвирчня, она хоть говорить умеет?!
Юля
Ах ты ж гадство-нахальство… это что было?!
Чокнутая баба чем-то в меня… выстрелила? Оглушила? Черт ее разберет.
Но одно знаю твердо – отбиваться буду до последнего. Странный паралич в темноте, наполненной голосами, длился, кажется, вечность, но когда он закончился…
Бедро прострелило огненной вспышкой от удара об пол, но это мелочи. Бывало и больнее. Мгновенный взгляд позволил найти ближайшее укрытие, и еще не растерявшее рефлексы тело удалось рывком дотащить до низкой скамейки, под которой было спасительно темно. Инстинкты оказались сильнее разума, понимавшего, что прятаться под лавочкой – не самое умное. Но хоть дух переведу.