Кризис доверия (СИ)

Третий, присутствия которого Ард не заметил, преследуя фангу. А после… после по ситуации: либо учуял и сцепился, либо…
«О либо я размышлять не стану, — велел себе Кир. — Где тут уводящий хрен знает куда след? Вот по нему и пойду».
И он пошел туда, куда менее всего хотелось: в заросшую часть сада, ставшую частью примыкавшего к участку леса.
…Холодный ветерок легонько пошевелил волосы на затылке. Кир передернул плечами. Вполне могло статься, еще ничего не закончено. Будь он этим третьим, непременно дождался развязки и укокошил выигравшего.
— Х…ир…и… — неуловимо тихо, но точно вслух, не мысленно.
Кир завертел головой, но так и не сумел разобрать, откуда его позвали. Сад, как назло, был запущенный, еще и стоял возле лесополосы, а потому кроме кряжистых — хоть сейчас в фильм ужасов — яблонь и всяких плодово-ягодных и розовых кустов обильно зарос лещиной и юными осинками.
— Ард!
Чуть позади и справа — на полчетвертого, если судить по часам — упала ветка. Кир развернулся к ней, и не думая опускать пистолет. В конце концов, лейтенантика заманивали очень схоже. И все же направился именно туда: в предполагаемую ловушку.
Ард полулежал у толстой липы, пришпиленный к дереву, будто мотылек булавкой. Штырь вошел в него чуть ниже правой ключицы, наверное, попади в левую или в живот, тут и конец бы ему настал, хотя… фанги живучи, мог и выкарабкаться.
Человек неминуемо потерял бы сознание, фанг же медленно повернул голову на шум шагов и с облегчением выдохнул. Только затем открыл глаза: черные от расширившихся зрачков.
— Почему… — он не договорил, а Кир так и не понял, о чем именно он собирался спросить.
— Молчи. Береги силы.
— Я убил ее.
— Надеюсь, не собираешься страдать от чувства вины?
Тихое шипение стало ответом. Смех? Кир так и не понял, зато при следующей попытке что-то сказать, на губах у Арда запузырилась кровь, и это было плохо даже для фанга. Для человека — вообще катастрофично.
— Легкое? — спешно вспоминая и людскую, и фангскую анатомию, предположил Кир.
— Эта…
— Заткнись! — зарычал Кир, хотя в этом слове ни одного рычащего звука не имелось. — Мысленно говорить разучился?!
— Уфы, — очень осторожно, практически одними губами проронил Ард. — Фсе си-лы на восс-та-н…
— Я понял.
— Т…рянь сломала мне три ребра, одно…
— Я понял! — настойчивее сказал Кир. — Давай лучше я вопросы позадаю, а ты будешь отвечать односложно: морганием. Два коротких раза — нет. Один длинный — да.
«Да» — стало ему ответом.
— Ранен серьезно? Нет? Ага, так я и поверил.
Общение наладилось. Жизнь стала выглядеть приятнее. Главное, чтобы никто не напал сзади.
— Тот, кто выстрелил в тебя, рядом?
«Нет».
— Кто-нибудь из ваших?
«Нет».
— Вот и ладушки. Мыслесвязь, я так понимаю, недоступна, — Ард на такое прозвание криво усмехнулся, но Киру до его гримас дела не было. — А восстановится?
«Да», — находись в добром здравии, Ард обязательно брякнул бы «непременно» или «разумеется».
— С кем мне связаться?
— Ни с кем. Кир-И…, дай мне пять…
— Пять минут я, конечно, дам, мне не жалко. Главное, ты не окочурься прямо так и тут.
Взгляд Арда был достаточно красноречив и без помощи мысленной речи сообщил о том, что погибать фанг не стремится.
— Нэ…дошдешься… То-лько фыдерни.
Судя по его состоянию, какая-то примесь серебра в металле присутствовала. Ард снова прикрыл глаза, попытался шевельнуть рукой, но та не сдвинулась с места: лежала вывернутая в запястье, лишь пальцы едва заметно подрагивали.
Отчего-то именно эти пальцы, называемые в пору детства Кира музыкальными, заставляли на них смотреть практически безотрывно. Виделась некая закономерность в их движении. Дерг-дерг-дерг, пауза, дерг-дерг-дерг, пауза — словно своеобразный сигнал «СОС». Не по себе Киру было от этих движений, и от вида фанга — тоже. Нет зрелища хуже загнанного и плененного хищника, их следует или убивать сразу, или не трогать, а так… Конечно, сердце кровью не обливалось, но очень хотелось найти стрелка и придушить собственными руками.
 
Кира переполняла жалость, когда он спасал Ижи. Ее хотелось защитить от всего мира, обошедшегося с ней столь жестоко. В отношении Арда подобные чувства, к счастью, не возникали, но вот прекратить его агонию хотелось невыносимо, а потому Кир на всякий случай пистолет убрал. Вряд ли стрелок именно в этот момент заявился бы сюда, чтобы снять с Арда шкуру, размотать кишки и вырвать сердце. К тому же до сего момента он убивал таким зверским способом только людей.
«А вот как пустит в тебя такую же стрелу», — подумал Кир и встряхнул головой. Вот только раскрутить себя на панику не хватало.
Если способность что-либо предпринимать от него не уходила, то глас инстинкта самосохранения явно пребывал в глубоком нокауте. Потому что оказывать помощь раненному фангу равносильно самоубийству, но именно это Кир и намеревался делать.
«У Арда болевой шок, он даже не сообразит в кого именно вонзит зубы, и чем ему это грозит. Наверное», — по крайней мере, Киру объясняли именно так в отношении фангов, которых можно было бы попробовать обменять. Не обязательно у таких же фангов, хотя обмены пленными происходили, а, например, в научных лабораториях на медикаменты.
— Там наши уже, должно быть, подъехали. Среди них есть врач. Я позову… — проговорил Кир, не ожидая ответа, но Ард внезапно разлепил губы, впрочем, так и не открыв глаз.
— Ни в коем случае, Ки-И-рилл, — фраза неожиданно далась ему легко. Голос справился с сипением, стал вполне обычным: бархатным с красивыми томными переливами, от которого наверняка сходили с ума женщины обеих рас. — Я ведь не признавал этих людей равными, могу не сдержаться.
— Ого…
— Они сами согласятся, но от этого никому не станет легче.
Почему-то Кир не сомневался: согласятся, еще и в очередь выстроятся. Раненый, бледный, как батист, красавчик, только что победивший кровожадное чудовище, из последних сил приползает к людям и просит томным страдающим голосом об единственном глотке крови… Тьфу, гадость какая! Но Кир прекрасно понимал, что не все с ним согласятся, некоторые, наоборот, только рады будут поделиться со страждущим.
Да и на здоровье, только подобное излечение может слишком многое поменять между ними, растоптать то странное, навязанное, но все же сотрудничество, которое худо-бедно, но начало вытанцовываться из их перепалок и раскрытия висяков. Неправильно относиться к фангу будто к человеку: он другое. Но как иначе с ним говорить, оставаться наедине на расстоянии вытянутой руки, садиться в один автомобиль и делить кабинет?
Либо вопреки, либо никак. Вот только Кир не мог ручаться в том, что случится именно первое.
— Инстинкты…
— Да, Ард, они. У всех разные, но на самом деле одни и те же.
Помолчали, подумали. Вернее, думал Кир, Ард что-то там пытался в себе починить. Это было видно по тому, как вздувались мышцы и билась синяя жилка на шее. На висках волосы слиплись, зато бледность немного отступила, совсем на чуть, чтобы Ард не выглядел больше трупом.
— Когда я скажу, потяни штырь.
— Думаешь, у меня достанет сил?
— Сил хватит. Ты только… там хитрый рисунок по всему штырю, глазом не виден, но, если не обмотаешь руки, порежешься непременно.
— Знаю, читал отчет экспертов по убийству Димана. Точно выдерну?
— Точно.
— Мне бы твою убежденность, — проворчал Кир.
— Я помогу.
— О! Тогда я однозначно спокоен.
Кто-то когда-то ему говорил, что беззлобно перелаиваться в откровенно дрянных ситуациях способны только настоящие друзья. Кир не помнил имени этого «умника» и однажды уже отверг дружбу кровососущего пришельца. Но, пожалуй, предложи ее сейчас Ард, скорее всего, принял.
— Давай!
— ЧиСД…
  
Глава 21
 
— Тебя где черти носят? — Вадим решил позвонить в самый интересный момент: Кир аккурат встал, намереваясь то ли действительно схватиться за проклятый штырь, то ли послать Арда на все четыре стороны разом, вытрясти из него телефон (или как еще с ним связаться?) Ки-И-аса, вызвать его сюда и пусть разруливает, как хочет.