Змеиный король (ЛП)

Дверь открыла экономка, и вид у нее был взволнованный.
– О, мисс, вы ни за что не угадаете, кто приехал!..
В ту же секунду из-за спины миссис Броуди вышел Саймон.
Люси выронила карандаш.
Подняв, Саймон протянул его ей, в ледяного цвета глазах застыла нерешительность.
– Могу я с вами поговорить?
Саймон был без головного убора, в измятом камзоле и заляпанных грязью сапогах, словно ехал верхом. Парик он не надел, и было видно, что волосы его слегка отросли. Под глазами – темные круги, и морщины вокруг рта стали резче. Чем же он занимался в Лондоне всю прошлую неделю, что снова выглядел таким уставшим?
Люси взяла карандаш, надеясь, что лорд Иддесли не заметил, как дрожит ее рука.
– Конечно.
– Наедине?
Хедж мигом вскочил.
– Отлично, я ухожу. – И пулей метнулся за дверь.
Миссис Броуди вопросительно глянула на хозяйку, а затем удалилась вслед за Хеджем, закрывая за собой дверь. И неожиданно Люси осталась один на один с виконтом. Сложив руки на коленях, она посмотрела на Саймона.
А тот прошел к окну и каким-то невидящим взглядом уставился на сад.
– Я должен был... закончить одно дело в Лондоне. Весьма важное. Каковое долго меня мучает. Но я не смог сосредоточиться, не смог думать только о том, что должно быть сделано. Я все вспоминал о вас. И вот я приехал, несмотря на обещание никогда вас больше не тревожить. – Саймон бросил на Люси взгляд через плечо, и в этом взгляде смешались отчаяние, смущение и что-то еще, чему она не отваживалась дать определение. Но сердце ее, уже гулко бившееся с самого его прихода, екнуло.
Люси сделала глубокий вдох, чтобы спросить ровным голосом:
– Не желаете присесть?
Саймон помедлил, словно раздумывая.
– Благодарю вас.
Он сел напротив, провел рукой по волосам и вдруг снова встал.
– Мне следует уйти, просто выйти из этой двери и продолжать шагать, пока нас не разделит сотня миль пути, а может, и целый океан. Хотя я не уверен, будет ли даже этого достаточно. Я обещал самому себе, что оставлю вас в покое. – Саймон невесело рассмеялся. – И вот он я, опять у ваших ног, и веду себя как дурак.
– Я рада вас видеть, – прошептала Люси. Все было как во сне. Она ведь и не надеялась, что снова его увидит, а теперь он здесь, взволнованно расхаживает перед ней в ее маленькой гостиной. Люси не смела даже задуматься о том, почему виконт приехал.
Саймон неожиданно обернулся и застыл на месте.
– В самом деле? Вы правда рады?
 «О чем он спрашивает?» Люси не знала, но все равно кивнула.
– Я не подхожу вам. Вы слишком чисты; слишком многое замечаете. В конце концов я причиню вам боль, если меня не... – Саймон покачал головой. – Вам нужно быть с кем-то простым и хорошим, а я не такой. Почему вы не вышли за того викария? – Он хмурился, и вопрос его походил на обвинение.
Люси беспомощно покачала головой.
– Вы не говорите со мной, не отвечаете мне, – хрипло продолжал Саймон. – Вы дразните меня? Иногда вы являетесь мне во сне и насмехаетесь надо мной, милый ангел, когда мне не снятся... – Он упал перед ней на колени. – Вы не знаете меня, не знаете, кто я. Спасайтесь. Вышвырните меня из своего дома. Сейчас же. Пока еще можете, потому что я потерял свою решимость, свою волю, даже свою честь – то немногое, что от нее осталось. Сам я уйти не в силах.
Саймон предостерегал ее, Люси понимала это, но не могла приказать ему уйти:
– Я не стану вас прогонять. Вы не можете просить меня об этом.
Руки его легли на диван по обе стороны от Люси. Они словно обняли ее, не касаясь. Саймон склонил голову, и все, что теперь видела Люси – это стриженую светлую макушку.
– Я виконт, вы это знаете. Род Иддесли довольно древний, но титул мы получили только пять поколений назад. Боюсь, у нас привычка выбирать не ту сторону во время королевских войн. У меня три дома. Городской в Лондоне, еще один – в Бате и имение в Нортумберленде, то самое, о котором я вам рассказывал в первый день, когда очнулся. Я говорил, что это глушь – и не соврал, однако там по-своему красиво. Земля, разумеется, приносит доход, но если вы не хотите, можно туда вовсе не ездить. У меня есть управляющий и уйма слуг.
 
Люси на глаза навернулись слезы. Она еле слышно всхлипнула. Саймон говорил так, словно...
– А еще я владею несколькими шахтами, то ли медными, то ли оловянными, – продолжал виконт, глядя на колени Люси. Он что, боялся посмотреть ей в глаза? – Никак не могу запомнить, которыми, но это и не важно: за дела отвечает специальный человек, а вот прибыль шахты приносят неплохую. У меня три кареты, правда, одна из них еще дедова, так что она, пожалуй, старовата. Я могу заказать новую, если пожелаете иметь…
Люси, обхватив дрожащими руками подбородок Саймона, заставила его поднять голову и теперь видела бледно-серые глаза, в которых отражалось такое волнение, такое одиночество. Люси прижала большой палец к его губам, чтобы прекратить поток слов, и попыталась улыбнуться сквозь слезы, уже струящиеся по щекам.
– Шш! Да. Да, я выйду за вас замуж.
Она чувствовала под пальцами тепло его кожи и неистовое биение пульса, которое, словно эхо, вторило дикому стуку ее сердца. Такая радость, неведомая ей доселе, переполняла Люси, что она вдруг горячо взмолилась: «Прошу тебя, Господи, пусть этот миг не кончается! Пусть навсегда останется в моей памяти!»
Саймон внимательно посмотрел ей в глаза, но в его взгляде не было ни ликования, ни счастья – лишь ожидание.
– Вы уверены? – При этих словах его губы мягко коснулись ее пальца.
Люси кивнула:
– Да.
Лорд Иддесли закрыл глаза с таким видом, будто почувствовал непередаваемое облегчение:
– Слава богу!
Люси наклонилась к нему и нежно поцеловала в щеку. Она уже собралась отстраниться, как он повернул голову, и рты их соединились.
Саймон поцеловал ее.
Легко касаясь губ, он дразнил, искушал Люси, пока та наконец ему не открылась. Застонав, Саймон лизнул ее нижнюю губу изнутри. Люси в ответ потянулась язычком к языку Саймона и стала его ласкать. Она не была уверена, что делает это правильно. Никогда еще не целовали ее так, что стук сердца громко отдавался в ушах и невозможно было унять дрожь в руках и ногах. Саймон заключил ее лицо в ладони и, слегка наклонив свою голову, сильнее прижался к Люси. Ничего похожего с благопристойным поцелуем Юстаса. Поцелуй Саймона был порочнее – голодный, почти пугающий. Еще немного – и она потеряет сознание. Или распадется на мириады кусочков, какие уже никогда не собрать воедино. Саймон принялся покусывать ее нижнюю губу. Против ожидания, это оказалось совсем не больно и даже ничуть не неприятно, наоборот, Люси испытала удовольствие, которое глубоко ее поразило. Она застонала и подалась вперед.
Ба-бах!
Люси резко отпрянула. С застывшим лицом Саймон посмотрел ей через плечо, на лбу его выступили капельки пота.
– Бог ты мой! – воскликнула миссис Броуди. У ее ног лежал поднос с фарфоровыми черепками и развалившимся пирогом в чайной луже. – Что скажет капитан?
 «Хороший вопрос!» – подумала Люси.
Глава 9
– Не хотела бы показаться вам излишне любопытной, мисс Крэддок-Хейз, – почти три недели спустя говорила Розалинда Иддесли, – но я все гадаю, как вы встретились с моим деверем?
Люсинда сморщила нос:
– Прошу, зовите меня Люси.
Миссис Иддесли застенчиво улыбнулась.
– Как мило с вашей стороны. А вы, конечно же, зовите меня Розалинда.
Люси улыбнулась в ответ и попыталась представить, не будет ли возражать Саймон, если она расскажет этой хрупкой женщине, что нашла его в канаве, голым и еле живым. Собеседницы ехали в элегантном экипаже Розалинды; оказалось, что у Саймона в самом деле есть племянница. Теодора тоже сидела в этой самой карете, громыхавшей по улицам Лондона.
Выглядела невестка Саймона, вдова его старшего брата Итана, так, словно рождена смотреть из окна каменной башни в ожидании храброго рыцаря, который ее спасет. У Розалинды были блестящие прямые белокурые волосы, собранные в простой узел на макушке, и узкое, цвета белого алебастра лицо с большими светло-голубыми глазами. Она казалась совсем юной: поверить, что у нее есть восьмилетняя дочь, было бы невозможно, не сиди с ней рядом живое тому доказательство.