Окончательное Предложение (ЛП)

Я мгновенно узнаю это ощущение.
Черт, нет. Только не это.
— Я лучше пойду.
Я не решаюсь бросить последний взгляд на них двоих, хотя чувствую, как глаза Ланы прожигают дыру в моей спине, пока я сажусь в машину.
Только когда я оставляю дом у озера в зеркале заднего вида, я наконец-то могу снова дышать.
Трехчасовая поездка на машине обратно в Чикаго прошла как в тумане. Я позвонил помощнику Лео заранее, чтобы попросить о срочной встрече, и он смог втиснуть меня в свой график до обеда.
Я вожусь с крышкой своей фляжки уже в третий раз за последние двадцать минут. Я уже готов позвать его помощника, когда двери позади меня открываются, и внутрь входит пожилой адвокат. Лео выглядит так, будто его украли из 1920-х годов, с его костюмом-тройкой, фетровой шляпой и золотыми карманными часами. Для завершения образа ему не хватает только сигары.
— Каллахан! — он обнимает меня до хруста костей. — Какой приятный сюрприз!
— Правда? — мои руки упираются в бока.
Он садится за свой стол.
— Да. Я давно собирался проведать тебя. Как дела?
Я думаю о том, чтобы дать простой, ничего не значащий ответ, но решаю быть честным.
— Бывало и лучше, — его улыбка падает на долю дюйма.
— Очень жаль. Мне жаль это слышать. Могу ли я что-нибудь сделать, чтобы немного улучшить ситуацию?
Я сажусь в кресло повыше.
— На самом деле, да.
— Что тебе нужно?
— У меня есть пара вопросов о завещании моего деда, и я надеюсь, что вы сможете их прояснить.
Он кладет свою фетровую шляпу на стол и откидывается в кресле.
— Например?
— Мне нужно знать, кому принадлежит дом у озера.
— Конечно. Я могу ответить на этот вопрос. Просто дай мне секунду, чтобы найти файл, — Лео подходит к стене с картотекой и открывает верхний ящик. Мое сердцебиение учащается, пока он перелистывает различные файлы с информацией, а затем издает подтверждающий звук.
Он возвращается к своему столу, держа в руках папку с моим именем.
— Согласно документу — тебе.
Мои легкие сдуваются от тяжелого выдоха.
— Это облегчение, потому что человек, который сейчас там живет, считает, что мой дед оставил дом ей.
Лео сцепил руки перед собой.
— Ну, это самое сложное.
Мой желудок опускается.
Нет. Скажите мне, что он этого не делал.
Лео продолжает улыбаться, как будто он не собирается разрушить мой мир и все мои шансы продать дом.
— Согласно последним документам, ты числишься совладельцем дома вместе с мисс Аланой Кастильо.
Черт возьми.
— Вы, должно быть, шутите. Я никогда не смогу продать этот дом, пока Лана владеет его частью.
— Насчет этого…
Я поднял руку вверх.
— Дайте угадаю. Я не могу выкупить ее долю.
Его ухмылка не ослабевает.
— Правильно.
— Конечно.
— Твой дедушка очень точно сказал, что и ты, и мисс Кастильо должны договориться обо всех юридических вопросах, касающихся собственности.
— А если она не захочет его продавать?
— Тогда я бы рекомендовал вам обоим получить юридическую консультацию.
У меня нет времени на разговоры с юридической командой Деклана, не говоря уже о том, чтобы ждать, пока Лана найдет себе представителя.
Отлично.
Мои зубы скрежещут.
— Есть еще какие-нибудь сюрпризы, о которых мне следует знать, прежде чем я вернусь на Лейк-Вистерию?
Он листает папку, сканируя страницы юридических документов.
— Думаю, больше ничего. Просто помни, что любое вмешательство твоих братьев в продажу собственности может иметь серьезные последствия.
Каждый мой мускул напрягается под рубашкой.
— Какие последствия?
Он закрывает папку с натянутой улыбкой.
— Я думаю, у тебя и так достаточно поводов для беспокойства, учитывая твое задание. Нет необходимости усугублять это обсуждением наихудших ситуаций.
— Я могу потерять свои акции? — пробурчал я.
 
— Давай не будем до этого доводить, ладно?
Блять.
Я делаю последний глоток из своей фляжки, прежде чем спрятать ее во внутренний карман костюма и открыть дверь в кабинет Деклана. Панорамный вид на город не имеет себе равных, окна от пола до потолка пропускают достаточно солнечного света. Как бы я ни ненавидел здание компании «Кейн», вид на Чикаго безупречен.
Мой брат сидит за своим столом и бьет по клавиатуре с такой силой, что она сдвигается вперед.
— Уходи, Тодд. Я занят.
— Серьезно? Тим работает здесь уже несколько месяцев, а ты до сих пор не знаешь, как его зовут?
Голова моего брата повернулась в мою сторону.
— Что ты здесь делаешь?
— Я вернулся, чтобы прояснить некоторые вещи с завещанием.
Его темные брови сближаются.
— И?
Я занимаю место напротив его стола. Быстрым движением я расстегиваю пуговицу своего костюма, чтобы дать себе немного передышки. Каждый раз, когда я посещаю офис компании «Кейн», все происходит одинаково. Гнетущее давление нарастает в груди, заставляя меня отпивать из фляжки больше, чем обычно. Офис напоминает мне о том, что я не оправдываю свою фамилию и ожидания, возложенные на меня из-за того, кем является моя семья.
Это не имеет значения.
Я постукиваю пальцами по своим бедрам.
— Тебе и Роуэну нужно держаться подальше от моего задания.
— Что ты имеешь в виду? — он откинулся в кресле.
— Когда я зашел в офис Лео за обновленным документом, он обронил загадочный комментарий.
— Что именно он сказал?
Я повторяю свой разговор с Лео.
Деклан поднимается и начинает вышагивать, проделывая дыру в ковре.
— Что он мог иметь в виду под вмешательством?
— Я не знаю. Когда я попытался спросить, имеет ли это отношение к моим акциям, он замолчал.
— Дерьмо.
— Именно так я и думал, — я не паникую только потому, что водка непрерывным потоком льется по моему организму, давая мне ложное чувство спокойствия.
Он проводит руками по своим темным волосам, взъерошивая идеально зачесанные назад пряди.
— Дедушка знал, что я вмешаюсь, чтобы помочь тебе.
Наверное, потому что Деклан всегда убирал за мной, с самого моего рождения. Он не мог не страдать от комплекса спасателя старших братьев и сестер, чуть не задушив нас с Роуэном своей чрезмерной заботой.
— Что бы ты ни делал, не помогай.
Его карие глаза опустились в пол.
— Деклан…
Он достает свой телефон, выглядя бледнее, чем обычно.
— Мне нужно сделать несколько звонков.
Шаги Деклана ускоряются, когда он ходит по кабинету.
— У тебя уже был покупатель, не так ли? — мои зубы скрежещут.
— Да, — его рука, держащая телефон, напрягается.
— Почему?
Почему ты не мог доверить мне сделать одну вещь самостоятельно? Настоящий вопрос задерживается на кончике моего языка.
Его челюсть сжимается, заставляя пульсировать вену на виске.
— Почему? Я же не собирался ничего оставлять на волю случая.
— Скорее, ты не хотел оставлять меня на волю случая.
Он вскидывает свободную руку вверх.
— С чего бы это? Ты же не приложил никаких усилий, чтобы выполнить свою часть завещания. Тебя вообще волнует, что ты можешь подставить нас с Роуэном?
Я вскочил со стула.
— Учитывая, как мало ты обо мне думаешь, может, мне стоит отказаться от своих акций и уйти от этой чертовой затеи, сохранив достоинство.
Он отпускает горький смешок.
— Конечно, это твое первое решение. Не знаю, почему я ожидал чего-то другого от парня, который преуспел в провале.
— Отличная шутка, засранец. Это ты от папы перенял?
У тебя есть желание быть кем-то, кроме семейного неудачника? Воспоминание о том, как мой пьяный отец смеется, занимает центральное место в моей голове, то, как он избегал моей потребности в репетиторе по математике, быстро заменяется более мрачным воспоминанием.