Ужасный Шторм (ЛП)

Найдя комнату, которая похожа на гардероб, я беру руку Джейка и начинаю вести его в ту сторону.
Повернувшись к Тому, говорю: – Скажи, что он вернётся на сцену через пять минут.
– Десять, – добавляет Джейк позади меня.
Я останавливаюсь и вижу, как он смеётся.
– Вообще–то, песня длится меньше четырёх минут, – утверждаю я, улыбаясь.
– О, есть более расширенная версия, не выпущенная ранее, миссис Уэзерс.
– Будущая миссис Уэзерс, – поправляю я.
– Формальность, – усмехается он, – Которую я исправлю в ближайшее время.
Затем он поднимает меня на руки, и я позволяю ему нести себя, визжащую от смеха, в гардероб. Джейк закрывает на ключ дверь, заставляя Тома и весь остальной мир подождать.
 Встречайте Джейка… 
  
  Бонусная глава – Гостиница  
Я, чёрт побери, не могу сидеть на месте.
С тех пор как Стюарт назвал мне имя журналистки, которая должна прийти утром для интервью, я мечусь по комнате, как идиот. Моя голова идет кругом.
Что если это она?
Что я скажу?
Должно быть, она зла на меня. Именно я перестал контактировать с ней, когда переехал в Штаты. Она даже не попыталась со мной связаться, когда группа стала популярной. Словно Тру держит на меня двенадцатилетнюю обиду. Она всегда была злючкой.
 Тру Беннет. 
Возможно, это не она.
Сколько в Великобритании Труди Беннет, которые работают музыкальными журналистами?
Она была музыкантом, во–первых, и писателем, во–вторых. Это должна быть она. Сколько времени?
Я вообще не соображаю. Просто хочу, чтобы она чертовски поторопилась и исцелила мою боль. Я знаю, что прямо сейчас веду себя как сумасшедший придурок, но это же Тру. Когда–то она была моей, и это ни черта не изменилось, пока я был вдалеке от неё.
Она была единственной, кто меня знал тогда, и только она могла связать меня по рукам и ногам, как сейчас. Она была моим лучшим другом, единственной девушкой, которую я когда–либо любил, и я до чёртиков скучаю по ней.
Временами, как сейчас, я жалею, что чист. Я действительно мог бы закурить косячок сейчас. Дерьмо. Мне нужно покурить. Я достаю из пачки одну сигарету и прикуриваю её.
– Хочешь выпить? – Спрашивает Стюарт, прогуливаясь по гостиной. – Может виски?
– Нет. Да. Нет, – я затягиваюсь и выпускаю дым.
– Ещё не решил, хочешь ли? – спрашивает Стюарт, склоняя голову на бок.
– Да.
– Да, хочешь? Или да, ещё не решил?
– Не решил.
– Это поможет успокоиться, – он пересекает комнату, направляясь к мини–бару.
– Да, но если я выпью, то уже не остановлюсь.
Он достаёт одну мини–диетическую кока–колу и открывает. Кока–кола – то, что мне нужно и не из–за разнообразия диет.
– Эта девушка заставляет тебя волноваться, – Стюарт достаёт другой напиток, осушает его, выбрасывая бутылку в мусорное ведро.
Я поворачиваюсь к нему, делая большую затяжку.
– Потому что она не просто девушка.
– Нет? – брови Стюарта поднимаются.
– Нет, – я делаю ещё одну затяжку и тушу сигарету в пепельнице. – Она единственная девушка, которую я когда–либо любил.
– Не думал, что ты можешь любить.
– Только однажды.
Усмехаясь, Стюарт подходит и поднимает пепельницу. Я знаю, что он собирается вычистить её. Он ненавидит, что я курю. Думаю, он беспокоится, что я преждевременно постарею.
Геи. Я никогда не смогу их понять. Стюарт крут, он находится со мной с самого начала, и он самый лучший в своём деле. Он спасал мою задницу столько раз, что я даже не могу их все упомнить.
Женщины – это моё. У меня никогда не было девушки. Мне просто нужно трахаться. Жестко. И часто. Затем я перехожу к следующей.
Есть только одна девушка, которую я любил, одна девушка, которую я хотел сделать своей, и она может войти в эту дверь в любую минуту.
Что если она выглядит совершенно иначе?
Она была очень красивой. У неё была отпадная задница и невероятно горячее тело, даже в подростковом возрасте. И у неё были самые лучшие сиськи, которые я когда–либо видел, не то чтобы тогда, я видел их много. Честно говоря, только её, и то случайно, когда она потеряла бикини, пока плавала. Даже в тринадцать – они были у нее хорошего размера. Тру рано начала развиваться, к моему счастью.
 
Дерьмо. Что если она замужем или у неё есть дети?
Всё равно. В любом случае, это Тру и мне нужно её увидеть.
– Что если она не придёт? – спрашивает Стюарт, проходя мимо, ага, с моей чистой пепельницей.
– Значит, твоим следующим делом будет найти её.
В ответ на его выражение лица, я одариваю его "я–чёрт–возьми–не–шучу" взглядом.
– У тебя ОКР (прим. пер.: Обсессивно–компульсивное расстройство)? Ты же знаешь, что от этого есть лекарства, правда? – Я ухмыляюсь.
– ОКР лучше, чем ВЗ (прим. пер: Венерические заболевания), – он поднимает брови.
Я никогда не болел венерическими заболеваниями, наглый ублюдок. Защищённый, готов к работе. Я никогда не уходил из дома без презерватива. Ну, я никогда не знал, в какой момент мне может понадобится один. Поверьте, у меня был секс с неподходящими женщинами в неподходящее время. Кроме создания музыки – единственная чёртова вещь, где я хорош.
Господи, сколько времени? Она уже должна быть здесь.
Это она, потому что опаздывает. Тру всегда всюду опаздывала.
Интересно, она всё ещё играет на пианино? Я спрошу её. Если это она.
Дерьмо, она когда–нибудь появится?!
Телефон люкса начинает звонить, и я мгновенно напрягаюсь.
Стюарт отвечает.
– Отправляйте её прямо наверх. Её встретят.
– Она здесь, – говорит он, поворачиваясь ко мне, – Я пошлю Дэйва встретить её у лифта.
Я сажусь на диван.
 Хорошо, я должен успокоиться, веду себя как гребанная женщина. 
Это просто Тру. А если нет, то ещё одна долбаная задница, которая берёт интервью. Тогда после всего, я наконец смогу закончить быть слюнтяем и найду её.
Я хватаю одну из тех мятных конфет на журнальном столике, предоставленные отелем, и кладу себе в рот. Я не хочу вонять сигаретами, если это она.
Проходит ещё пять минут, прежде чем я слышу щелчок главной двери. Это точно она, потому что отсюда до стойки администратора две минуты, а Тру всегда любила оттягивать время.
Я встаю. Нервозность проходит через меня. Я слышу, как говорит Стюарт. Я напрягаю слух, чтобы услышать другой голос, но ничего не слышу. Узнал бы я её голос? Я так давно ее не слышал.
Кажется, проходит вечность, прежде чем Стюарт заходит в гостиную, и она позади него. Тру. Это она.
Убейте меня, она выглядит прекрасно, восхитительно и в этот момент я понимаю, что больше не отпущу её.
Она немного продвигается вглубь комнаты. Я не могу оторвать от неё глаз. Она выглядит потрясающе.
На ней свободная серая кофточка, приталенная, показывающая её осиную талию, а её сиськи в ней выглядят просто невероятно. И эта милая маленькая юбочка. Она короткая и открывает большую часть ног. Дерьмо, они длинные. Она обута в пару подойди–и–трахни–меня–сейчас туфель, которые бы выглядели восхитительно, с обёрнутыми вокруг меня ногами.
– Тру? – мой голос немного хрипит. Я делаю глубокий вдох, – Труди Беннет? Моя Труди Беннет? – повторяю я, как гребанный придурок.
 Конечно, это она, ты, идиот. 
Я делаю шаг вперёд.
– Чёрт, это действительно ты.
 Что, чёрт возьми, со мной происходит? Почему я не могу перестать говорить, как тупица? 
– Да. Это действительно я, – отвечает она.
Она звучит, как грёбаный ангел. Мой член дёргается и начинает твердеть.
 Ой, черт, нет! Ради всего святого, Уэзерс, прекрати. Тебе что, пятнадцать? 
 Быстро отвлечься. 
Я думаю о времени, когда нашёл Стюарта, целующего какого–то чувака.
 Да, это работает. Вниз, мальчик. Хорошо, Уэзерс, сделай серьёзное лицо.