Змеиный король (ЛП)

– На что?
– На себя. – Розалинда повернулась к Люси. – В зеркало. Просто... смотрел на свое отражение. Но не разглядывал парик или одежду, как, наверное, любой другой на его месте. Саймон смотрел себе прямо в глаза.
Люси нахмурилась.
– Как странно.
Розалинда кивнула.
– И тогда я поняла. Он несчастен. Его таинственность не наигранная, а настоящая. Что-то движет им, и это что-то вряд ли его когда-нибудь отпустит. И, уж конечно, я бы не смогла ему помочь.
Люси охватила тревога.
– И поэтому вы вышли замуж за Итана.
– Да. И ни разу о том не пожалела. Он был чудесным мужем, нежным и добрым. – Розалинда посмотрела на спящую дочку. – И подарил мне Теодору.
– Почему вы рассказали мне об этом? – мягко спросила Люси. Несмотря на произнесенные спокойным тоном слова, она чувствовала, как внутри нее растет гнев. Розалинда не имела права заставлять ее сомневаться в своем решении.
– Не для того, чтобы напугать вас, – заверила собеседница Люси. – Я считаю, надо быть сильной женщиной, чтобы выйти замуж за Саймона, и восхищаюсь вами.
Пришел черед Люси отвести взгляд и посмотреть в окно. Карета наконец тронулась с места. Вскоре они вернутся в городской дом, где на ленч их ждет много экзотических блюд. И хотя Люси умирала от голода, последние слова Розалинды, о сильной женщине, никак не шли у нее из головы. Она всю жизнь жила на одном месте, в провинциальном городке, где никогда не сталкивалась с серьезными трудностями. Розалинда благоразумно отступила, увидев, каков на самом деле Саймон. А она, Люси, не слишком ли о себе возомнила, решив выйти за него замуж? Была ли она сильнее духом, чем Розалинда?
***
– Мне постучать, мэм? – спросила служанка.
Люси вместе с ней стояла на ступеньках городского дома Саймона. Белокаменный, пять этажей в высоту, он блестел в лучах полуденного солнца. Располагался дом в самом фешенебельном районе Лондона, и Люси была уверена, что выглядит глупо, в замешательстве торча перед дверью. Но она уже целую вечность не виделась с Саймоном один на один, и ей отчаянно хотелось провести с ним время. Поговорить и выяснить... Люси нервно усмехнулась про себя. Что ж, она полагала, ей нужно выяснить, тот ли он человек, каким был в Мейден-Хилле. Потому одолжила у Розалинды карету и после ленча приехала сюда.
Люси провела ладонью по новому платью и кивнула служанке:
– Да, пожалуйста.
Служанка стукнула тяжелым дверным молотком. Люси выжидательно посмотрела на дверь. Нет, сказать, что она совсем не видела Саймона, разумеется, нельзя – он взял за привычку хотя бы раз в день присутствовать за столом в доме невестки, – но они никогда не оставались наедине. Если бы только…
Дверь открылась, и поверх своего орлиного носа на посетительниц уставился долговязый дворецкий.
– Да?
Люси прочистила горло:
– Лорд Иддесли дома?
Дворецкий необычайно надменно приподнял косматую бровь; должно быть, ночами тренировался перед зеркалом.
– Виконт не принимает посетителей. Если вы оставите визитку…
Люси улыбнулась и шагнула вперед, отчего слуге пришлось попятится, иначе она уткнулась бы ему в живот.
– Я – мисс Люсинда Крэддок-Хейз. Я приехала повидаться со своим женихом.
Дворецкий изумленно моргнул. Судя по всему, он попал в затруднительное положение. Перед ним стояла его будущая хозяйка, требуя впустить, он же, видимо, получил приказ не тревожить Саймона. Слуга почел за лучшее подчиниться тому из господ, кто оказался ближе.
– Конечно, мисс.
– Спасибо, – одобрительно улыбнулась Люси.
Они вошли в парадную залу. Люси с любопытством осмотрелась вокруг. Она еще ни разу не видела лондонский дом Саймона изнутри. Пол был черным, мраморным, отполированным до зеркального блеска. Стены тоже мраморные – череда черных и белых панелей, окаймленных позолоченными завитушками и виноградными лозами, а потолок... Люси ахнула в восхищении. Белый с золотом потолок был разрисован облаками и херувимами. Последние, казалось, держали хрустальный канделябр, что свисал из самого центра. Всюду стояли щедро украшенные позолотой столики и статуи заморских сортов мрамора или дерева. Справа, недалеко от Люси, высилась статуя Меркурия из черного камня. Крылья на его сандалиях, шлем и глаза были золотыми. По правде говоря, слово «парадная» не описывало эту залу должным образом. Гораздо лучше подходило слово «претенциозная».
 
– Виконт в оранжерее, мисс, – сообщил дворецкий.
– Тогда я встречусь с ним там, – сказала Люси. – Где может подождать моя служанка?
– Я велю лакею проводить ее на кухню. – Он щелкнул пальцами, подзывая одного из лакеев, стоявших в коридоре по стойке «смирно». Тот поклонился и увел служанку. Дворецкий повернулся к Люси: – Прошу следовать за мной.
Люси кивнула. Слуга повел ее по коридору в дальнюю часть дома. Через время проход сузился, затем они спустились по короткой лестнице и наконец подошли к большой двери. Дворецкий начал было ее открывать, но Люси его остановила.
– Я войду одна, если вы не возражаете.
Дворецкий поклонился:
– Как пожелаете, мисс.
Люси склонила голову набок.
– Я не знаю вашего имени.
– Ньютон, мисс.
– Спасибо, Ньютон, – с улыбкой поблагодарила она.
Дворецкий придержал для нее дверь.
– Если вам понадобится что-то еще, мисс, просто позовите меня. – А затем ушел.
Люси заглянула в громадную оранжерею.
– Саймон?
Кабы Люси не видела собственными глазами, то и не поверила бы, что в городе, ничем себя не выдавая, может существовать подобного рода сооружение. Ряды стеллажей терялись где-то в дальних глубинах оранжереи. Все, все, что можно, занято зеленью или горшками с землей. Под ногами – кирпичная дорожка, что удивительно, теплая. Стекла на высоте плеч Люси были запотевшими. Начинались они на уровне ее талии и сводом сходились вверху. Лондонское небо над головой уже мало-помалу темнело.
Она ступила пару шагов по влажному помещению. И никого не увидела.
– Саймон?
Люси прислушалась, однако не уловила ни звука. С другой стороны, оранжерея такая огромная. Возможно, виконт не услышал. Ему, без сомнения, хотелось бы сохранить в помещении тепло и влагу, поэтому Люси закрыла за собой тяжелую деревянную дверь и после приступила к поискам. Проход был узким, кое-где над ним нависала листва, так что Люси пришлось буквально пробираться сквозь зеленый занавес. Она слышала, как капает, стекая с сотен листьев, вода. Воздух был тяжелым и неподвижным, пахло мхом и землей.
– Саймон?
– Я здесь.
Наконец-то. Голос раздался где-то впереди, но из-за непроглядных джунглей Люси не увидела виконта. Отодвинув в сторону лист размером больше своей головы, Люси неожиданно вышла на открытое пространство, залитое светом десятков свечей.
И замерла.
Место было округлым. Стеклянные стены вздымались вверх, образуя миниатюрный купол, наподобие тех, какие она видела на картинках о России. В центре, в мраморном фонтане, тихо журчала вода, а вокруг стояли стеллажи с розами. Розами, цветущими зимой! Люси засмеялась. Красные и розовые, кремовые и белоснежные, – их насыщенный запах витал в воздухе, усиливая чувство восторга и изумления. Настоящая волшебная страна в доме у Саймона!
– Вы нашли меня.
Люси очнулась и посмотрела в сторону голоса, сердце ее затрепетало. У стеллажа непринужденно стоял Саймон. Без сюртука, в длинном зеленом фартуке, надетом поверх жилета, чтобы не испачкать одежду, и с закатанными до локтей рукавами рубашки, обнажавшими покрытые золотистыми волосками руки.
 «Саймон, да в рабочем одеянии. Интересно», – улыбнулась про себя Люси. С такой стороны она его еще не знала. С тех пор как они приехали в Лондон, виконт был сама изысканность и утонченность.
– Надеюсь, вы не против. Ньютон проводил меня сюда.
– Ничуть. Где Розалинда?
– Я приехала одна.
Саймон застыл и кинул на Люси взгляд, который ей не удалось разгадать.