Кризис доверия (СИ)

«А, кстати, мысль», — похвалил самого себя Кир и обстоятельно со всеми подробностями рассказал Вадиму об убитой отступившейся, а также потребовал, чтобы никто к ним не совался.
— Сам перезвоню. Ждите!
Вадим пытался возражать, наверняка собирался напомнить, кто здесь главный, а кого пригласили посмотреть. Обрубив связь, недослушав, Кир недоуменно посмотрел на Арда и потребовал:
— Называй.
— Что именно? — приподняв левую бровь, уточнил тот.
— Телефон Ки-И-аса, — потребовал Кир. — Гранд Ферн, я понимаю, что от боли у вас все мозги отшибло, но, наверное, ваш личный телохранитель лучше справится с железным прутом, скрепившим вас с деревом. А то, что он примчится, посрамив все мировые рекорды, гепардов и страусов, я не сомневаюсь.
— Официальный тон, Ки-И-рилл? Тебе не идет. А кроме того, Ки-И-ас не любит бегать.
— Плевать мне, чего он не любит! У Ки-И-аса достанет сил его вытащить!
Ард покачал головой.
— Ты забыл, что я человек? — разозлился Кир. — Может, мне еще фуру с места сдвинуть?
— Нельзя.
— Чего еще нельзя?!
— Позвать Ки-И-аса, — со вздохом сообщил Ард. — Обычно, я зову его мысленно, он приходит.
— Телефонная мигрень, значит? Так он, наверняка…
— Нельзя, — повторил Ард. — Ты думаешь, у нас просто так отшибает способность к мысленной речи в подобные моменты?
— Мне как-то сейчас по барабану ранимость вашей гордости, — прошипел Кир.
— Не в ней дело, — Ард на мгновение прикрыл глаза, сглотнул. — А в том же самом, почему я не хочу попадаться на глаза другим людям. Отступники пьют сангри также охотно, как и вашу кровь, а Ки-И-ас мой гран. И если я… не говоря о том, что это неправильно в принципе, он ведь может и прайд покинуть.
— А понять он не сможет? Вообще-то ты ж не по прихоти его сосать…
Ард поморщился.
— Ну… пить, — поправился Кир, — собираешься. Не законченный же дебилоид с максимализмом на всю голову этот твой Ки-И-ас?
— Понять поймет, но что это изменит? — вопросом на вопрос ответил Ард. — Инстинкты… Или ассоциации — сам выбери, как назвать лучше.
— Мать их за ногу! Что ж с вами все сложно-то?! — в сердцах воскликнул Кир.
— С вами тоже нелегко, Ки-И-рилл, — заметил Ард. — Но в отличие от вас мы чуть больше понимаем во вселенских законах. Прайд… семья, он ведь держится не на родстве, не на общей крови или интересах: политических, экономических, да каких угодно еще. Принципы добровольности — они объединяют в прайд самых разных существ. Нас связывают привязанности, а не интересы. Они толще стальных канатов, когда прайду угрожает враг извне, но тоньше волоса, если неверно поступает кто-то, до того воспринимаемый своим. Очень легко разрушить доверие, Ки-И-рилл. Ускорение регенерации уж точно не стоит подобной цены.
— Мне кажется, ты просто идеалист, — проворчал Кир.
— Пусть так.
— Ты рассказывал, что укусы приводят к эмоциональному отклику, — напомнил Кир.
— Верно. Но в случае Ки-И-аса отклик, скорее всего, будет отрицательным.
— Потому что он гран?
— Потому! — передразнил Ард, — Он не пьет крови разумных. Ты настолько его не любишь, что постоянно забываешь об этом. Ну вот и представь, как он отнесется, если его примется пить разумный?
— Тогда давай вызовем кого-нибудь еще, — предложил Кир.
— Результат будет тот же.
— Но ты ведь гранд.
— В том и дело, Ки-И-рилл, — произнес Ард устало. — Гранд — не то же, что понимали под этим титулом в человеческой истории. Я не сюзерен, а они не вассалы. Это я помогаю им в случае нужды, не наоборот. Поскольку сильнее, могущественнее. Мне могла бы помочь Эль, но ее нет в городе, а кусать детей… я лучше перестану существовать.
— Я тебе сейчас в лоб дам, — пообещал Кир.
— Не перестану, не тревожься, просто нужно время. Я восстанавливаюсь быстрее, я сильнее, я и могу больше. И потому мне сейчас нельзя видеть тех, кто мне неровня. Иначе могу не сдержаться: инстинкты упрямы.
— Стой, — до Кира, наконец, дошло то, о чем фанг говорил все это время. — А я, значит, не еда?
Ард криво усмехнулся, не собираясь развивать эту тему.
 
— Чего это вдруг, а? — не время, не место, но Киру стало интересно. — Не из-за сотрудничества же?!
Ард покачал головой.
— И не из-за Ижи, — Кир не спрашивал, утверждал.
— Тебе нравится меня мучить? Ты действительно не понимаешь, что я не смогу восстановиться, пока во мне эта дрянь?
Кто бы Киру ответил, что для фанга сильнее: инстинкты или договор, или их чертов кодекс чести, да только не Ард гранд Ферн. Для человека ответ очевиден, вот только это существо — нечеловек.
— Мучить? А то! — широко, по-человечески, показывая зубы, улыбнулся Кир. — Я же был в сопротивлении или забыл?
Он шутил, стремился сбросить напряжение, но добился обратного.
Ард разозлился, сначала зашипел, а потом выпалил до омерзения холодным тоном:
— А я во время заключения договора приканчивал человечишку, посчитавшего себя палачом над нами и вырвавшего клыки возлюбленному сестры, отцу Ижи и Ириза! Как видишь, остался в здравом уме! Выживу и сейчас. А ты, если так боишься взяться за эту палку, человечек, уходи. Я справлюсь сам.
— И как ты это сделаешь?
— Не твое дело! Справлюсь, — пообещал Ард.
Кир как-то видел распятого на деревянном заборе фанга. На хорошем дощатом заборе, не шедшем ни в какое сравнение с тем убожеством, что они видели здесь. Их отряд блуждал по просторам Подмосковья и случайно вышел к той деревушке. Как вышел, так и ушел, вернее, едва унес ноги. Местный поп, основательно поехавший мозгами, объявил о приходе антихриста, вокруг него сплотились самые одиозные жители деревни. Тем, кто не успел сбежать, не повезло также, как фангу. Это зверье пришлось зачищать силами спецназа, но уже много позже, после заключения договора, а тогда Кира поразила живучесть распятого. Сангри перестала течь, раны затянулись, он казался абсолютно здоровым, только не мог вырваться, приколоченный не только за ладони и щиколотки, но в районе запястий, локтей, плеч, груди, живота и коленей. Ард, наверное, подождал бы исцеления, вырвал штырь, а потом снова подождал. Да, пожалуй, справился бы. От потери сил и боли уж точно не перестал бы существовать, но Кир чувствовал бы себя последней сволочью.
— Ладно. Считай, меня начала грызть совесть. Пока проехали эту тему, — сказал он.
— Проехали, — устало согласился Ард.
— По-ка, — напомнил Кир.
Ард посмотрел на хмурящееся небо и выдал известную любому ребенку фразу:
— Кажется, дождь начинается…
— Вот сейчас надорвусь, тут-то ты меня и прикончишь, — предрек Кир, хотя сам ни капельки не верил в подобный исход.
— Я скорее живот надорву от смеха, — произнес Ард, хватаясь за штырь обеими руками. Покалеченную пришлось придерживать относительно здоровой, смысла в ее участии Кир не видел, но фангу было виднее за что и чем хвататься.
Кир со вздохом снял куртку, поежился на ветру, обмотал вокруг штыря, взялся обеими руками.
— Ну… я предупредил.
— Давай! — скомандовал Ард.
Ногу Кир упер в дерево над его плечом, с подошвы на светлый плащ посыпались грязевые ошметки.
— Хорошо бы, это было единственной неприятностью в остаток дня.
Ард не понял, о чем он говорил, и не стал переспрашивать. Лоб заблестел от испарины, вздулись жилы на руках и шее. Кир потянул изо всех доступных ему сил.
«…Ну не идиот ли? — подначил сам себя. — Еще какой».
Тут и фангу было бы сложно справиться, но штырь неожиданно поддался, введя Кира в полнейшее изумление. Потому что из Арда, несмотря на все его потуги, помощник все-таки оказался никаким.
Еще усилие. Штырь выскользнул из тела, обильно полив все вокруг сангри, частично впитавшейся обратно в Арда.
— Фух…
Ард пережил экзекуцию молча. Ни стона, ни вздоха с его стороны не прозвучало. Только хриплое дыхание Кира нарушало тишину и его же проклятья сквозь зубы. Потому что Ард являлся грандом или кем? Должен же был как-то предвидеть или уклониться! А Кир… ветеран войны, а не спаситель фангов.