Падение Калико (ЛП)

Я не вижу, что происходит с мужчиной, лежащим на Ниле. Все, что я слышу, это ее крик и булькающий звук в горле мужчины между ними. Кадмус ослабляет наши ремни, и я пытаюсь натянуть штаны.
Со слезами на глазах я пинаю мертвое тело, которое чуть не надругалось надо мной всего несколько мгновений назад, и когда Кадмус наклоняется ко мне, я позволяю ему поднять меня на ноги. Затем я поворачиваюсь и вижу другого мужчину, лежащего на земле, рядом с длинным куском мяса, который выглядит как вырванное горло. Я оглядываюсь на Кадмуса, чьи расширенные зрачки и редкие подергивания говорят мне, что он все еще не в порядке.
Всхлипывая рядом с нами, Нила дрожит, переплетает свою руку с моей и разражается рыданиями.
— Шшш. Нам все еще нужно выбираться отсюда, — шепчу я.
— Скоро придут остальные.
Как будто он только что осознал, что есть и другие, Кадмус отворачивается от нас, его движения медленные и любопытные, когда он идет ко входу в палатку.
— Нет! Я хватаю его за руку, но он стряхивает меня. Вместо этого я прячусь за массивную спину Кадмуса и следую за ним к выходу из палатки.
— Как, черт возьми, Пэнси вырвалась на свободу? Должно быть, тот, что поменьше ростом, с пистолетом успевает задать один вопрос, прежде чем характерные звуки раздираемой кожи говорят мне, что Кадмус сделал с ним что-то ужасное. Кажется, это привлекает внимание других мужчин, которые кричат на Альфу, приказывая ему встать на колени.
Я выглядываю из-за его тела, когда к нему приближается группа мужчин, гораздо больше дюжины, и когда они достают оружие, я становлюсь перед ним.
Каждый мускул в моем теле скован страхом, который притупляет чувства. Я не знаю, прострелили бы эти люди меня насквозь ради Кадмуса. Все, что я знаю, это то, что я не позволю им казнить его после того, что он сделал в той палатке.
Тяжело дыша, я стою напротив него, ожидая, когда они нападут.
— Отойди от него, девочка, — говорит главарь, глядя в дуло своего пистолета. — Я без колебаний всажу пулю и в тебя тоже.
Кадмус шатается позади меня, его мышцы напряжены, и рычание в его горле говорит мне, что он рвется в бой. Возможно, не подозревая, в какой бы альтернативной версии он сейчас ни смотрел, что мы полностью в меньшинстве и безоружны.
Мужчины придвигаются ближе, и я осматриваю толпу, чтобы увидеть, что у большинства из них в руках оружие. Кадмус может прорваться через нескольких, возможно, даже немного уменьшить их численность, но он никогда не убьет всех этих людей в одиночку. И если кто-то случайно пустит себе пулю в голову, все будет кончено.
Отдаленный звук на мгновение отвлекает, и когда несколько мужчин оборачиваются, я знаю, что они тоже это услышали.
— Я не собираюсь повторять тебе это снова. Убирайся к чертовой матери с дороги, или я начисто снесу твою голову с плеч.
Другой звук эхом разносится по горам, и я улавливаю его отчетливую высоту.
Визг мутаций. Больше, чем один, хотя я ничего не вижу в темноте.
Только белая вспышка возвращает мое внимание к лидеру, и в следующий миг его голова отделяется от тела. Полупрозрачное существо отрывает кусочки его оставшейся плоти, запихивая их в рот.
Другие мужчины кричат и разбегаются.
Кадмус врезается в меня сзади, и секундой позже его там уже нет. Он присоединяется к рукопашной схватке, хватая одного из убегающих мародеров за рубашку, прежде чем пробить кулаком позвоночник мужчины.
Мутация, похоже, его не беспокоит, поскольку он устремляется за другой жертвой.
Держась за руку Нилы, мы бежим через лагерь, уворачиваясь от драк.
Новые вспышки белого вдалеке заставляют нас остановиться, и я разворачиваюсь, осматривая лагерь в поисках выхода. Пожары расползаются по палаткам, как будто их намеренно поджигает невидимый захватчик, которого я надеюсь заметить в толпе.
Валдиса нигде не видно.
Один из мародеров натыкается на нас, но быстро убегает в темноту. Все, что я слышу, это крик за периметром лагеря, над хаосом, запертым внутри.
Я замечаю Титуса, преследующего двух мародеров, и когда я оборачиваюсь, меня встречают глаза-бусинки и полупрозрачная кожа мутанта. Он бросается к нам, и сжимая руку Нилы, я отскакиваю назад.
 
Массивная фигура встает у него на пути, и я поднимаю взгляд, чтобы увидеть спину Валдиса. Он спорит с существом, которое наносит нам удар, щелкая пастью.
— Беги к грузовику! — кричит он через плечо.
Я не хочу покидать его сторону, но когда я оборачиваюсь, здесь негде спрятаться. Среди уменьшающегося числа мародеров разбросаны все три Альфы и случайная мутация.
Взяв Нилу за руку, я обхожу Валдиса, который валит существо на землю. Мы вдвоем бежим в темноту, обводя взглядом местность, которую я едва могу разглядеть под ногами. Мои легкие горят, когда я вслепую мчусь к горе в поисках грузовика. Я замечаю его впереди и выжимаю скорость из своих ног, волоча Нилу за собой. Холодный металл ударяет по моим ладоням, когда я, черт возьми, почти проскальзываю в водительскую дверь и хватаюсь за ручку, чтобы открыть ее. Мы с Нилой забираемся внутрь и запираем двери. Руки сжимают руль, я беру паузу, чтобы перевести дух и успокоить нервы. Рядом со мной Нила тоже хрипит, ее ладони прижаты к приборной панели.
Я поворачиваю голову, чтобы увидеть с такого расстояния зарево костров, где все палатки охвачены пламенем. Случайные выстрелы, которые эхом перекликаются с криками, говорят мне, что некоторые из мужчин все еще живы. Я осматриваю лагерь в поисках Валдиса и вижу, как он отрывает голову мутанту, отбрасывая ее за спину, когда переходит к следующему, как воин.
— Если бы Кадмус этого не сделал… — Нила шмыгает носом рядом со мной, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как она качает головой.
— После того, что они сделали.
Слезы наполняют мои глаза, когда я притягиваю ее к себе.
— Я знаю.
— Я думала, Калико хуже. Ее тело сотрясается от рыданий.
Глядя на хаос снаружи, я был бы склонен согласиться с ней. Но я знаю, что то, что мы увидели, было худшим из всего этого.
Должно быть, это самое худшее из всего.
Минуту спустя, и Нила устраивается рядом со мной.
— Кадмус спас нас.
Хотелось бы в это верить. Мне хотелось бы думать, что это мои мольбы вывели его из транса, в который он, казалось, впал, но выражение его глаз после того, как он убил тех людей, сказало мне, что его разум все еще был заперт где-то в другом месте. Это сказало мне, что то, что он видел, убивая их, не было тем же самым, что видела я.
Что-то ударяет по кузову грузовика, и мои мышцы напрягаются. Крики кажутся знакомыми, Кадмус, и грузовик трясется, как будто что-то борется с ним сзади. Я переключаю свое внимание обратно на водительскую дверь, выдыхая с облегчением, когда Валдис подходит большими шагами. Через окно я наблюдаю, как он смотрит в сторону и качает головой, и я открываю дверь, когда он приближается. Когда он садится рядом со мной, он выглядит избитым и усталым. Весь в новых порезах.
— Кадмус… это он?
По лицу Валдиса пробегает тень хмурости, когда он снова качает головой, и когда крики сзади стихают, а грузовик останавливается, он заводит двигатель. Загорается свет.
При звуке бьющегося стекла я поворачиваюсь к лицу Нилы со слезами на глазах. Не более чем через мгновение ее с душераздирающим криком выбрасывает через окно со стороны пассажира. Я наклоняюсь, чтобы дотянуться до нее, но слишком поздно, поскольку мутация отскакивает в темноту, волоча за собой ее тело.
— Нет! Нет!
Сильный рывок отбрасывает меня назад, когда вторая вспышка белого цвета занимает всю ширину окна. Крики разрывают мою грудь, когда коготь проникает внутрь, хватая меня за ноги. Валдис тянется поперек, хватается за него и разламывает пополам голыми руками. Мутация визжит и лишь на мгновение отскакивает, прежде чем снова протянуть руку. В тот момент, когда он хватает мою ногу, его тело дергается назад, и он отпускает меня.
Я отползаю от Валдиса и заглядываю в окно, где Титус борется с ним в грязи. На расстоянии я не вижу никаких признаков другой мутации, которая сбежала с Нилой.