Там и Здесь. Тёмный правитель

– Итак, – начал он без приветствия, остановившись в середине аудитории, – сегодня мы займемся изучением распределения силы в процессе создания заклинания. Знаю. Тема эта нудная и большинство студентов её не любят. Но, к сожалению без теоретической части сложно освоить практику. Так что будьте любезны слушать внимательно и заносить лекции в свои зеркальца-скажи.
Виолетта наклонилась к Десмонду и шепнула:
– Я же говорила, что будет скучно. Давай лучше расскажи, как там на Небулане. Я столько всего слышала, но не думала, что реально познакомлюсь с… тобой.
Её вопрос озадачил Десмонда. С одной стороны, хотелось поддержать беседу с единственной девушкой, которая решилась с ним общаться. С другой – раскрывать перед кем-то сведения о Небулане, это подвергать его опасности. А он, как наследник роя, не имеет на это права.
Поэтому он пожал плечами и ответил, как можно более равнодушно:
– Примерно как и везде.
По тому, как вскинулась и выдохнула Виолетта, он тут же понял – ответ её не удовлетворил.
– Да не заливай! Хочешь сказать, что Небулан, как Земля?
– Ну… – протянул Десмонд, быстро прикидывая, что такого можно поведать, чтобы не раскрывать карт, – тоже материки, горы, леса, реки, города. Ничего необычного, если честно.
Виолетта сразу скисла и, опершись щекой на ладонь, растянулась на парте, уложив на неё грудь таким образом, что Десмонду прекрасно видно содержимое выреза, а запахи, исходящие от хомокракенки, говорят больше, чем она хотела бы сказать. Он детально изучил вырез и перевел взгляд на ясные фиолетовые глаза Виолетты. Та смотрит на него выжидающе, будто ждет какого-то результата, но когда он так ничего и не сделал, фыркнула, закатив глаза.
– Да ладно. Хочешь сказать, что не собираешься пялиться на меня? – поинтересовалась она совершенно искренне.
Десмонд не собирался вилять или изворачиваться, и ответил:
– Я уже увидел, все, что нужно.
Брови девушки приподнялись в озадаченности, она поинтересовалась:
– И что ты увидел?
Десмонд ухмыльнулся и начал:
– Что у тебя красивая грудь четвертого размера, белье светло-фиалкового цвета. Твой пульс девяносто два удара в минуту, что выше человеческого. Но и выше хомокракенского, а твой откровенный запах дает ответ на вопрос оборотня, который мешал тебе пройти – у тебя действительно запредельное либидо. Но ты его не проявляешь, потому что в человеческой среде это недопустимо. Тебе очень нужно опорожнять эту потребность, но в академии для тебя нет подходящих партнеров. Так что ты принимаешь…
Десмонд чуть прикрыл глаза и втянул носом воздух, ощущая мельчайшие капельки пота и выдыхаемых Виолеттой газов, которые дополнили информацию о ней.
– Настойку из нимфеи, чтобы снизить свои естественные свойства, – закончил Десмонд и открыл глаза.
Виолетта смотрела на него глазами, полными впечатления и восхищения. Она спросила:
– Это ты только по моему запаху понял?
Десмонд кивнул и добавил:
– И по пульсу. И ещё по ряду энергий, которые ты не видишь, но я их чувствую.
– Обалдеть, – честно призналась Виолетта. – Ты такой проницательный. К тому же ещё выглядишь, как воплощение дьявольской харизмы. Не удивительно, что девчонки на тебя таращатся, но не подойдут и на километр.
– Что поделать, – пожимая плечами, отозвался Десмонд. – Одним из условий  обучения на Земле в академии Парамагии была блокировка моих свойств морока и харизмы. Иначе, как ты понимаешь, на коленях передо мной стояла бы не только академия.
Виолетта улыбнулась.
– Звучит жутко, двусмысленно и пикантно, – заметила она. – Я бы…
Договорить она не успела, её прервал голос препода, который зычным гулом наполнил аудиторию.
– Спрутовская, Варгас, о чем вы беседуете, потрудитесь поделиться с нами, – произнес Орфей Сократис. – Мы, если вы не заметили, разбираем здесь шестиканальные потоки магии при сплетении групповых заклинаний и чар. Кто-то из вас может продолжить мою лекцию?
Виолетта втянула голову и сделала виноватое лицо, разводя руками, Десмонд чуть улыбнулся левым уголком губ. Его новая подруга ещё не успела встроиться в процесс обучения. Но он кое-как попривык. К тому же, что он умел делать, так это учиться, отец с малолетства объяснял ему, как это важно. Причем разными способами, многие из которых землянам покажутся садистскими. Но для молодого наследника любое правление внимания верховного родителя было актом заботы. Как и для любого альпа. И Виолетта права, едва он прибыл в академию Парамагии, Десмонд перечитал все доступные фолианты по предметам. В том числе по пространственной магии. Так что, бесстрастно взирая на лицо препода, произнес, продолжая сидеть за партой:
 
– Вы говорили о том, что шестиканальные потоки при сплетении заклинаний крайне сложная структура. В первую очередь потому, что ни один из каналов не должен пересекаться с другим, а значит каждый маг обязан читать заклинание в своей интонации и ни в коем случае не резонировать с другими. Ибо последствием перекрещивания каналов может быть коллапсирование общего заклинания. То есть взрыв.
Профессор Орфей Сократис сдвинул брови и хмыкнул, не ожидая, что опальный студент сможет хоть слово сказать по сложной теме.
– Что ж, – с нескрываемым снисхождением согласился преподаватель, – на этот раз вам повезло, студент Варгас.
– Никакого везения, – отозвался Десмонд, не поняв, с чего это вдруг его обвиняют в каком-то примитивном везении, достойном только слабаков. – Просто я хорошо подготовлен.
Виолетта рядом охнула, а профессор одарил Десмонда изобличающим взглядом и прокашлялся.
– Кхм. На Небулане вас не учили вежливости? – поинтересовался он.
– Разве я не вежлив? – спокойно поинтересовался наследник.
Опершись бедром на преподавательский стол, профессор Сократис сложил руки на груди и сообщил, взглянув Десмонду прямо в глаза, что на Небулане наследник расценил бы как вопиющее неуважение к верховному альпу и тут же отправил бы наглеца кормить червихвостов куда-нибудь в горы Забытья. Но здесь, на Земле, все иначе. Нет каст, никто не знает, кто перед ним и не понимает, как себя вести. Земляне друг друга не уважают, им вечно приходится доказывать друг другу свою значимость и достоинство, из-за чего они постоянно воюют. Трудно жить, когда приходится сражаться за свои права.
Профессор Сократис тем временем оглядел наследника снизу вверх и обратно, затем немного подумал и произнес:
– Вы слишком остры на язык, а ваша манера граничит с дерзостью. Надеюсь то, что дерзить преподавателям не стоит, вам известно?
Десмонд кивнул.
– Мне известны правила Земли, – ответил он, – хоть и не совсем понятны. Однако я стараюсь соблюдать их, поскольку воспитание верховного альпа – его лицо. Вы же, попытались уличить меня в том, что ко мне не относится. А именно, в неком везении. Если бы мы были на Небулане…
– Мы не на Небулане, – резко заметил Орфей Сократис, его голова чуть наклонилась, а глаза взглянули сурово из-под бровей и сверкнули опасными искрами.
– Знаю, – все также невозмутимо отозвался Десмонд. – Именно поэтому я объясняю ситуацию, а не делаю то, что в таких случаях делают на Небулане. Вы обвинили меня в везении, в то время, как оно здесь не при чем. Я хорошо подготовлен, у меня отличная память и холодное чтение по лицам, положению тела, запахам и пульсу. Вы это знаете. Но почему-то упорно пытаетесь принизить мои качества и уронить мое достоинство, чего я позволить не могу. Поэтому открыто обсуждаю ситуацию. Ведь других инструментов для этого на Земле у меня нет из-за множественных чар блокировок. Это вам, профессор, тоже известно. Так объясните мне, с какой целью вы искажаете факты и изобличаете меня? Все потому, что я небуланец?
Студенты охнули и застыли, воздух в аудитории уплотнился, всеобщее напряжение усилилось настолько, что в воздухе замерцали пылинки. Виолетта слева за партой вытаращилась и зажала рот обеими ладонями. А Орфей Сократис впился в Десмонда таким взглядом, что черный пиджак наследника тоже заискрился, рискуя вспыхнуть магическим пламенем.