На диких берегах

Аборигены ушли, и Альвис остался с Бонни наедине. Не отводя от девушки сурового взгляда, правитель медленно приближался к ней. Морган нервно сглотнула и сомкнула веки, исподтишка подглядывая за происходящим. «Уж лучше притвориться мёртвой, чем оставаться с разъяренным Альвисом один на один», – подумала она. Спустя всего несколько секунд после этих мыслей Бонни вдруг ощутила тёплые прикосновения рук Альвиса на своём теле и еле сдержалась, чтобы не открыть глаза.
«Вот же дьявол! Эта девица сведёт меня с ума!» – правитель достал перочинный нож и стал поспешно разрезать верёвки, опутывающие девушку. Затем он осторожно уложил её на землю рядом с камнем.
– Морган! Очнись! Ты жива? – обеспокоенно произнёс он.
Похлопывания по щекам не помогали. Бонни не отвечала. Она намеренно не подавала признаков жизни: «Если уж играть, то играть до конца».
– Бонни, как ты, Бонни? – склонившись над бесчувственным телом Морган, Альвис с такой нежностью произнес её имя, что она не сразу поверила, что это его голос, – Бонни, ну же, очнись!
Не открывая глаз, Бонни почувствовала, как правитель сжал её запястье, проверяя пульс, а после стал гладить её по щекам.
– Морган, прошу тебя, очнись! Нет, ты не можешь вот так взять и умереть! – запричитал он.
«Что происходит? Мне это снится? Как понимать его действия и его слова?» – анализировала в это время происходящее Морган. «Всё это так странно и так приятно», – мелькнуло в её голове. Вдруг правитель осторожно притянул Бонни к себе и взял на руки, унося прочь с жертвенной поляны. «Куда он меня несёт? Что он задумал?» – заволновалась Морган. Вопреки своим страхам, Бонни решила продолжать игру. «Буду притворяться, что потеряла сознание, пока это будет возможным. Надеюсь, пока я в таком состоянии, он не посмеет мне навредить». Сосредоточившись на своём притворно ровном дыхании, она старалась выбросить дурные мысли из головы: «По возможности как можно дольше буду оттягивать тот момент, когда мне всё же придётся открыть глаза».
Тем временем шаг Альвиса стал увереннее и быстрее. Пройдя тернистые джунгли, он наконец вышел на открытую местность и остановился. Бонни почувствовала приятный прохладный бриз на своём лице и вдохнула свежий воздух, наполненный ароматом морской соли и водорослей. «По ощущениям, мы у моря, совсем близко к воде», – предположила Морган. На мгновение она подняла взгляд из-под полуопущенных ресниц и убедилась, что её догадка верна.
На море был штиль. Волны нежно ласкали берег, успокаивая и убаюкивая. Над бесконечной гладью воды ласково светила луна сквозь пушистые невесомые облака. «И зачем мы здесь? Что творится в голове у этого человека?» – задавалась вопросами Морган, когда Альвис устроился на мягком песке, не выпуская её из своих тёплых объятий. Правитель, как и вся сложившаяся ситуация, волновал и пугал Бонни одновременно. С одной стороны, он был её благородным спасителем, с другой стороны, человеком, от замыслов которого мог пострадать весь мир. Стараясь не думать об этом противоречии, Морган прижалась к плечу Альвиса, наслаждаясь свежим запахом его кожи, смешанным с тонким ароматом его волос.
«Не знаю, хорошо это или плохо, но я не могу объяснить, почему именно с ним я чувствую себя по-настоящему живой. Может быть, он и есть тот незнакомец из моих снов, кто предначертан мне судьбой?» – растворяясь в моменте, размышляла Бонни. «Да что со мной такое? Нужно скорее решить, как быть дальше», – испугавшись хода своих мыслей, Морган на долю секунды открыла глаза.
– Остров, океан и полная луна. Перед нами весь мир, над нами яркие звёзды на бархатном небе… Когда ты проснёшься, то сможешь оценить эту красоту, – прервав её мысли, вдруг заговорил правитель.
Альвис погладил лицо Бонни подушечками пальцев, и вдруг его мягкие губы коснулись её щеки лёгким, невесомым поцелуем. «Ну всё, я больше так не могу», – распахнув глаза и поймав на себе взволнованный взгляд правителя, Морган отпрянула от него и поспешила встать.
– Ты? Что? Как? – воскликнул он.
От резкой смены положения у неё потемнело в глазах, и поддержка Альвиса пришлась ей как раз кстати.
 
– Ты в порядке? – он поднялся вместе с Бонни и придержал её за локоть.
– Буду в порядке, когда ты прекратишь меня трогать, – девушка вырвалась, отстраняясь. – Может, объяснишь мне, как я здесь оказалась?
В ответ на дерзость Бонни лицо правителя приняло надменное выражение.
– Ты потеряла сознание, Морган, когда дикое племя намеревалось принести тебя в жертву. Мне было бы на это наплевать, как и тебе на меня тогда, в пещере, но я не мог оставить тебя, потому что… – Альвис перевёл взгляд на океан, выдержал небольшую паузу и добавил неожиданно мягко: – Потому что ты нужна мне, Бонни Морган. Сама судьба послала мне тебя, и я не мог тебя упустить.
– Что всё это значит? – удивлённо переспросила Бонни, и ей подсознательно захотелось услышать ещё что-то приятное в свой адрес.
– Если помнишь, у нас с тобой был заключён негласный договор, – вопреки ожиданиям Морган, Альвис снова заговорил холодно и отчуждённо. – Если бы не он, я бы даже не взглянул на тебя там, на поляне аборигенов.
«Договор, значит? Так вот в чём истинная причина твоего великодушия?!» – воскликнула про себя Морган.
– Напомню о содержании договора, – между тем продолжал Альвис, довольствуясь негодованием на лице Бонни. – Ты дала слово привести меня к итафениту, а я взамен на это обещал помиловать твоего отца и даже взять его с собой на ковчег.
– Да, всё верно, – заволновалась Бонни при упоминании об отце. – Только ещё я просила припасти местечко на ковчеге для моего друга Николаса Паркера.
– Поплывёт с нами в трюме, на большее пусть не рассчитывает, – сверкнув глазами, проговорил Альвис. – И, кстати, я потребую у дикарей возобновить обряд, если ты не поведёшь меня к камню прямо сейчас.
– Я выполню свою часть договора, – поспешно ответила Бонни, содрогнувшись. – Как отсюда выйти на ту самую поляну?
– Забыла там свою совесть, Морган? – горько усмехнулся Альвис. – Вон там, у большого хлебного дерева, есть тропа.
Бонни решительным шагом направилась в указанном направлении, и вскоре путь и правда вывел её и Альвиса на уже безлюдную поляну с камнем.
– Ну вот мы и на месте, – осматриваясь, проговорил правитель. – Куда теперь?
– Это финальная точка. Итафенит прямо перед тобой, – Бонни подошла к жертвенному камню в центре поляны, указав на него.
Альвис с недоверием окинул взглядом камень: «Неужели итафенит всё это время был на видном месте? А я столько раз кружил над этой поляной на вертолёте, не обращая на него внимания!» – правитель приблизился к камню и сбросил с него дары дикарей: «Как же давно я тебя не видел!» Быстрыми движениями Альвис стал очищать итафенит от мха, пыли и запёкшейся крови, пристально рассматривая. Бонни осторожно притронулась к камню сбоку. «Странно, я ничего необычного не чувствую». Неожиданно Альвис вскочил, пнул камень ногой.
– Ты решила подшутить надо мной, Морган? Это же обычный булыжник! – он схватил Бонни за локоть и прорычал сквозь зубы.
– Что за глупости? – вспыхнула Бонни. – Это тот самый камень!
– Здесь должна быть метка острова, а её нет! – прокричал Альвис. – И этот камень не излучает ни света, ни тепла!
– Я тоже это заметила, – призналась Морган. – Но в тот раз, когда мы набрели на него с Ником, всё было иначе…
– Неужели? – Альвис оттолкнул от себя Бонни и резким движением опрокинул камень, изучая его с другой стороны. – И здесь нет метки! Притяжения и тепла тоже!
– Может, что-то произошло, и камень утратил свои свойства? – предположила Бонни, переживая, что так действительно могло случиться.
– Нет! Этого не может быть! С этим булыжником нам не выбраться с острова! – Альвис сорвал с себя часть плаща и стал обрывком ткани тереть о камень. – Символ спирали… Не мог он просто так исчезнуть!
Ковыряя камень ножом и обтирая его тканью, Альвис долго и пристально рассматривал его со всех сторон: «Я не могу поверить, что он потерял свою силу! Этого не может быть!»