Навеки (ЛП)

Она задохнулась от боли, и мне был ненавистен тот факт, что я был причиной этого. Но, несмотря на это, я инстинктивно не смог сдержать рычание, заставившее меня почувствовать ее напряженную и влажную киску. Когда я был полностью внутри нее, мои яйца прижались к ее пухлой маленькой попке, я замер. Ее ногти впились в плоть на моих руках, и ее глаза, боже, ее глаза были широко раскрыты, когда она смотрела на меня, ее дискомфорт был очевиден.
— Эбигейл. Черт возьми, мне так жаль, — я наклонился, чтобы нежно поцеловать ее. — Мне очень жаль, что я причинил тебе боль.
— Шшш, — сказала она, обняв меня за шею и притянув к себе до невозможности близко. — Все отлично.
Я отстранился и начал медленно и нежно входить и выходить из нее, но с каждой секундой мое удовольствие росло до всепоглощающего уровня. Я видел по лицу Эбигейл, что она тоже это чувствовала. Мои руки были сжаты в кулаки на простынях у ее головы, мои плечи ссутулились, когда я входил и выходил из нее.
— Я люблю тебя, — сказал я резко. — Боже, я так сильно люблю тебя.
Она тихо застонала и обвила ногами мою талию:
— Я тоже тебя люблю.
— Ебать, — я пробормотал это непристойное слово, зная, что Эбигейл не привыкла к тому, что я такой чертовски грубый. Но ничего не мог с этим поделать.
Ощущение того, как ее внутренние мышцы сжимают мой член, а в моей голове образы всех грязных вещей, которые я с ней сделаю, подвело меня так близко к краю.
Я посмотрел на ее грудь, она слегка дрожала, покачиваясь, когда я целеустремленно входил и выходил из нее. Соски у нее были розовые, кончики твердые, слегка удлиненные. У меня потекли слюнки при виде этого.
Я не смог удержаться от того, чтобы опустить голову и провести языком по одной твердой вершине. Даже ее пот был сладким на вкус.
— Макс, — выдохнула она наполненным удовольствием стоном.
Я начал толкаться в нее быстрее и сильнее. Я втянул один твердый кончик в рот и пососал, вытягивая кровь на поверхность и чувствуя, как она корчится подо мной.
— Я хочу… — пробормотал я ей в кожу. — Я хочу чувствовать, как ты кончаешь вместе со мной, — я не мог сдержать слов, которые вырвались из меня.
Я даже не пытался их остановить.
И когда она притянула мое лицо к себе, положила руки на мои щеки и поцеловала, я понял, что ничто, кроме смерти, никогда не разделит меня и Эбигейл.
Глава 11
Эбигейл
Поначалу боль и дискомфорт были невыносимы, и я знала, что Максу больно от того, что мне некомфортно. Но это была не его вина. Это было неизбежно. Этот момент был тем, о чем я мечтала так много раз. Я знала, чего ожидать, и была готова настолько, насколько могла.
Теперь я просто хотела отпустить ситуацию и насладиться этим.
И с каждой секундой этот дискомфорт превращался во что-то большее, во что-то более приятное и интенсивное.
Это неприятное чувство начало разгораться внутри меня, становясь приятным и сильным. Его проникновение было внезапным, душераздирающим и не похожим ни на что, что я когда-либо могла себе представить раньше.
Но теперь мне было хорошо. Очень хорошо.
Его мышцы напряглись под моими руками. Я сильнее впилась ногтями в его плоть, когда он начал выходить и толкаться обратно. Меня начала наполнять эйфория.
Видя, как сильно он пытался контролировать себя, продвигаться медленно для меня, этот момент стал для меня гораздо более значимым, но также я видела, что он был на грани, его силы на исходе, потому что удовольствие было слишком сильным. И когда он начал входить и выходить из меня в устойчивом темпе, я не могла не открыться и не позволить всем эмоциям и ощущениям пройти через меня, как они явно делали для него.
Мы были покрыты потом, его тело плавно двигалось по моему, его массивное тело парило надо мной, используя свою силу, чтобы показать мне, насколько хорошо это может быть.
Меня охватила вспышка удовольствия.
— О Боже, — простонала я.
— Тебе хорошо? — спросил он с надеждой в напряженном голосе.
Я кивнула:
— Да, это приятно, Макс. Очень хорошо.
Он действовал медленно и осторожно, но я знала, что это не продлится долго. Я надеялась, что нет.
 
Ощущение его жесткости по отношению к моей мягкости, его мужественности по отношению к моей женственности заставило меня эмоционально и физически достичь того приятного максимума, который я всегда представляла с ним.
— Поцелуй меня, — сказала я шепотом, нуждаясь в нем во всех смыслах, мы оба были связаны повсюду.
И он сделал это сразу, не заставив меня ждать ни секунды.
Тогда он начал по-настоящему двигаться. Ушло медленное и легкое движение, и на смену ему пришло быстрое и жесткое.
— Да, — прошипел он мне в губы. Он вышел из меня почти полностью, и теперь лишь широкая головка была в моей киске. Он больше не целовал меня, но его губы были прижаты к моим, и мы оба дышали одним и тем же воздухом, пытаясь справиться с ситуацией.
Он вонзился в меня сильнее, с решимостью. Я ахнула, наслаждаясь каждой секундой этого.
— Черт, это так чертовски хорошо, — он снова глубоко вошёл в меня, подталкивая на матрасе. Его движения были почти безумными. — Ты понимаешь, черт возьми, понимаешь, что для меня значишь? — тогда он отступил, глядя на мое лицо.
Я медленно кивнула. И я понимала. Он любил меня с той же страстью, с какой я любила его.
И с каждым дюймом, погруженным в меня я чувствовала себя нужной… принадлежащей.
Он слегка приподнялся и откинулся назад, глядя мне между ног. Он смотрел, как он входит и выходит из моего тела.
Я приподнялась, желая увидеть то, что он увидел, и оперлась на локти. Я ахнула от этого эротического зрелища.
Он вышел и вошел обратно, полоски моей девственной крови покрывали его блестящую длину.
Он выглядел таким большим между моими бедрами, его толстый член входил и выходил из меня, растягивая меня. Он сдвинулся еще немного, оказавшись на коленях, схватил меня за бедра и потянул вниз всего на дюйм, так, что он оказался глубоко во мне. Он использовал свои большие пальцы, чтобы раздвинуть губы моей киски, и тот факт, что его руки были там, а также его член был погружен в меня, заставил меня почти испытать оргазм прямо тогда.
— Твоя девственность всегда будет моей, — сказал он почти самому себе, сосредоточившись на том, как трахал меня. — И моя всегда будет твоей. Только твоей.
— Макс, — его имя исходило от меня в этом наполненном экстазом вздохе. Наблюдать за игрой его мускулов, когда он трахал меня так, как мы оба ждали годами, было сюрреалистично.
Звук его члена, входящего и выходящего из моей киски, наполнил комнату.
— Черт, я так близко, Эбигейл, — проревел он.
Мышцы моей киски сжались вокруг него, и он вошел в меня сильнее.
— Эбигейл, — простонал он и запрокинул голову назад, мышцы шеи напряглись. — Детка, я скоро кончу, — он тяжело дышал, каждый мускул его тела был до предела натянут. — Но мне нужно, чтобы ты кончила со мной. Я хочу, чтобы мы оба вместе перешли через край.
И я хотела, чтобы он кончил одновременно со мной.
— Христос. Я так сильно тебя люблю, — он прорычал эти слова. — Я ждал этого момента, когда ты станешь моей, чертовски долго.
— Я тоже, — простонала я, удовольствие возрастало. Я собиралась кончить вместе с ним.
Тогда Макс посмотрел на меня, и когда я посмотрела на него в ответ, то поняла, что его контроль полностью потерян.
— Я собираюсь кончить, — простонала я и выставила грудь, когда удовольствие начало достигать пика.
— Блядь. Да, детка. Вот так, — он врезался в меня сильнее и быстрее.
Мои внутренние мышцы сильно напряглись, и мы оба застонали. Он начал неистово трахать меня, его член задел что-то глубоко внутри меня. Перед моим взором танцевали звезды, и ощущения почти поглотили меня.
— Вот так.
Я почувствовала тот момент, когда Макс кончил вместе со мной. Его огромное тело напряглось, и низкий стон покинул его, когда он погрузился в меня по самое основание. Я могла только смотреть на него с трепетом, позволяя дрожи экстаза пронизывать меня, и держаться, пока он возносил меня все выше.