Посредник (ЛП)

― Тебе стоит. Как и всем остальным, когда я расскажу о результатах проверки безопасности, проведенной на прошлой неделе.
Данте стонет.
― Дай угадаю. Ты снова смогла взломать все аккаунты.
― Со смехотворной легкостью.
Его глаза прищуриваются.
― А мой ты смогла взломать?
― Конечно. ― Это было нелегко, но я не собираюсь говорить ему об этом.
― Как?
― Я не скажу. ― Я подмигиваю ему. ― У девушки должно быть несколько секретов.
Я очень серьезно обдумывала идею уйти. У нас с Антонио был долгий разговор после того, как он вернулся из медового месяца.
― Не буду врать, ― сказал он. ― В тот момент ты была мне нужна. Но я не поэтому не рассказал тебе о Роберто.
― Тогда в чем причина?
― Данте не просто мой заместитель, ― говорит он. ― Он один из моих самых близких друзей. Если бы не он, я бы не стал тем, кем являюсь. ― Он улыбается. ― Он не мог рассказать тебе. Я не был с ним согласен ― это не самое разумное решение, ― но он был моим другом, и я уважал его желания. Как бы ты поступила в моей ситуации?
Наверное, также. Антонио не убивал Роберто, но я все равно в долгу перед ним. Он навел порядок в венецианской мафии, избавившись от людей вроде Марко. Он всегда хорошо платил мне, всегда был хорошим боссом. Он даже помнит о дне рождения Анжелики и каждый год присылает ей подарок.
― Ты лучшая подруга моей жены, Валентина, ― продолжает он. ― Я не хочу, чтобы между нами была вражда. Что я могу сделать, чтобы загладить свою вину?
Я задумываюсь, а потом говорю:
― Я разыскала еще один Спайдер 54-го года. Ну, вернее, это шасси одного из них. Очевидно, он сильно пострадал от огня во время гонки. Интерес к этой машине велик. Люди будут активно торговаться.
― Заметано, ― быстро говорит Антонио, на его лице мелькает улыбка. ― Считай это свадебным подарком.
У Нила Смита не было родственников, поэтому он похоронен в безымянной могиле в Бари. Семья Марко в Лечче устроила долгие и экстравагантные похороны, но в них было заметно отсутствие настоящей скорби. Сестра Андреаса Сесилия, похоже, тоже не особо скорбит по брату. Думаю, на самом деле она испытывает облегчение.
Все заканчивается без шумихи, о несчастном случае на рыбалке едва упоминается в местной газете. Жизнь идет своим чередом.
Анжелика не страдает от последствий произошедшего. Само похищение произошло так быстро, что она даже не успела его осознать, и, к счастью, все остальное время она была без сознания.
Тем не менее Данте находит детского психиатра, чтобы тот поговорил с Анжеликой. Но после нескольких сеансов психиатр говорит, что мы, возможно, зря тратим время.
― Анжелика очень сильная, ― говорит она. ― Она не переживает этот инцидент, а с удовольствием рассказывает о нем. Она говорит, что, если ей будет угрожать опасность, ее дядя Данте защитит ее.
― Защитит. В этом она права. Но вы уверены…
― Уверена. Анжелика в восторге от вашего предстоящего брака и очень рада своим новым собакам. Она счастливый ребенок, синьорина Линари. Вам не о чем беспокоиться.
Мы назначаем дату свадьбы на лето. Данте не в восторге от задержки, но я твердо решила не торопить события.
― Я собираюсь выйти замуж только один раз в жизни, ― говорю я ему. ― И не собираюсь торопиться. Кроме того, ты ждал десять лет. Что значит еще шесть месяцев?
― Я не хочу ждать шесть месяцев именно потому, что ждал десять лет, ― отвечает он с раздражением. ― Но ладно, хорошо. Куда ты хочешь поехать в медовый месяц?
Я знаю ответ на этот вопрос. Когда Анжелике было три года, мы вдвоем отправились в наш первый совместный отпуск. Мы сели в самолет и полетели в Ниццу. Там к нам присоединилась Лучия.
У меня так много счастливых воспоминаний о той неделе. Лучия впервые познакомилась с моей дочерью и привезла в подарок огромного плюшевого медведя, который был больше Анжелики. Анжелика взглянула на него и тут же разрыдалась, а Лучия так испугалась того, что заставила мою дочь плакать, что я не могла удержаться от смеха. Погода была великолепной. Мы отвели Анжелику на Променад-дю-Пайон, где она забралась на гигантского кита, и на площадь Массена, чтобы она побегала между фонтанами с водяными струями. Ни у Лучии, ни у меня не было много денег, но мы ездили на пикники, объедались сыром и запивали его вином, и я чувствовала себя более живой, чем когда-либо за долгое время.
 
На обратном рейсе в Венецию я сидела рядом с женщиной лет тридцати. Она расспрашивала нас о моем отпуске и показывала мне свои фотографии.
― Мы с моим парнем арендовали лодку на мой день рождения, ― рассказывала она, показывая фотографии, на которых они плывут по каналам в районе Канал дю Миди. ― Это было потрясающе. ― Я смотрела на фотографии, где она и ее парень лежат на палубе, держа в руках бокалы с шампанским, и испытывала пронзительное чувство зависти. Я поклялась, что однажды у меня будет достаточно денег, чтобы сделать что-то подобное.
Когда я рассказываю Данте эту историю, он слушает со странным видом.
― Ты должна была рассказать мне, ― тихо говорит он, когда я заканчиваю. ― Я бы все устроил. Черт, я купил бы тебе чертову яхту.
Я целую его в шею, чуть ниже уха.
― Ты не можешь купить мне все, что я хочу. ― Волшебной была не только мысль о круизе по французским каналам. Ее парень позаботился о том, чтобы сделать что-то особенное на ее день рождения. Фотография, на которой они смеются на палубе, попивая шампанское, заставила мое сердце затрепетать.
Она была любима, а я не могла представить себе такого будущего.
Теперь я выхожу замуж за мужчину, который сделает все для нас с Анжеликой. Я не сомневаюсь в том, что Данте любит меня, ― он каждый день показывает мне это тысячей разных способов.
― Думаю, ты поймешь, что я могу. ― Он слегка отодвигается, и я сдерживаю улыбку. Мой жених может думать, что он боится щекотки только на ногах, но я знаю лучше. ― И поверь мне, Валентина, ― говорит он, собственнически целуя меня, ― я буду ужасно баловать свою жену и ребенка.
Мы женимся в июле на винограднике Антонио к северу от Вероны. Сотня гостей собирается на склоне пологого холма, чтобы присутствовать на нашей свадьбе.
День проходит как в тумане, и я почти ничего не помню. Анжелика идет впереди меня, рассыпая лепестки роз по проходу. Потом появляется Данте, смотрит на меня, и у меня в горле встает комок.
Прошло десять долгих лет. Но Данте Колонна стоил того, чтобы ждать.
Мы прилетаем в Монпелье и садимся на нашу лодку в Тулузе. Пока Данте проходит ускоренный курс обучения навигации по шлюзам Канала дю Миди, я иду в спальню и звоню Анжелике.
Это первый раз, когда я еду в отпуск без нее. Она осталась с Лучией и Антонио в самом безопасном доме в Италии, но я все равно волнуюсь. Прерогатива матери.
Анжелика отвечает на видеозвонок после первого гудка.
― Привет, мама, ― говорит она. ― Угадай, что купила мне тетя Лучия? ― Она показывает кожаный чехол.
Я подношу телефон ближе к себе, и мой рот открывается.
― Это набор для взлома замков? ― Лучия появляется в поле зрения, и я бросаю взгляд на подругу. ― Ты учишь мою дочь взламывать замки?
Лучия забирает телефон у Анжелики.
― Это не моя вина, ― оправдывается она. ― Она уже смотрела на YouTube обучающие видео о том, как вскрывать замки. Я должна была показать ей, как делать это правильно. Ты же не хочешь, чтобы ее поймали?
Данте входит в спальню, слышит последнюю фразу и начинает смеяться. После секунды возмущения я присоединяюсь к нему.
― Думаю, это неизбежно, ― признаю я. ― Я учу ее хакерству, а ты показываешь ей, как взламывать замки. ― Я бросаю на мужа укоризненный взгляд. ― Не учи ее наносить удары ножом.
― Никаких ножей еще несколько лет, ― соглашается Данте. ― Но несколько уроков самообороны не повредят.