Конкуренты (ЛП)

Я закрыла глаза и поникла.
— Семья послала тебя управлять «Графиней», да?
Локвуд ждал, пока я открою глаза и нанес финальный удар:
— Похоже, в ближайшее время мы будем часто видеться.
Глава 2
София
— Не туда идешь, Фифи.
Я вышла из лифта на четвертом этаже, и столкнулась с Локвудом.
— Отойди.
Он шагнул в лифт, который я только что покинула, задержал дверь, чтобы та не закрылась, и, пожимая плечами, произнес:
— Поступай как знаешь. В конференц-зале четыре-двадцать никого нет.
Я обернулась.
— Как нет?
— Они перенесли собрание во «Флэтайрон-билдинг», в офис юриста.
Я хмыкнула.
— Шутишь? Со мной никто не связывался. Почему они его перенесли?
— Понятия не имею. Узнаем, когда доберемся туда.
Локвуд отпустил кнопку на панели и отошел назад.
— Едешь или нет? Они не будут откладывать начало собрания, а пробки на дорогах просто ужасные.
Я посмотрела на двери конференц-зала — вокруг никого не было, — глубоко вздохнула и вошла в лифт. Когда двери закрылись, Локвуд шагнул ближе ко мне.
— Что ты делаешь?
— Ничего.
— Тогда отодвинься.
Локвуд рассмеялся, но не сдвинулся с места.
Я ненавидела себя за то, что заметила, как приятно он пахнет — сочетание свежесрубленного дуба и чего-то натурального, возможно, с легким кожаным запахом.
Казалось мы спускались в лобби, целую вечность, и как только двери открылись, я выскочила из лифта и, не оглядываясь, помчалась к главному выходу.
Во «Флэтайрон билдинг» я оказалась лишь сорок минут спустя. После неудачной попытки добраться на такси — за десять минут мы преодолели полквартала — я поехала в метро, где было ужасно жарко и воняло мочой.
— Скажите, пожалуйста, на каком этаже находится «Бартон и Филдс»? — обратилась я к портье.
— На пятом. Но сегодня один из лифтов не работает. — Он указал на длинную очередь.
Я уже опаздывала, и, вздохнув, спросила, где лестница.
Преодолев пять очень длинных лестничных пролетов в туфлях на высоченных каблуках и с портфелем, набитым документами, я подошла к стеклянным дверям адвокатской конторы отеля «Графиня». Секретарь кому-то помогала, и кроме меня в очереди стояли еще двое.
Я проверила время на телефоне.
«Надеюсь, они еще не начали встречу. Ее перенесли без предупреждения, да и Локвуду потребовалось бы столько же времени, чтобы добраться сюда».
Когда наконец подошла моя очередь, я обратилась к секретарю:
— Здравствуйте. Я София Стерлинг. У меня назначена встреча с Элизабет Бартон.
Секретарь покачала головой.
— Сегодня утром мисс Бартон на совещании в Верхнем Манхэттене. Во сколько у вас назначен прием?
— Встреча и была запланирована там, в отеле «Графиня», но ее перенесли сюда.
Женщина нахмурилась.
— Утром я видела, как она выходила, но позвольте еще раз проверить. Возможно, она вернулась, когда я готовила кофе.
Она нажала несколько клавиш на клавиатуре и некоторое время слушала наушники, прежде чем снять их.
— Не отвечает. Позвольте я проверю ее кабинет.
Через несколько минут женщина в костюме вышла из приемной вместе с секретаршей.
— Привет. Я Серена, ассистент мисс Бартон. Ваша встреча назначена в отеле «Графиня». Конференц-зал четыре-двадцать.
— Нет. Ее перенесли сюда.
Она покачала головой.
— Мне очень жаль. Вам дали неверную информацию. Я только что позвонила Элизабет на мобильный и все проверила. Собрание началось около часа назад.
Я покраснела до корней волос.
«Локвуд, я тебя прибью!»
*** *** ***
— Мне действительно жаль, простите за опоздание.
Женщина, во главе стола для совещаний — я предположила, что это Элизабет Бартон, главный адвокат «Графини» — посмотрела на часы и нахмурилась.
— Возможно, кто-нибудь из тех, кто пришел вовремя, окажет любезность и расскажет, что вы пропустили. — Она встала. — Предлагаю сделать десятиминутный перерыв. Я отвечу на все вопросы, когда мы соберемся снова.
Локвуд улыбнулся.
— С удовольствием введу мисс Стерлинг в курс дела.
Адвокат поблагодарила его, и вместе с двумя незнакомыми мне мужчинами ушли из конференц-зала. Локвуд поднялся, как будто тоже собирался сделать перерыв и выйти отсюда целым и невредимым.
 
«Чёрта с два!»
Я встала перед дверью.
— Ты придурок!
С самодовольной улыбкой он застегнул пиджак.
— Разве тебя ничему не научили в «Уортоне»? В любви и на войне все средства хороши, Фифи.
— Прекрати меня так называть!
Локвуд стряхнул воображаемую пылинку с рукава своего дорогого костюма.
— Так рассказать, что ты пропустила?
— Конечно, кретин. По твоей вине меня здесь не было.
— Ладно. — Он сложил руки на груди и посмотрел на свои ногти. — За ужином.
— Я не собираюсь ужинать с тобой.
— Нет?
— Нет!
Он пожал плечами.
— Как хочешь. Я пытался быть джентльменом. Впрочем, если ты предпочитаешь отправиться сразу в номер, меня тоже это устраивает.
Я усмехнулась.
— Ты рехнулся.
Он наклонился.
Я подалась назад и уперлась в дверь. Отступать было некуда, но трепетать от страха перед Локвудом я не собиралась. Я продолжала стоять, пока этот идиот, от которого все еще исходил восхитительный запах, не приблизил свои губы к моему уху.
— Я знаю, что ты помнишь, как нам было хорошо вместе. Лучший ненавистный секс, который у меня когда-либо был.
— Я уверена, у тебя и не было другого. Поскольку никому в здравом уме ты бы не понравился, — проговорила я сквозь стиснутые зубы.
Он поднял голову и подмигнул мне.
— Придержи свой гнев. Скоро он нам пригодится.
*** *** ***
К восьми часам вечера мне действительно захотелось выпить. Сегодня был бесконечный день.
— Можно заказать еду здесь, или надо пересесть за столик? — спросила я у бармена в ресторане отеля.
— Можете заказать в баре. Я принесу вам меню.
Он исчез, а я уселась на барный стул, вытащила из портфеля блокнот и начала записывать все, о чем последние двадцать минут говорил мой отец. Вернее не говорил, а орал с той минуты, как я сняла трубку. Он даже не поздоровался — просто принялся выкрикивать один вопрос за другим, а я даже пару слов вставить не могла, чтобы ответить.
Отцу ужасно не нравилось, что дедушка доверил мне присматривать за «Графиней». Он предпочел бы, чтобы этим занялся мой сводный брат Спенсер, и не потому, что тот суперкомпетентный — достаточно сделать пожертвования в школу Лиги Плюща, и они чудесным образом пропустят любого, — а лишь потому, что Спенсер был его марионеткой.
Поэтому, когда на моем мобильном вспыхнуло имя «Скарлетт», я поблагодарила небеса и отложила ручку, чтобы сделать столь необходимый перерыв.
— Разве в Лондоне сейчас не час ночи? — спросила я.
— Конечно, и я так убийственно устала, что ног под собой не чую.
Я улыбнулась.
— Ты даже не представляешь, как сильно мне хотелось услышать твой ужасный акцент прямо сейчас.
— Ужасный? Я говорю на королевском английском, моя дорогая, а ты на английском из того жуткого района, застрявшего между Манхэттеном и Тол Айлендом.
— Не Тол Айленд, а Лонг Айленд.
— Не важно.
Я рассмеялась.
— Как у тебя дела?
— Мы взяли на работу новенькую, и мне показалось, что она может заменить тебя как мою лучшую подругу. Но в прошлые выходные мы пошли в кино, и она надела леггинсы, через которые просвечивали ее стринги.
Я с улыбкой покачала головой.
— Какой кошмар.
Скарлетт работала в индустрии моды, и даже Анна Винтур — главный редактор американского издания Vogue, была терпимей к стилевым оплошностям, чем она.
— Посмотри правде в глаза. Я просто незаменима.
— Так и есть. Значит, тебе уже наскучил Нью-Йорк и ты решила вернуться обратно в Лондон?
Я усмехнулась.
— С тех пор как я улетела, прошло двадцать шесть мучительных часов.
— Как тебе новая работа?