Конкуренты (ЛП)

  
Ви Киланд
 
Конкуренты
 
Переводчики: Владислава Поплёвка, Вера Чередниченко, Леруся Нефедьева
 
«Люби или ненавидь — то и другое мне подходит.
 
Если любишь, я всегда буду в твоем сердце.
 
Если ненавидишь, я навсегда останусь в твоей памяти».
 
Неизвестный
 
Глава 1
София
Работница аэропорта протянула нейлоновый ремень от одного столба к другому, преграждая проход.
— Подождите! — Весь путь от международного терминала я бежала, волоча за собой дорожную сумку на колесиках, и теперь пыхтела, как заядлый курильщик. — Простите, я опоздала. Можно мне пройти в самолет?
Женщина подняла голову и нахмурилась.
— Посадка закончилась.
— Мой первый рейс задержался. Пожалуйста, мне нужно быть в Нью-Йорке утром.
Это ее не проняло.
— Послушайте, — с отчаянием взмолилась я, — в прошлом месяце меня бросил парень. Я только что прилетела из Лондона, чтобы завтра утром приступить к новой работе — работе на своего отца, с которым совсем не лажу. Он думает, что я не справлюсь и, возможно, прав, но мне просто необходимо было убраться к чертовой матери из Лондона. Пожалуйста, позвольте мне пройти в самолет. Я не могу опоздать в свой первый рабочий день.
А вот это ее смягчило.
— Меньше чем за два года я дослужилась до менеджера в этой авиакомпании, но каждый раз, когда вижу отца, он спрашивает, не нашла ли я жениха, а не как продвигается моя карьера. Давайте я проверю, не закрыли ли еще дверь самолета. — Она подошла к стойке и взяла телефон.
Я облегченно вздохнула.
Вернувшись, она расстегнула заграждение.
— Посадочный талон.
— Вы лучшая! Спасибо большое!
Она посмотрела электронный талон на моем телефоне и подмигнув, вернула его.
— Иди и докажи, что твой отец ошибается.
Я поспешила в самолет.
Мое место было 3В, но отсек для ручной клади уже был полон.
— Вы не знаете, есть ли где-нибудь еще место? — спросила я у явно недовольной бортпроводницы.
— Все заполнено. Место есть только в багаже.
Я вздохнула и огляделась. Пассажиры смотрели на меня так, словно именно я задерживала самолет.
«Ох. Точно».
Я через силу улыбнулась.
— Э-э…. это было бы здорово. Спасибо.
Бортпроводница взяла у меня сумку.
Я собралась сесть на пустое кресло у прохода, и тут вспомнила, что бронировала место у иллюминатора. Дважды проверив посадочный талон и номера над креслами, я наклонилась, чтобы поговорить со своим соседом — мужчиной, читавшим Wall Street Journal.
— Эмм… прошу прощения. Думаю, вы заняли мое место.
Он опустил газету и недовольно поджал губы, будто был вправе сердиться.
Я перевела взгляд с его губ на лицо, и…
«Черт побери!»
Воришка, занявший мое место, самодовольно ухмыльнулся.
Я несколько раз моргнула, надеясь, что это мираж, но он не исчез.
— Ты, верно, шутишь!
— Рад тебя видеть, Фифи.
В мире летает сотни самолетов, но мы с Уэстоном Локвудом оказались не только на одном рейсе, но и на соседних местах.
Я осмотрелась, ища свободное места. Но, конечно же, ни одного не было.
Хмурая бортпроводница уже отнесла мою сумку и снова подошла ко мне.,
— Какие-то проблемы? Мы ждем, когда вы займете место, чтобы начать рулежку к взлетной полосе.
— Да, проблемы. Я не могу здесь сидеть. Где-нибудь есть другое место?
Она подбоченилась.
— Это единственное свободное место, и вам давно пора занять его, мисс.
— Но…
— Если вы не сядете, я вызову охрану.
Я посмотрела на Локвуда, и этот придурок имел наглость улыбнуться.
— Вставай! — Я пристально посмотрела на него. — Если другого выхода нет, то я хочу сидеть на своем месте.
Локвуд сверкнул мегаваттной улыбкой бортпроводнице.
— Она неравнодушна ко мне еще со школы, и так показывает чувства. — Он подмигнул, встал и протянул мне руку. — Пожалуйста, садись на мое место.
Я прищурилась так сильно, что глаза практически превратились в щелки.
— Просто уйди с дороги.
 
Скользнув на свое место, я сунула портфель под кресло впереди и пристегнулась.
Бортпроводница тут же начала рассказывать пассажирам о правилах полета, а самолет медленно тронулся с места.
Придурок-сосед наклонился ко мне.
— Хорошо выглядишь, Фиф. Как давно мы не виделись?
Я вздохнула.
— Очевидно, не так давно, раз ты сейчас сидишь рядом.
Локвуд усмехнулся.
— Все еще притворяешься, что не заинтересована, да?
— А ты все так же полон пустых иллюзий?
Я закатила глаза, а когда открыла, то, к несчастью, увидела во всей красе человека, которого презирала всю жизнь. Понятное дело, этот придурок хорошо выглядел. Уэстон Локвуд и подростком был горяч, а повзрослев стал просто великолепен. Мужественная квадратная челюсть, римский нос — тот что имеет очертание моста и слегка вздернут, — большие голубые томные глаза цвета ледников Аляски, полные губы, загорелая кожа и маленькие морщинки, которые почему-то я находила чертовски сексуальными. На его щеках виднелась щетина, а темные волосы, вероятно, не мешало бы подстричь. В деловых кругах принято гладко бриться и коротко аккуратно стричься, а Локвуд своим намеренно неряшливым видом словно кричал им: «Да пошли вы!». В общем, жаль, что он был придурком. И Локвудом. Хотя второе и упоминать не стоило, поскольку Локвуд и придурок — синонимы.
Я заставила себя отвернуться и уставилась на спинку кресла впереди, но все же чувствовала на себе взгляд Локвуда. В конце концов, это стало невозможно игнорировать, поэтому я фыркнула и повернулась к нему.
— Ты собираешься пялиться на меня весь полет?
Он усмехнулся.
— Вполне возможно. Вид неплохой.
Я покачала головой.
— Не утруждайся. У меня есть работа, которую нужно сделать.
Во время полета я хотела изучить материалы по «Графине» и уже потянулась к портфелю, но тут вспомнила, что засунула ноутбук в наружный карман дорожной сумки.
«Просто отлично! Во-первых, будет чудом если он переживет перелет. Во-вторых, я совсем не подготовлюсь для завтрашней встречи с юристом отеля. И, в-третьих, чем мне теперь себя занять?»
Вместо того чтобы, психовать и нервничать, я решила поберечь нервы и поспать. Когда самолет взлетел, я закрыла глаза и попыталась отдохнуть, однако мысли о мужчине рядом не давали расслабиться.
Сколько себя помню, мы были непримиримыми врагами. Это началась еще при наших дедах, хотя большую часть моего детства мы вращались в одних и тех же социальных кругах. Мы с Локвудом посещали одни и те же частные школы, часто виделись на благотворительных и светских мероприятиях и даже имели общих друзей. Дома наших семейств в Верхнем Вест-Сайде находились всего в нескольких кварталах друг от друга. Но, как и наши отцы и деды, мы старались держаться подальше друг от друга.
Ну, за исключением того единственного раза.
Той единственной ночи.
Это была ужасная, чудовищная ошибка, о которой я старалась не вспоминать.
Разве что изредка… когда думала об этом…
Например, как сейчас.
Я глубоко вздохнула и выдохнула, выталкивая воспоминания из головы.
Но какого черта Локвуд вообще сидит рядом со мной? Я, конечно, не следила за ним, но последнее, что слышала — он жил в Вегасе и управлял семейными отелями Локвудов на юго-западе. Так каковы шансы, что мы окажемся на одном самолете в Нью-Йорк?
«Черт!»
Я резко открыла глаза.
«Этого не может быть. Пожалуйста, Господи. Пожалуйста, не допусти этого».
Я повернулась к Локвуду.
— Погоди-ка. Зачем ты летишь в Нью-Йорк?
Он усмехнулся.
— Попробуй угадать.
— Чтобы… навестить семью? — Я цеплялась за надежду.
Он покачал головой, сохраняя высокомерную ухмылку.
— Посмотреть достопримечательности?
— Нет.