Навеки (ЛП)

Он прервал поцелуй, провел губами по моей щеке, по моей челюсти и начал посасывать точку пульса прямо под ухом. А потом мы оказались на кровати, Макс сверху меня, ощущение его твердого члена между моих бедер заставило меня ахнуть. Я была такой чувствительной, каждая эрогенная зона моего тела ожила, как будто меня ударили током.
Он начал прижиматься своей длиной к моей киске, моя влажность делала его движения скользкими и плавными. Я могла в полной мере прочувствовать, насколько он был большим, каким толстым и длинным на ощупь.
— Боже, позволь мне сделать так, чтобы тебе было хорошо, Эбигейл.
Я кивнула, не в силах говорить.
Он отстранился и оказался на коленях. Его руки лежали на моих бедрах, удерживая меня раскрытой для него.
— Ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе здесь? — спросил он и прижал одну руку к моей киске. Он нежно коснулся меня там, где раньше этого не делал никто другой, и моя спина самопроизвольно выгнулась.
— Да, — резко прошептала я. — Прикасайся ко мне повсюду.
Он провел другой рукой между моими ногами, а затем, глядя мне в лицо, раскрыл для себя губы моей киски. Он прервал наш зрительный контакт и посмотрел туда, где он непристойно открыл меня, и я могу поклясться, что воздух резко покинул его легкие.
— Боже, ты такая розовая и мокрая для меня.
Мои руки дрожали, сердце колотилось за ребрами. Мы оба тяжело дышали, и наши тела покрывали капельки пота. Я уже была близка к оргазму, а он едва прикоснулся ко мне.
Я слышала, как мое сердце грохотало в ушах, чувствовала его в горле. Это было безумие, но в хорошем смысле слова. У него вырвался стон, и звук прошел сквозь все мое тело. Он провел пальцем по моему центру, ощущение было настолько невероятным, что я протянула руку и схватила простыни по обе стороны от себя, пытаясь стабилизировать себя.
— Ты хочешь, чтобы я был здесь, детка?
Я кивнула и облизала губы:
— Боже, да, Макс.
Продолжая бегать пальцами вверх и вниз по моей щели, он другой рукой схватил свой огромный член. Его плоть была гладкой, подтянутой, а чудовище между его бедер заставило меня подумать о том, как больно будет ощутить его внутри себя.
Но я безоговорочно доверяла Максу и знала, что он будет нежным и не станет спешить со мной.
Он провел ладонью вверх и вниз по своей огромной эрекции, и я почувствовала исходящее от него тепло. Я почувствовала покалывание в клиторе, внутренние мышцы сжались, и я была готова попросить его о большем.
— Ты мне нужен, — наконец удалось мне сказать, и звук, исходивший от него, послал по мне ещё одну волну возбуждения. Он хотел меня так же отчаянно, как и я хотела его. Мне не следовало смотреть, как он дрочит, но тот факт, что он смотрел на мою киску, прикасаясь ко мне и в то же время получая удовольствие, меня очень возбуждал.
И когда я увидела каплю прозрачной жидкости на кончике, у меня во рту пересохло, поскольку он использовал ее как смазку, чтобы быстрее гладить себя. Как будто мое тело больше не принадлежало мне, я обнаружила, что протягиваю руку, чтобы оттолкнуть его и взять член в свою руку. Он был теплым, кожа покрывающая его, была как бархат поверх стали. Он был твердым и большим, и мои пальцы не могли полностью обхватить его. Боже, как бы он ощущался, проникнув глубоко в меня? Каково было бы, если бы Макс растянул меня?
Я не могла отделаться от мысли, насколько это будет туго, что ему придется очень постараться, чтобы ввести свой член в меня. От этих мыслей мое тело разгорячилось еще сильнее, заставив меня гладить его ещё быстрее.
Вверх и вниз, устойчиво и медленно. Он снова застонал, мышцы на его шее резко выделялись.
— Эбигейл, — прошипел он. — Детка, если ты продолжишь в том же духе, я кончу еще до того, как окажусь в тебе.
Он хмыкнул и закрыл глаза, а я провела ладонью по головке его члена.
Я крепче обхватила его член рукой и начала водить ладонью вверх и вниз по его длине, наслаждаясь тем, что это выглядело так, будто он теряет контроль.
Его большое тело склонилось над моим, его глаза теперь были открыты, когда он смотрел мне в лицо.
 
— Я не хочу, чтобы ты останавливалась, но если ты этого не сделаешь, я кончу, а я не готов к тому, чтобы эта ночь закончилась, — он медленно выдохнул. — Я не хочу, чтобы это когда-либо закончилось.
Я отпустила его, такого возбужденного, такого подготовленного, что мне было немного неловко от этого факта. Он наклонился и поцеловал меня, и я обвила руками его шею, когда он снова прижался ко мне членом прямо к моей киске.
Мне нужно было больше.
Глава 10
Макс
Ебать.
Я собирался кончить, даже не почувствовав, насколько она мокрая и тугая. Я еще даже не был внутри своей девушки. Я так чертовски хотел, чтобы это длилось долго, хотел заставить ее кончить несколько раз, прежде чем позволю себе дойти до края, но, черт возьми, мне было трудно взять себя в руки.
И я не думал, что продержусь долго.
Я ждал этого слишком долго.
Я смотрел на нее долгие секунды, удивляясь тому факту, что она... Была. Моя.
Я ничего не сказал, проводя большим пальцем по ее нижней губе, ее кожа была мягкой, воспоминания о ее поцелуе навсегда засели в моей голове.
— Я готова, — сказала она, хотя я только подумал о том, чтобы спросить ее.
Все мое тело было чертовски напряжено, мышцы перекатывались под кожей. Знала ли эта девушка, что она со мной делала? Я боготворил ее уже пять лет.
Мой член был чертовски твердым, с его кончика постоянно тек предэякулят. Я никогда не был так возбужден, даже когда думал об Эбигейл и дрочил. Нет, это превзошло все, что я когда-либо мог себе представить.
Я снова провел рукой между ее бедер, желая убедиться, что она действительно вкусная и сочная для меня. Я дразнил ее клитор, потирал комок нервов взад и вперед и смотрел, как удовольствие пробегает по ее лицу. Я переместил палец вниз и обвел ее узкую дырочку.
— Никто никогда не получит этого, кроме меня. Никто и никогда не узнает, какая ты глубоко внутри, кроме меня, — я сказал эти слова как требование.
Она кивнула, ее рот приоткрылся, когда я еще больше начал ее дразнить. Я не проникал в нее, просто проводил взад и вперед по отверстию, давая ей понять, что я был там, что скоро мой член погрузится глубоко внутрь.
Эбигейл положила руку на центр моей груди и переместила ее ниже, пока не оказалась прямо над моим твердым членом. Мне нужно было, чтобы она коснулась его, но в то же время, если бы она прикоснулась ко мне еще раз, я мог бы кончить.
И когда я наконец вышел из себя, мне захотелось погрузиться глубоко в нее.
— Эбигейл, как бы я ни хотел, чтобы ты снова прикоснулась ко мне, если ты это сделаешь там, внизу, я кончу.
Ее глаза расширились.
Я наклонился и снова крепко и глубоко поцеловал ее губы. Ее мгновенный шок от моих слов исчез, когда она разомкнула губы. Я погрузил язык внутрь, ощущая ее восхитительный вкус. Я закончил бороться с этим.
Я убрал руку между ее бедер, поднял пальцы, блестящие от ее крема, и облизнул их, застонав от вкуса. Мне нужно было быть внутри нее сейчас.
— Раскройся пошире для меня, детка, — я выдавил эти слова. Это действительно происходило. Я снова протянул руку между нами, чтобы схватить свой член и поместить его у ее входа. Я сильнее прижал свои бедра к ее.
Она сводила меня с ума, но, черт возьми, это было даже хорошо.
Когда кончик моего члена был у ее входа, и мой взгляд был сосредоточен на ней, я знал, что должен просто сделать это. Я ненавидел то, что причиняю ей боль, и если бы я мог отнять у нее это, я сделал бы это в одно мгновение. Но мысль о том, чтобы сорвать ее вишенку, отдавая ей свою и знать, что я буду единственным мужчиной, который когда-либо узнает, как хорошо она ощущается, заставила меня забыть все здравомыслящие доводы.
— Готова? — спросил я и поцеловал ее в лоб.
— Я готова, — прошептала она и схватила меня за бицепс.
Я посмотрел ей в глаза и в то же время толкнулся одним плавным движением, преодолевая преграду, пробиваясь сквозь ее невинность.