Весна в октябре (СИ)

— Твои предложения?
— Хождение по деревьям. Малолетние засранцы просто из кожи будут лезть, чтобы освоить такую крутую вещь.
— Если по стенам Конохи будут бегать толпы маленьких говнюков, жители меня освежуют.
— Не стоит драматизировать, Орочи-кун, — рассмеялась Цунаде. — В академии преподают Хенге! Если и есть дзюцу, способное в руках ребёнка довести любого взрослого до самоубийства, то это оно.
— Ку-ку-ку, или до убийства. Помнишь, как наша Джирайя-тян не удержала контроль в женских банях?
— Сенсея не зря зовут Богом Шиноби. Я бы лучше вышла ещё раз против Ханзо, чем против той рычащей толпы. Это при том, что я тоже женщина.
— Ладно, я принял твою точку зрения. Учебный план Академии будет пересмотрен, базовое ирьёниндзюцу с расширенными факультативами и основы фуиндзюцу будут добавлены. Но я хочу сделать тебе ещё один подарок.
— Подарок? Орочимару, из твоих уст это звучит очень подозрительно.
— Ты ознакомилась с результатами эксперимента по добавлению ДНК твоего дедушки?
— Это омерзительно. Ты убил шесть десятков детей! Я до сих пор удивляюсь, что имею дело с тобой.
— Напоминаю: у тебя просто нет выхода. Так вот. Оказывается, один из субъектов выжил и сбежал. Его подобрал и тренирует Данзо. Старый ублюдок мне ничего не сказал, но у меня есть свои источники.
— К чему ты ведёшь, Орочимару?
— К тому, дорогая, что если кто-то гарантированно выживет после эксперимента, так это ты.
— Я прекрасно живу и без Мокутона.
— О, не сомневаюсь. Ты не знаешь маленького нюанса. Того, что я открыл, исследуя клетки Хаширамы-сама. Его ДНК не имеют предела деления.
— Серьёзно? Но ведь дедушка...
— Никогда не выглядел на свои почти пять десятков? Был всегда в расцвете сил?
— Ты прав. Но есть ещё одна неразрешимая проблема.
— О, Цунаде-тян, не беспокойся. Вопрос чакры я попробую решить.
* * *
— Иноичи, Фу, рад что вы ко мне заглянули.
— Мы явились сразу же, как получили вызов, Хокаге-сама, — бесстрастно ответил Фу Яманака. Иноичи кивнул в знак подтверждения.
— Вы знаете о посольстве из Кумогакуре, приезжающем завтра для заключения мирного договора?
Оба шиноби кивнули.
— Несмотря на то, что прекращение боевых действий нам обоюдно выгодно, но для него маловато предпосылок.
— Может они тоже устали от войны и истощены? — спросил Иноичи.
— Возможно, — не стал возражать Хокаге. — Сарутоби-сенсей просто в восторге.
— Но не вы, — предположил Фу.
— Нет, мне идея тоже нравится, это позволит высвободить немало сил и средств. Но я не обладаю верой в людей моего учителя. Может я веду себя глупо, но членам вашего клана предстоит ещё раз послужить деревне. Круглосуточное наблюдение за шиноби делегации. Используйте ваши хидзюцу, чтобы оставаться незамеченными. В случае инцидентов, тревогу не подымать, сразу же сообщать мне. Выполнять.
— Слушаюсь, Хокаге-сама! — хором сказали шиноби и развернулись уйти.
— Фу, задержись, — приказал Хокаге.
Иноичи коротко кивнул и вышел за дверь.
— Как твой Хокаге я даю тебе длительную миссию. Ты остаёшься членом Корня, но будешь подчиняться лично мне. Я знаю, что у тебя под языком, поэтому рапортов не требую. В определённый момент у тебя будет возможность послужить деревне. Свободен.
* * *
Лишь узкий серп луны освещал ночную Коноху. Тёмная фигура с лицом, полностью закрытым платком, быстро и бесшумно перемещалась по улицам. Добежав до ограждения храмового квартала Хьюг неизвестный шиноби перемахнул через высокий забор и скрылся внутри двора.
Сидящий на ветке ворон дёрнул головой, удивлённо оглянулся, каркнул, и с видом «что я забыл в этой дыре?» взмахнул крыльями и скрылся в ночном небе. Звуки вновь утихли и пропали движения. Только стрекотали вездесущие цикады и шелестели листья окружающих деревьев.
Через некоторое время тот же неизвестный шиноби спрыгнул с клановой ограды с неясным белым грузом под мышкой. Быстрыми тихими шагами он мчался в тени забора, пока какой-то стрекочущий звук не насторожил его. Мгновенно развернувшись, он выхватил кунай.
 
Вспыхнул свет переносных прожекторов, высветивший множество белых масок Анбу. Некоторые из них сжимали в руках портативные кинокамеры, тщательно документируя процесс захвата.
— Я прошу прощения, что прерываю вашу прогулку, шиноби-сама, — раздался издевательский голос. — но вам слишком неудобно нести малышку Хьюга. Мои Анбу вам помогут.
Фигура в маске и с рукоятью меча за плечом возникла рядом с диверсантом. Тот опустил голову и передал маленькую девочку в руки представителя Конохи.
— Снимите, пожалуйста вашу маску, уважаемый незнакомец, — продолжал тот же голос. — Вы сами отлично понимаете ваше положение, так что давайте обойдёмся без глупых выходок.
Тот кратко склонил голову и потянулся к платку на своём лице.
— Подонок! Что ты сделал с моей дочерью? — прорычал гневный голос, и рослый силуэт в белых одеяниях метнулся к противнику, вытянув вперёд руку.
— Дотон: Дорьюхеки! — раздался выкрик того же невидимого собеседника.
Перед диверсантом выросла каменная стена, на которую и пришёлся удар мужчины в белом. Во все стороны брызнули осколки камня и стена осыпалась крупными булыжниками.
— Ку-ку-ку, Хиаши-сама! Вы знаете, что только что чуть не начали новую войну?
— Хокаге-сама? — удивлённо воскликнул Хиаши Хьюга. — Что здесь происходит?
— Давайте побеседуем чуть позже, — усмехнулся вышедший на свет мужчина в красной квадратной шляпе. — У меня к вам лично и к вашему клану есть серьёзные претензии.
— Да, Хокаге-сама.
Но Орочимару уже вновь повернулся к диверсанту.
— Так на чём же мы остановились? Прошу вас, незнакомец-сан, снимите пожалуйста вашу маску.
Диверсант неохотно стянул платок, открыв забинтованную голову с протектором Кумогакуре, закрывающим один глаз, и суровое лицо с небольшой бородкой.
— Ку-ку-ку, неужели наши союзники из Кумогакуре решили предать нас, пока даже не успели высохнуть на чернила соглашении о альянсе? Или может это личная инициатива одного из его подчинённых, который решил предать свою деревню?
— Райкаге-сама ничего не знает! — воскликнул диверсант.
— Ку-ку-ку, несомненно. Впрочем, вопрос вашего наказания — не моя забота. Соглашение подписано, а с вами будет разбираться ваш каге. А теперь позвольте моим ребятам сопроводить вас обратно в апартаменты. Коноха — безопасная деревня, но такой глухой ночью всякое бывает.
Дипломат кивнул и последовал вслед за шиноби в белой маске.
Погасли прожектора, исчезли Анбу, а Хиаши Хьюга со своей дочерью на руках скрылся в глубинах кланового подворья.
* * *
— Доброе утро, Хиаши-сама! Надеюсь, вам спалось хорошо?
— Спасибо, Хокаге-сама. Вы хотели меня видеть?
Очевидно, настроение Хиаши было настолько отвратительным, что это пробивалось даже через обычную бесстрастную маску у него на лице.
— Совершенно верно. Я хочу поговорить о последствиях ваших действий. О том, что бы случилось, не вмешайся я вовремя. Как бы обернулось дело, будь я чуть более доверчивым человеком, оставившим дипломатов без круглосуточного присмотра.
Хиаши молчал. Он отлично понимал всю глубину пропасти, в которую благодаря ему едва не сорвалась деревня.
— Скажите, Хиаши-сама, тот удар что вы хотели нанести похитителю, должен был отключить тенкецу и парализовать, или же разил насмерть?
— Вы и сами отлично знаете, Хокаге-сама. Насмерть.
— Итак. Конохагакуре но Сато принимает дипломатическую миссию. Они подписывают соглашение об альянсе, но не проходит и пары дней, как главу делегации убивают шиноби Конохи. При этом утверждая, что глава похитил наследницу одного из кланов, а его пытался остановить её отец. Клан славится способностью парализовать человека одним касанием, но всё равно «якобы похититель» мёртв. Что бы в итоге получилось?
— Война.
— Совершенно верно, война. И огромный урон репутации деревни, что обязательно сказалось бы на количестве заказов. По сути, Кумо пыталась провести беспроигрышную комбинацию. В случае удачного похищения, у них был бы носитель Бьякугана. В случае гибели дипломата, у них был бы повод потребовать у нас ретрибуции или же сохранить статус кво до подписания соглашения, с огромным ущербом для нашей репутации. Если же похититель был бы схвачен и обезврежен, всё что мы могли бы сделать — это выслать дипломатическую миссию обратно в Кумо. Единственный вариант, при котором Коноха получила бы преимущество — тщательное документирование захвата похитителя, пойманного с поличным. Ваш поступок едва не сделал эту запись бессмысленной и даже опасной для нас.