Чародейка Поволжья (СИ)

— Хоть, где солнечное сплетение, представляешь? Под дых разок получала?
Рина гордо заявила, что никогда не дралась, но про солнечное сплетение знает и без этого. В универе одно время случилось повальное увлечение йогой. Не миновало оно и чародейки.
— Начинай, а по ходу дела разберёшься, — посоветовал Фёдор, усаживаясь в позе зрителя в кресло. Они опять колдовали в спальне бабушки на каменном кругу.
Рина принялась читать. Скоро в районе солнечного сплетения появилась приятное тепло. Оно стремительно принялось набирать жар и очень скоро обжигало не хуже горячего чая. Девушка усилием воли и воображения представила, как тепло поднимается вверх по позвоночнику и наполняет «третий глаз», который по мнению индийских эзотериков находится прямо по середине лба.
— Ого, — воскликнул Фёдор, — заработало!
Рина даже с закрытыми глазами видела то, о чём он говорит: в пузырьке закрутилась пепельная муть и стянулась в тонкую иглу, которая пронзила дохлого земляного червя. Червь ожил, вытянулся в струнку и, покачиваясь, повернулся в сторону двери.
— Компас! – Алеут радовался, как ребёнок, — у нас получился магический компас. Он укажет нам, где найти Лобзика.
Чувствовала себя чародейка после колдовства вполне себе сносно. Ничего не болело, голова не плыла, просо хотелось пить.
— Итак, — Алеут извлёк из кармана шорт настоящий золотой брегет, — у нас около часа, пошли искать пропажу.
  
Глава 4. НОЧНАЯ ОХОТНИЦА НА ЖЕЛЕЗНОМ КОНЕ
 
Идти по магическому компасу было несложно. Ещё в школе Виктор Дмитриевич, не в меру инициативный учитель географии, угнетал всех старшеклассников спортивным ориентированием, они даже нормы сдавали. Посему пройти по стрелке из червяка в пузырёчке с плотной крышкой не составило труда. Компас сперва привёл их к оптовому рынку, оттуда через какие-то заросли и дыру в заборе вывел к железной дороге. Лобзик не воспользовался пешеходным мостом, а пошёл прямо через пути. Рискуя попасться бдительным железнодорожникам, достойные мужи в форме регулярно дежурили и собирали штрафы с тех, кому четыре пролёта лестницы моста казались непреодолимым препятствием, Рина с Алеутом пошли напрямик.
— Ты Чародейка Поволжья, — со значением проговорил парень, — и не просто так гуляешь по путям, а при исполнении. Тебя не только не оштрафуют, они ещё и честь отдадут!
На их счастье, сегодня никто им не встретился, и они спокойно пробрались задами электростанции на улицу. Лобзик прогулялся по городскому парку, покрутился возле магазина «Вина Кавказа», но внутрь не заходил. Чародейке приходилось прятать компас в кулачке, потому что на выходе из проходного двора бабушка, выгуливавшая симпатичного пуделя, с удивлением уставилась на слегка светящийся пузырёк в руке Рины.
Бестолковые по большей части шатания по городу привели оборотня к задней части Горбольницы и скоро червяк буквально рванулся к обычной двери. На двери красовался плакат, призывающий граждан стать донорами, приняв участие в государственной программе «Доноры Российской короны». Крепкий мужчина и румяная женщина улыбались с плаката, демонстрируя всем, насколько здорово сдавать кровь. Участников программы ждали различные приятные бонусы в виде дополнительных выходных, скидок на путёвки в санаторий и купоны на бесплатное приобретение продуктов в супермаркетах, где на входе имелся специальный знак.
Алеут внимательно прочитал всю информацию, хмыкнул и предположил, что Лобзик решил сдать кровь, чтобы получить обещанные купоны на продукты. Рина согласилась, и они пошли внутрь.
Внутри ничего не оказалось кроме узкой железной лестницы на второй этаж. Лестница привела их в небольшой коридор с жёстким скамейками и одной единственной дверью. На двери кроме странного номера 104 скотчем был приклеен файл.
Кабинет забора крови
Франтасьева З.П.
Часы работы с 9.00 до 14.00
Ниже была приписка, сделанная от руки фломастером:
 
Без бахил и в верхней одежде не входить!!!
Узкое окно в унылый колодец между корпусами довершало картину. Внизу стоял одинокий мотоцикл с красным шлемом, повешенным на руле.
На их шаги из кабинета выглянула медсестра в шапочке и медицинской голубой маске. Она оглядела посетителей и проговорила:
— Подождите минуточку, я вас позову, — и захлопнула дверь прямо у них перед носом.
Рина присела на скамейку, она прекрасно знала, в больнице ожидание – самое обычное дело, а Фёдор прошёлся из конца в конец маленького коридорчика, изучил листовку об опасности венерических заболеваний и СПИДа, и остановился, наконец, у окна.
— Долго ещё? – протянул он, — не кофе же она там варить вздумала? Да и духота тут, хотя бы окно открыли.
Алеут повернул ручку и попытался приоткрыть окно. Его газам предстала наистраннейшая картина. Из окна кабинета забора крови спускалась прямо по отвесной стене женщина с алыми волосами.
— Похоже с нами кое-кто общаться не намерен, но придётся, devra contre volonté (вопреки желанию), —воскликнул он, — подхватил Арину и сиганул в окно.
На земле они оказались одновременно. Фёдор толкнул чародейку к себе за спину и проговорил:
— Что же это вы, уважаемая, от пациентов в окно убегаете?
— Видала я в гробу таких пациентов, — проговорила женщина удивительно мелодичным голосом. Она была невысока ростом, одета в широкие брюки и футболку размера на два больше, нежели ей требовалось. Внимание на себя обращали чисто-алые волосы, непослушной копной натуральных кудрей стоявшие вокруг головы и красивое лицо с тонкими острыми чертами. Выглядела она как младшекурсница, — отойди от машины, а то хуже будет.
—Рина, она – вампир, — спокойно и негромко проговорил Алеут, — нападёт, не мельтеши и не лезь под руку.
Чародейка слегка отвела взгляд от красной головы и явственно увидела правоту Фёдора. Баба оказалась вампиром. Не то, чтобы она выглядела истлевшим трупом или кровососом из компьютерной игры, просто Рина видела, что Франтасьева З. П. – вампир. Как сразу видела, что кошка – это кошка, а пчела – пчела.
Вампирша равнодушно посмотрела на небо и внезапно бросилась на Фёдора. Её движение было настолько стремительным, что Рине показалось, будто она размазалась в пространстве. Алеут уклонился, в его руках появились уже знакомые дуэльные пистолеты с серебряными накладками по рукоятям (Должно быть – Лепаж, — не к месту подумалось чародейке).
— Пульки-то хоть серебряные припас? – издевательски поинтересовалась вампирша и снова напала на Фёдора, пытаясь полоснуть по лицу руками с длинными ногтями.
Но рост играл против неё: наклон головы, удар и она снова оказалась вдалеке от вожделенного средства передвижения.
— Получишь – узнаешь, — осклабился Толстой и выстрелил. Он целился по ногам.
Вампирша словно растворилась на секунду, прыгнула с кошачьей грацией, пригнувшись, словно видела летящие пули, и попыталась ударить снизу. Фёдор отскочил, но так, чтобы быть всё время между противником и мотоциклом. Рина поняла, он не хочет убивать её, по крайней мере до того, как медсестра скажет, когда Лобзик приходил сюда сдавать кровь. За всё это время на красивом лице вампирши не дрогнул ни один мускул, оно оставалось спокойным и прекрасным, словно лицо манекена в витрине дорогого магазина одежды. Вампирша бросилась снова, махнула рукой у лица Алеута, уклонилась и вдруг оказалась за спиной Рины, чародейка почувствовала, как чужие пальцы сжали её горло.
— Ну всё, — проговорил мелодичный голос у неё за спиной, — парниша, отойди от моего мотоцикла и убери свои пукалки подальше. Пускай тебе я сделать ничего не могу, но бабёнку твою порву мгновенно.
— Ты чего вообще на нас кидаться стала? – спросил Алеут, но пистолеты убирать не подумал.
— Станешь кидаться, когда тебя начинают убивать! От вас за версту Гробовщиками разит. Я подумала – казнить пришли.
— Ага, — усмехнулся Алеут, — видать, есть за что!