Конкуренты (ЛП)

Словно в дурацком романтическом фильме, импульс, пробежавший по моему телу, заставил каждый волосок на моей руке напрячься.
К моему везению, этот болван все понял.
Он заметил мурашки, и ухмыльнулся.
— Ужин завтра в семь. Я сообщу, где именно.
К счастью, стук в дверь, а затем появление главного управляющего отеля положил конец нашей личной беседе.
— Я Луис Кантер, — представился управляющий, протягивая руку сначала мне, а затем Локвуду.
— София Стерлинг. Очень приятно с вами познакомиться. Спасибо, что пришли пораньше, чтобы уделить нам немного времени до начала напряженного рабочего дня.
— Без проблем.
— Я читала, что вы дольше всех работаете в "Графине". Это правда?
— Да. В пятнадцать лет я подрабатывать у мисс Коупленд и ваших дедушек. Не ошибусь, если скажу, что за долгие годы я занимал в отеле практически все должности, какие только можно.
Я улыбнулась и указала на стул во главе стола, между мной и Локвудом.
— Это невероятно. Нам очень повезло, что есть человек со столь обширными знаниями и опытом. Пожалуйста, присаживайтесь. Мы просто хотели обсудить переходный период и выслушать все ваши вопросы.
Локвуд встал.
— По правде говоря. Кое-что произошло, и мне нужно отлучиться. Скорее всего, я вернусь только сегодня вечером.
Я удивленно моргнула.
— О чем ты? Что именно произошло и когда?
Локвуд проигнорировал меня и обратился к Луису:
— Приношу свои извинения. Я наверстаю упущенное завтра. Уверен, вы и мисс Стерлинг сможете справиться со всем, что на данный момент необходимо сделать. София сообщит, что я пропустил.
В самом деле? Сегодня нам предстояло провести полдюжины встреч с ключевыми сотрудниками отеля, и сообщить, что мы не собираемся сокращать штат или кардинально менять работу отеля. Все знали, что Стерлинги и Локвуды презирают друг друга, и это очень волновало персонал. А этот придурок решил отказаться от встреч? Что это могло бы означать, и что подумают сотрудники? Что у одного из новых владельцев даже нет на них времени?
Я встала.
— Могу я поговорить с тобой, Локв… Уэстон? — Я кивнула на дверь, проигнорировав его самодовольную ухмылку, и снова повернулась к Луису. — Извините, пожалуйста, я всего на одну минуту.
— Не торопитесь.
Как только мы оказались в коридоре, я огляделась, проверяя, нет ли поблизости персонала. Положив руки на бедра, я постаралась говорить тише:
— Какого черта? У нас целый день расписан, а ты все бросаешь? Что такого важного случилось?
Локвуд, как и прошлой ночью, накрутил на палец прядь моих волос и сильно потянул.
— Ты справишься, Фифи. Ты умеешь угождать людям. Я уверен, что к тому времени, когда вы закончите, весь персонал будет ощущать себя старушкой, которой пора на покой, и это покажется им не плохой идеей.
Я отбросила от себя его руку.
— Я не твоя секретарша. Все, что пропустишь — твоя проблема. Не жди, что я буду отчитываться перед тобой.
В ответ этот козел лишь подмигнул. Я дико ненавидела тех, кто так делает.
— Всего хорошего, красавица.
— Не называй меня так! — крикнула я ему в спину.
Скатертью дорога. Я точно не нуждалась в нем на собраниях. И мне определенно было лучше без него. На самом деле, если задуматься, единственное место, где этот болван был полезен — спальня. Но я не совершу такой ошибки снова.
Я вернулась в конференц-зал.
— Итак, как вы знаете, отель теперь принадлежит семьям Стерлинг и Локвуд, — сказала я Луису. — Каждая семья владеет сорока девятью процентами акций, и два процента принадлежат местной благотворительной организации, которую мисс Коупленд поддерживала.
Луис приветливо улыбнулся.
— "Легкие Шаги".
— Совершенно верно.
Благотворительная организация, которой Грейс завещала двухпроцентный пакет акций, была весьма интересной. Ее возглавлял всего один человек, а фонд не превышал пятидесяти тысяч долларов. Двухпроцентный пакет акций "Графини" стоил, вероятно, в сто раз больше, и неудивительно, что этот тип так стремился продать свою долю кому-то из нас.
 
— Была ли у мисс Коупленд какая-то личная причина для такого большого пожертвования в эту благотворительную организацию?
Луис откинулся на спинку стула и кивнул. Когда он заговорил, его взор потеплел.
— Лео Фарли. Он работает в отделе уборки.
Это имя мне ни о чем не говорило.
— Какой-то сотрудник вызвал у нее интерес к благотворительности?
— Около шести лет назад Лео был бездомным. Потерял работу, жена умерла, его выселили из квартиры, дочь покончила с собой и все это за несколько месяцев. Иногда он ночевал в переулке за углом, рядом со служебным входом в отель. Мисс Коупленд гуляла два раза в день, точно по часам: в десять утра и в три часа дня, и проходила по нескольку кварталов. Однажды днем она столкнулась на улице с Отто Поттером, который лечил ноги Лео.
— Отто Поттер — это тот, кто основал организацию "Легкие шаги"?
Луис кивнул.
— Он врач-ортопед на пенсии. У многих бездомных есть проблемы с ногами: диабет, хождение босиком, инфекции. Он и еще несколько добровольцев помогали парням, вроде Лео.
— Так Лео и теперь работает здесь?
— Да. Мисс Коупленд прониклась к нему симпатией. Как только его ногам стало лучше, Лео начал гулять вместе с ней, и в конце концов она предложила ему работу. Он был лучшим работником месяца больше, чем любой другой сотрудник. Много трудится.
— Вау. Это потрясающая история.
Луис с гордостью улыбнулся.
— У меня их полно, когда речь заходит о мисс Коупленд. Она была очень хорошим человеком.
Это было хорошей новостью. У заботливых работодателей обычно преданные работники, и я надеялась на спокойную жизнь, пока торчу здесь, присматривая за отелем и отстаивая фамильные интересы.
Вернув наш разговор к цели нашей встречи, я открыла блокнот.
— Итак, расскажите мне о делах "Графини". Все ли идет гладко? Есть ли какие-то проблемы или опасения, на которые вы хотели бы обратить мое внимание?
Луис указал пальцем на мой ежедневник.
— Хорошо, что вы захватили блокнот.
«Ой-ой».
— Во-первых, надвигается забастовка.
— Забастовка?
— Мисс Коупленд была щедрой и преданной, но ей также приходилось крепко держать бразды правления, если дело касалось ведения дел. Я — управляющий отелем, и контролирую все текущие процессы, но бизнес-аспектами она занималась лично. Она долго болела, и кое-что из того, что требовалось уладить, так и не было решено.
Я вздохнула и записала: "Забастовка".
— Ладно, расскажите, что вам известны о проблемах с профсоюзом.
Спустя сорок минут у меня было шесть страниц заметок только относительно первого вопроса.
— Что-нибудь еще?
«Пожалуйста, скажи "нет"».
Луис нахмурился.
— Я бы сказал, что следующая самая большая проблема — это свадьбы.
— Свадьбы? — переспросила я.
Он кивнул.
— Уверен, вам известно, что "Графиня" — одно из самых востребованных мест для проведения торжеств.
— Да, конечно.
— У нас два банкетных зала: Дворцовый и Императорский. Их бронируют за три года вперед.
— Хорошо…
— Около двух лет назад мы начали принимать заказы на Солнечный зал. Он точная копия Императорского, только с выходом на отдельную террасу на крыше.
— Я и не знала, что на крыше есть терраса.
Луис покачал головой.
— Ее пока нет, и в этом-то и заключается часть проблемы. Ремонтные работы там едва начались, а первый банкет — свадьба племянницы мэра, должен состояться уже через три месяца.
У меня отвисла челюсть.
«Вот дерьмо!»
Дальше дела пошли еще хуже. Внешне отель выглядел шикарно, он внутри накопилось немало проблем, которые теперь стали моей заботой. Луис все говорил и говорил, и мне пришлось перенести встречи со старшими менеджерами, чтобы все обсудить. К концу голова у меня шла кругом.