Кризис доверия (СИ)

— Я вас обычно убиваю, а не спасаю… Проклятье! Ведь дважды уже…
— Больше.
— Ну… трижды.
— Больше, Ки-И-рилл, ты просто не считал.
— И не собираюсь, — пробормотал он. — Ох… жуть-то какая…
В следующую секунду земля совершила головокружительный кульбит и ушла у него из-под ног. Только и удивился тому, что не ощутил боли. Штырь ударил о какой-то камень и загудел, как колокол. Или просто скакнуло давление? Кир упал на ворох опавших листьев, весь перепачканный сангри, из-за которой люди грызлись сильнее, нежели все фанги вместе взятые.
— Т-сс… спокойно, — пробился через шум крови в ушах тихий голос Арда. — Полежи. Сейчас пройдет.
«Ага, как же… — мог бы сказать Кир, но лишь подумал. — Похоже, все-таки надорвался».
…Сколько так провалялся, не понял. Слабость ушла резко, как и набросилась. Куртка оказалась исполосована, Кир умудрился изрезать руки. И теперь тупо сидел на куче гнили и смотрел на то, как смешивается с сангри его собственная кровь, а глубокие порезы затягиваются, подергиваясь корочкой, которая сразу же начинает чесаться.
— Успокойся, Ки-И-рилл, так и должно быть.
— Ага… куда уж спокойнее…
Не прошло и десяти секунд, как темно-коричневая корочка отпала, а на ее месте образовались розоватые шрамики.
— Ард, я не знаю, что сделал бы на моем месте Ки-И-ас, но вот это вообще выходит за любые рамки…
— Т-сс… Ш… Щ…
— И это все, что ты намерен сказать?! — Кир все же вышел из себя, но и из оцепенения тоже, поднял взгляд, посмотрел на Арда и выругался. Поскольку тот пребывал где угодно, но только не в себе. — Ну ладно, молчи.
…На земле они сидели довольно долго, смотрели в одну точку: каждый в свою. Кир ждал, когда вернется хоть малейшая чувствительность; Ард, кажется, медленно собирал себя по кусочкам. Подняться не пытались. Наконец, небо разродилось мелким противным дождем, и Кир начал осознавать, что холод пробирает его до костей, еще чуть, и начнет стучать зубами, а значит, из невесть кого превратился в себя прежнего; поднялся, протянул руку.
— Давай уже выбираться, а?
Ард посмотрел на него поначалу совершенно неосмысленным взглядом, но прошло мгновение, за ним другое и в нем медленно проявилось узнавание.
— Спасибо, — руку он принял, но тотчас отпустил, и даже не попытался подняться на ноги. — Я тебе обязан.
— Можно подумать, мы тебе не обязаны за то, что таки укокошил эту тварь.
— Не укокошь я, укокошили бы меня.
— Ты лучше вот чего объясни: когда мы только приехали, глаза у тебя были синими — это я ясно запомнил. А сейчас — розовато-сиреневые. Не фанг, а александрит ходячий, этот камень тоже меняет цвет в зависимости от освещения.
Ард рассмеялся тихо, шипяще, но, похоже, искренне.
— Просто я голоден, — пояснил он. — Очень. Но уже не так, чтобы не обуздать инстинкты.
— Все равно поехали-ка отсюда подальше… — оглянувшись через плечо предложил Кир. Где-то здесь скрывалось треклятое оружие, его надо было поискать, но кто бы знал, как не хотелось.
— На звонок ответь.
В кармане завибрировала трубка и тотчас выдала трель.
— Да?.. — Кир поднес ее к уху, про себя радуясь тому, что не оставил в испорченной куртке. — Можете выходить, — посмотрел на Арда и добавил: — Через четверть часа. Что?.. Мои подъедут как раз? Ну вот аккурат их и встретите. Все, Вадим, отбой. Как слышишь, я жив и даже бодр.
Ард на эти слова только фыркнул. Кир присел рядом с ним на корточки, всмотрелся внимательнее.
— Так мы далеко не уйдем, — неутешительный вывод сам прыгнул на язык. Впрочем, фанг — не кисейная барышня, чувства которой стоило оберегать, и знал побольше Кира. Он по-прежнему был бледен, на губах при каждом вздохе пузырилась кровь, и, самое противное, Кир прекрасно знал, что не сумеет его дотащить. Да, он стоял. Вроде бы вполне уверенно, но стоило совершить малейшее усилие, а хотя бы напрячь мышцы на руках, и перед глазами принимались летать искры, а ноги становились ватными и грозили подогнуться.
Он глянул на штырь.
— Вроде гладкий. А куртка в лоскуты. И ладони тоже.
 
— Присмотрись лучше.
Упрашивать не пришлось. Кир склонился над «стрелой» и присвистнул. С первого взгляда гладкий металл покрывали шипы, занозы и странная вязь: то ли литеры, то ли просто узор.
— Больной ублюдок!..
— Мне больше интересно, как он такое смастерил.
— Согласен. Причем ведь раскидывается он этими игрушками, не жалея, словно у него припасен целый арсенал… Ты до машины добраться сможешь, не привлекая внимания?
— Пять минут, Ки-И-рилл. Пять минут, и я встану, — пообещал Ард и сипло закашлялся.
— И тут же ляжешь, — предрек Кир; отодвинув подальше мысли о том, что так фанги и добиваются своего, принялся закатывать рукав рубашки.
— Ну, нет… — возмущению Арда, казалось, не было предела.
— Равные подпитывают друг друга в вашем прайде. Ты ведь сам мне все уши этим прожужжал, — сказал Кир. — Я — равный. Ну, по крайней мере, с твоих слов. Или нет? Вот сейчас и проверим.
Он пытался возражать, но Кир не слушал и вообще мел всякую чушь, не позволяя ни себе, ни Арду опомниться. Потому что истый идиотизм — не помогать, когда можешь, боясь неких выдуманных собой же фанаберий.
«А если этот фанг все выдумал, собираясь испить моей крови, — подумал Кир, — ну и хрен бы с ним, пусть подавится».
— Никогда не поверю, будто члены прайда не подпитывают друг друга таким образом, — сказал он вслух.
По лицу Арда пробежала тень.
— Анемия, Ки-И-рилл…
— Можно подумать, я не знаю, что случается с людьми, из которых высасывают кровь, — проворчал Кир, морщась: дождь усилился и дико раздражал. Только глупцы могли полагать, будто укус — это нестрашно. Укус укусу рознь. Именно потому в заведениях, казалось бы, к медицине никакого отношения не имевших — вроде гостиниц и ресторанов, клубов знакомств — появлялись кабинеты со стерильными повязками, жгутами и всем прочим, нужным для переливания крови. — Бывает, человека надкусили всего лишь на пару глотков, а тот умер. А бывает, почти обескровили, а выжил. Тут от фанга зависит. Если станет ждать, пока кровь сама в глотку натечет — не убьет, примется сосать — поминай, как звали. А ты, Ард гранд Ферн, сейчас сдерживаться не в состоянии — видно и так.
— Я в состоянии себя контролировать, — обиделся фанг.
— Тем лучше для меня… Ага, в состоянии ты. Как и встать через пять минут, — сжимая и разжимая кулак, пробормотал Кир. — А ведь до всего этого кошмара осушил ту фангу.
— Кир-И-илл, — тихо проронил Ард. — Я к ней не притрагивался. Более того, и не собирался.
— Тогда почему возле нее настолько мало сангри?
— Не знаю… — Ард даже возмущаться перестал. Нахмурился. — Инсценировка?
— Либо стрелок никто иной как фанг?
— Не знаю.
— Сдается мне, вы чувствуете соплеменников.
— Но не после же поединка под открытым небом в два часа пополудни рядом с освежеванным трупом.
— Значит, снова все тот же тупик.
— Не надо, а? — словно это его вынуждали поить Кира собственной кровью, а не наоборот, попросил Ард.
— Никто под твои клыки подставляться и не собирается, — успокоил его Кир, доставая из поясных ножен кинжал. — Запрокинь голову, рот открой. Ага, почти как в детстве: «закрой глаза, открой рот», а там тебе… как положат какую-нибудь кислятину…
— У нас было разное детство, Ки-И-рилл.
— Еще оно было бы общим! — Кир даже развеселился, представив Арда, игравшим на стройке с местной шпаной. — Когда в тебя стреляли?
— Сразу после поединка. Я и понять ничего не успел. Полоснул эту тварь по шее, увидел, как упала и не поднялась, сам проломился через кусты. Куда шел, зачем — помню смутно. А затем удар и это дерево.
— А стрелок, значит, пошел поглядеть на дело твоих рук. И тебя не прикончил. И меня, если я с ним едва разминулся. Странно…
Ард пожал здоровым плечом.
— Если пойду в том направлении… — Кир кивнул в сторону, откуда приблизительно прилетела «стрела». — Как думаешь, найду?