Брат для волчонка 2 (СИ)

Рэм углядел группу техников и подошёл поближе. Он любил наблюдать за ними и знал, что рано или поздно свободные рабочие руки понадобятся, и можно будет присоединиться. А там и посмотреть что-нибудь интересное.
Техники спорили у ростовой голосхемы магнитного привода.
Рэм таких раньше не видел, но надписи прочитал. И в общем-то понял, что привод передаёт энергию с реактора на магнитный щит корабля. Трансформирует её. И вот что-то у техников не ладилось с этим здоровенным «трансформатором».
Приводов у «Персефоны» было восемь, и из строя это её не вывело. Но при манёврах из-за неисправного привода то и дело вылезало что-нибудь непросчитанное.
Навигатор, техники называли его Млич, злился. Но заместитель капитана по технической части признал, что проблему своими силами решить невозможно, только подшаманить. Что техники и пытались сделать.
Судя по разговорам, тут ещё втёрлось «дело принципа» — придумать что-то стоящее и «утереть нос Келли», этому самому зампотеху.
Но сейчас времени придумывать не было. Капитан вернулся на корабль, и ремонт приходилось сворачивать. Того и гляди объявят разгон.
И перед очередным разгоном техники пытались подстраховаться, и хотя бы слегка приструнить привод, то вкидывающий энергию на щит, без команды, то внезапно подвисающий.
Рэм пристроился наблюдать — тема была интересная.
Техники подняли часть пола в ангаре и полезли в привод — здоровенную шахту, обкрученную силовыми кабелями. В самом низу что-то светилось синеньким.
— Может, пока у Кьясны будем болтаться, попробуем ещё раз его откалибровать?
— А толку? Его перематывать надо!
— А если гелем пока залить?
— Гель приработается. Начнём перематывать — все будем в соплях!
— Тебе привыкать прямо?
— А даст что-то гель? Что? Два процента к напряжению?
Техники то и дело спускались в шахту — лазили по проводам, как по лестнице.
На них были обычные жёлтые комбинезоны и магнитные ботинки, как и у Рэма. И он не выдержал. Тоже спустился потихонечку в шахту. Полюбовался на голубое свечение в самом нутре, за силовым барьером.
В какой-то момент он ощутил, что голова начинает кружиться, и полез вверх. Сел на пол, чтобы отдышаться. Ну и здоровенная же махина!
— Всё! Харе лазить! — раздался голос почти над ухом. — Срочно всё задраивайте, хэдовы дети! Через двадцать минут разгон, а вы опять тут хрень какую-то развели!
— Келли сказал, что надо посмотреть привод, — проворчал один из техников, не собираясь подчиняться крикуну.
— Да к Хэду надо?! Где приказ? Приказ у меня есть на разгон! Убирайте всё на хрен и пополам!
— Так Келли потом ругаться будет!
— Да вашу Тёмную мать! Вы что, тут совсем охренели! Закрывайте, сказал! — Мужик в комбинезоне с нашивками старшего сержанта заметил сидящего на полу Рэма и уставился на него с подозрением. — А ты что тут расселся? Почему я тебя не знаю?
Рэм вскочил.
— Рэм Стоун, второй пилот.
— Да ну, — обомлел старший сержант и глянул на свой браслет. — Нет у меня такого в базе!
— Извините, но я только сегодня прибыл.
— И к кому тебя посадили?
— К лейтенанту Дерену.
— Чё? Да Дерен уже сто лет один летает! Ты почему тут болтаешься! А ну — марш в канцелярию!
Рэм пожал плечами и сделал шаг к выходу.
— А ну, стоять! — рявкнул сержант. — Через 20 минут разгон. Марш в каюту и пристегнись к койке! Пилот он, как же! Я сам сейчас разберусь, кто тут пилот! Что за дохлядь нам опять прислали? Ты жрать пробовал, пилот?
Рэм растерянно покачал головой, но его ответ и не требовался.
— К Дерену! — продолжал возмущаться сержант. — Это надо же уметь врать!
Он так орал, что один из пилотов, группой стоявших у шлюпок, смуглый и худой, обернулся в их сторону и крикнул:
— Поймен, ты чего к мальчишке пристал?
— А ты мне не фамильярничай, лейтенант! Я тут в своём праве! Где это видано, чтобы такую вошь к Дерену посадили?
Смуглый хмыкнул, коснулся браслета и громко сказал.
— Вальтер, ты далеко? Подойти, тут один буйный твоего второго пилота сожрать пытается.
— Чё? — спросил Поймен услышав сообщение.
 
А Рэм ощутил вдруг боль за грудиной.
Он обернулся. По ангару очень быстро шёл Дерен.
В руках он держал контейнер с компрессионной формой. А на лице у него было такое, что сержант Поймен попятился и хотел было слинять по-тихому.
Но техники уже вылезли из привода и столпились вокруг. И перекрыли ему быстрый путь к отступлению.
Техникам было интересно, чем дело кончится, Рэм видел. И они совсем не испугались странного давящего ощущения, которое бежало впереди приближающегося пилота.
— Эй! — крикнул сержант Поймен и замахал на пилота руками. — Ты уймись, а, психический?
Но Дерен надвигался на него равнодушно и неумолимо. И непонятное давление становилось всё сильнее.
Когда он приблизился достаточно, чтобы спросить:
— Что здесь происходит?
Сержант Поймен уже утратил способность возмущаться.
— Я… — заблеял он. — Я… тут…
— Рэм, скоро разгон, — сообщил Дерен. — Это необязательно, но с непривычки тебе лучше лечь и пристегнуться. — Он обернулся к Поймену. — Свободны, сержант.
Сержант Поймен зачем-то пошарил по застёжкам комбинезона, попятился к выходу, расталкивая техников, и уже издалека крикнул им:
— Чтобы ангар к разгону подготовили, хэдовы дети!
Техники посмеиваясь начали возвращать на свое место плитки ангарного пола.
— А чего ты его с собой не берёшь? — спросил Дерена смуглый пилот, тихонько подошедший со спины к Рэму. — Там же грунт, солнышко?
— На похороны? В одной шлюпке с капитаном? — поморщился тот.
— Ну, к капитану ему всё равно привыкать придётся, — пожал плечами смуглый. — А на похороны мальчишку брать и не обязательно. Оставишь при храме. Хочешь, я Дару попрошу присмотреть?
Рэм замер.
На грунт ему очень хотелось. Но проситься второй раз — это уже самому себя не уважать. Да и куча техников смотрит. И смуглый этот.
Дерен вздохнул, покачал головой.
— Ты его там и посадить можешь рядом, — предложил смуглый. — Пусть он тебя покатает? — Не в бою же потом проверять, что за ташипа тебе подсунули?
— Это не ташип, — не согласился Дерен. — Это керпи. — И перевёл взгляд на Рэма: — Марш в каюту!
Рэм закусил губу. Ну и ладно.
Он кивнул, как было положено по уставу, и развернулся к дверям ангара.
  
Глава 15
 
— Стоун! — Голос Дерена догнал Рэма: — Вымойся и переоденься в форменный комбинезон! И пристегнись до конца разгона. После прыжка Бо тебя заберёт. Полетишь с ним во второй шлюпке.
Рэм замер, соображая: галлюцинации у него или нет? Обернулся.
Смуглый пилот и Дерен уже шли к шлюпкам.
Он ещё раз куснул губу, посмотрел на улыбающихся техников — судя по лицам, они тоже слышали приказ — и рванул к выходу из ангара.
Интересно, а кто такой Бо?
В коридорах крейсера уже включили оповещение.
Пока Рэм бежал от лифта к своей каюте, два раза до него донеслось:
— Внимание! До перехода крейсера в режим разгона остаётся пятнадцать минут. Просим экипаж пройти в каюты и пристегнуться! Внимание!..
Он вбежал в каюту, кинулся в душ, вернулся, забыв, где лежит форма, снова побежал в душ. Стянул курсантский комбинезон, увидел в стене люк с маркировкой «ССГ» — стирать-сушить-гладить, откинул крышку и запихал комбинезон туда.
Выдохнул. Что ещё надо? Помыться?
Глянул на браслет: до начала разгона оставалось ещё семь минут.
Капсула душа открывалась обыкновенно, прикладыванием ладони. Где горячая и холодная вода тоже было понятно. Остальные кнопки Рэм проигнорировал.
Он намылил голову и включил над собой душ и тут же выключил. Смыл пену? Ну и хватит!
Включил на пару минут сушку, выбрался из санузла, на ходу одеваясь.
Раз надо пристегнуться до начала разгона — вдруг это можно как-то проверить?
На кровать Рэм рухнул в последние секунды, и мягкие силиконовые ремни сами прижали его к матрасу. Ремней было два — один поперёк груди, второй на поясе.