Змеиный король (ЛП)
Люси уже неделю как гостила у своей будущей невестки, готовясь к свадьбе с Саймоном. Papa не обрадовался ее выбору, но, поворчав и покричав немного, таки дал с неохотой свое благословение. За то время, пока Люси жила в Лондоне, они с Розалиндой побывали в стольких магазинах, что просто уму непостижимо. Саймон настаивал, чтобы его суженая подобрала себе новое приданое. И как бы Люси ни радовалась целому вороху изысканных нарядов, тревога, что она не сможет стать достойной Саймона виконтессой, не давала ей покоя. Ведь даже разодетая в расшитые шелка и кружева, она оставалась все той же обыкновенной девушкой, что родилась в деревне.
– Мы встретились в Кенте, на тропинке к моему дому, – уклончиво ответила Люси. – С Саймоном произошел несчастный случай, и я взяла его к нам домой поправляться.
– Как романтично, – тихо промолвила Розалинда.
– Дядя Сай был навеселе? – поинтересовалась сидящая рядом с ней малышка. Волосы у нее были темнее, чем у матери, более золотистые, кудрявые. Люси вспомнила, как Саймон описывал вьющиеся локоны брата. Очевидно, этим Теодора пошла в покойного отца, а вот большие голубые глаза унаследовала от матери.
– Теодора, ради бога! – Розалинда нахмурилась, сведя брови, отчего ее безупречно гладкий лоб прорезали две ровные морщинки. – Мы уже говорили с тобой о недопустимых выражениях. Что о тебе подумает мисс Крэддок-Хейз?
Малышка виновато понурилась:
– Она сказала, что мы можем звать ее Люси.
– Нет, дорогая. Она мне разрешила обращаться к ней по имени. Но ребенку подобное не приличествует. – Розалинда бросила на Люси взгляд. – Простите.
– Наверное, раз я вскоре стану тетей Теодоры, она может называть меня тетей Люси? – Будущая виконтесса улыбнулась девочке. Она не хотела обидеть ее мать и в то же время сочувствовала малышке.
Розалинда слегка закусила губу.
– Вы уверены?
– Да.
Теодора заерзала на сиденье.
– А вы можете звать меня Кармашек, потому что так меня зовет дядя Сай. Я зову его дядя Сай, потому что все леди по нему вздыхают [1].
– Теодора!
– Так говорит няня, – защищаясь, объяснила девочка.
– Как же трудно удержать слуг от сплетен, – посетовала Розалинда. – А детей – от их пересказа.
Люси улыбнулась.
– А почему твой дядя Сай зовет тебя Кармашком? Потому что ты можешь в нем уместиться?
– Да. – Девчушка засмеялась и неожиданно стала похожа на своего дядю. Она посмотрела на мать. – А еще потому, что я всегда проверяю его карманы, когда он приезжает нас навестить.
– Саймон ее чрезмерно балует, – вздохнула Розалинда.
– Иногда у него в кармане лежат сладости, и он разрешает мне их взять, – призналась Теодора. – А однажды я нашла там несколько милых оловянных солдатиков, и мама сказала, что маленькие девочки не играют в солдатики, а дядя Сай ответил: как хорошо, что я Кармашек, а не девочка. – Она перевела дух и снова глянула на мать. – Но он шутил, ведь знает, что на самом деле я маленькая девочка.
– Ясно. – Люси улыбнулась. – Наверное, именно из-за таких поступков леди по нему вздыхают.
– Да. – Кармашек снова заерзала на месте. Розалинда положила дочке ладонь на бедро, и малышка замерла. – А вы вздыхали по дяде Саю?
– Теодора!
– Что, мама?
– Кажется, мы приехали, – поспешила сообщить Люси.
Экипаж остановился посреди оживленной дороги, не в состоянии подъехать к обочине из-за скопления карет, телег, лоточников, всадников и пешеходов. Когда Люси впервые стала свидетельницей подобной сцены, у нее просто перехватило дыхание. Так много людей! И все кричат, бегут, живут. Извозчики на телегах сыплют бранью в адрес прохожих на своем пути, лоточники расхваливают товар, ливрейные лакеи расчищают дорогу красивым каретам, уличные сорванцы снуют туда-сюда, рискуя попасть под копыта лошадей. Увиденное настолько ее ошеломило, что она не знала, как прийти в себя. Теперь же, спустя почти неделю, немного пообвыкла в городе, но все равно раз за разом находила непрестанную суету волнительной для ушей и глаз. Вероятно, так будет всегда. Да и разве может Лондон кому-то показаться скучным?
Лакей, открыв дверцу и откинув ступеньку-подножку, помог дамам выйти из кареты. Приподняв юбки повыше от земли, Люси направилась вместе со спутницами к магазину. Их процессию, в качестве охранника, а также носильщика будущих покупок, возглавлял молодой лакей крепкого телосложения. Позади тронулась их карета. Кучеру пока придется либо найти где-то место поодаль, либо сделать круг.
– Это очень милый магазинчик дамских шляпок, – отметила Розалинда, когда они вошли внутрь. – Думаю, вам понравится отделка, которую здесь предлагают.
Люси удивленно моргнула, увидев ряды полок от пола до потолка с разноцветными кружевами, тесьмой, шляпками и украшениями. Она постаралась не выказать всей степени охватившего ее изумления. Ведь в единственном магазинчике в Мейден-Хилле украшения занимали всего одну полку! И теперь у Люси, что привыкла обходиться парой-тройкой серых платьев, от разноцветья буквально рябило в глазах.
– Можно мне вот эту, мама? – Кармашек показала на золотистую тесьму и принялась ею обматываться.
– Нет, дорогая, хотя, вероятно, она подойдет тете Люси?
Люсинда прикусила губу. Она не представляла себя в золоте.
– Может, вот эти? – указала она.
Розалинда прищурилась, глядя на чудесные бельгийские кружева.
– Да, думаю, да. Они отлично подойдут к тому платью с розочками, которое мы заказали утром.
Полчаса спустя Люси вышла из магазина, довольная, что ее сопровождает Розалинда. Пусть и хрупкая на вид, та обладала чувством стиля и торговалась точно бывалая экономка. Экипаж ожидал их посреди дороги; извозчик, недовольный тем, что не может проехать, рассерженно кричал на кучера Розалинды. Леди поспешили сесть в карету.
– Ну и ну! – Розалинда промокнула лицо кружевным платком. Она посмотрела на дочурку, которая, устав в силу своего возраста, в изнеможении распласталась на сиденье. – Кажется, нам следует вернуться домой, выпить чаю и отдохнуть.
– Да, – с чувством согласилась Кармашек. Она свернулась калачиком и, невзирая на тряску и уличный шум, вскоре уснула. Люси улыбнулась. Должно быть, город с его суетой были привычным делом для этой маленькой девочки.
– Вы не такая, какой я вас себе представила, когда Саймон заявил о своей женитьбе, – мягко произнесла Розалинда.
Люси вопросительно приподняла брови.
Ее собеседница прикусила нижнюю губу.
– Я не хотела вас обидеть.
– Я не обиделась.
– Просто моему деверю всегда составляли компанию дамы определенного типа. – Розалинда сморщила носик. – Не всегда респектабельные, но обычно весьма искушенные.
– А я из деревни, – печально продолжила Люси.
– Да. – Розалинда улыбнулась. – Меня удивил его выбор, но удивил приятно.
– Спасибо.
Карета остановилась. По всей видимости, на дороге возник затор. Снаружи сердито перекрикивались мужчины.
– Иногда я думаю, что проще пойти пешком, – пробормотала Розалинда.
– Выйдет наверняка быстрее, – улыбнулась Люси.
Они сидели, прислушиваясь к суматохе. Кармашек невозмутимо посапывала во сне.
– Вообще-то… – нерешительно начала Розалинда. – Наверное, не следует вам рассказывать, но, когда я только с ними познакомилась – с Итаном и Саймоном, – сначала меня привлек именно младший из братьев.
– Правда? – Люси постаралась ничем не выдать своего волнения. Что Розалинда пытается ей сказать?
– Да. В нем, еще до смерти Итана, уже была эта таинственность, которую, думаю, большинство женщин находят довольно притягательной. Прибавьте сюда его манеру речи и остроумие. Такое порой может очаровать. И я увлеклась Саймоном, хотя Итан был красивее брата.
– Что произошло? – Был ли Саймон так же увлечен это изящной женщиной? Люси почувствовала укол ревности.
Розалинда посмотрела в окно.
– Он напугал меня.
У Люси перехватило дыхание.
– Как?
– Однажды вечером, на балу, я наткнулась на него в дальней комнате. Это был то ли кабинет, то ли гостиная, довольно маленькая и скудного убранства, если не считать изысканного зеркала на стене. Саймон был один, просто стоял и смотрел.