Наши уже не придут (СИ)
Глава седьмая
Оскал
— «Закат над Сан-Франциско» — готов, — отрапортовал Аркадий.
— Возьмите, господин, — передала Марфа заказ.
— Мне банку «Кока-колы», — подошёл ещё один покупатель.
Немиров решил сделать уникальное предложение — продавать газировку в литровых банках. По логике она должна стоить шесть рублей, но Аркадий хитрый, поэтому снизил стоимость банки до пяти рублей и пятидесяти копеек.
Марфа вытащила из ледника банку «Кока-колы», после чего был произведён классический товарно-денежный обмен.
Аркадий, по причине возросшего опыта, оптимизировал рецептуру большей части продуктов.
Основной ингредиент «Оздоровительного» теперь заготавливается ночью, наёмным рабочим, бывшим крестьянином Пахомом Александровичем Семёновым, зарабатывающим за смену рубль. Аркадий уходит из «лаборатории» вечером, а после него приходит Пахом, который на прессе выдавливает огуречный сок и помещает банки с ним в расширенные специально для этого ледники.
Благодаря этому, время производства самого популярного коктейля сократилось до десятка секунд.
С молочными коктейлями такого сделать нельзя, поэтому Аркадий мог рассчитывать только на свою моторику, позволяющую быстро замешивать ингредиенты.
Зато «Кока-Колу» он начал заготавливать в очень больших масштабах, потому что задумал ещё одну хитрую акцию — временное снижение стоимости одного стакана до восьмидесяти копеек.
Для такого были нужны большие запасы продукции, поэтому он заготавливает солидные запасы сахарного сиропа, кофеина и лимонной кислоты.
Он собирался сделать акцию в воскресенье, аккурат к окончанию утрени в Успенском кафедральном соборе, что рядом с площадью. Масса благочестивого народа повалит через двустворчатые двери собора, выйдет с территории кремля, а тут у неё перед глазами «Коктейли Марфы».
День проходил бойко — солнце припекало, поэтому лимонадные будки брали банк, а Аркадий, если продолжать метафору, брал федеральную резервную систему США…
Тут, в Белом городе, легко может показаться, что в Астрахани везде так. Но стоит покинуть остров и пройти меньше километра в любом направлении и сразу станет ясно, что это настоящий город контрастов.
Трущобы, от того, что Немиров туда больше не заглядывает, никуда не делись. Ночлежки, мрачные кабаки, измотанные работяги, потрёпанные проститутки, бродяги, беспризорники — всё это окружает благочинный Белый город со всех направлений. Но никто не обращает на это внимания. Тут так заведено.
— Это я, — постучал в дверь будки Пахом.
Аркадий открыл ему и начал принимать банки с огуречным соком — наёмник начал привозить к обеду утренние заготовки.
— Молоко нашёл, — сообщил Пахом, передавая новые банки.
— Свежее? — уточнил Аркадий.
— Только из коровы, небось, — пожал плечами наёмник. — На Татарский ходил — видел, как привозили.
— Держи оплату за вчерашний день, — передал ему Аркадий серебряный рубль.
Это очень много за такую нехитрую работу, но Семёнов ему нужен не навсегда, поэтому он не посчитал нужным жадничать. Как только будет заработана нужная сумма…
— Благодарствую, — кивнул Пахом. — Сейчас ещё воды принесу колодезной.
У Пахома семья, жена и четверо детей, поэтому он очень нуждается в деньгах. Днём он работает в порту, загружает и разгружает каспийские грузы, но сегодня он не выходил на смену, так как есть более высокий заработок. Рубль в день за не самую обременительную работу — о таком даже мечтать нельзя.
Было невооружённым взглядом видно, что Пахом бы с радостью сменил род деятельности, но он боится спросить.
Немиров поместил ингредиенты в ледник и продолжил выполнять заказы.
Коктейльная будка сейчас на слуху — особенно после того, как её посетил сам градоправитель. Если губернатор зайдёт — это будет лучше самой дорогой рекламы. Но Соколовский что-то не торопится отведать «Американской мечты»…
Раньше Аркадий думал, что популярность «Кока-Колы» и иностранных напитков была связана с повсеместной рекламой, но только тут он понял, что дело в чём-то другом.
Эта любовь ко всему иностранному тут уже была. Причём издавна. Как царь Пётр I завёл, с тех пор и любят. Некоторые клиенты даже спрашивают, пьют ли это во французских салонах и в английских клубах — ответ у Аркадия всегда был один. Да, пьют.
По «Кока-коле» у него даже есть непроверяемая легенда о том, что колу подают в Белом доме, по специальному указанию Уильяма Тафта, президента США. Кто проверит?
К вечеру активность начала падать.
— Добрые люди, доброго вам вечера, — заглянул в окошко какой-то прилично одетый мужик.
— Доброго вечера, — кивнул ему Аркадий, полоскающий стаканы в мойке.
Это настоящий геморрой, самое уязвимое место его бизнеса.
Бумажные стаканчики ещё не изобрели, о пластике можно даже не заикаться, поэтому на вооружении у него стеклянные стаканы, которые надо мыть.
Он закупил двести стаканов, чего достаточно, но приходится делать технический перерыв на пятнадцать-двадцать минут, чтобы намыть нужное количество использованных стаканов.
Для покупателей введено правило, что надо возвращать стаканы в будку, поэтому не пришлось нанимать бегунка, который бы собирал использованные стаканы, хотя Аркадий уже задумывался о найме посудомойщика…
— Заказы уже не принимаем, — сообщил он визитёру. — Закрываемся.
Остатки напитков уже выдули Пахом и Марфа, которые всегда за обеспечение высокого уровня санитарии на рабочем месте…
— Так я не поэтому, — махнул рукой посетитель. — Я тут по другому делу.
Немиров напрягся. У кремля их «брать» не будут, слишком опасно, значит, это не грабители.
— Что за дело? — спросил он, ненавязчиво опуская руку к револьверу.
— С хозяйкой буду это обсуждать, — покачал головой визитёр.
— С кем я разговариваю? — спросил Аркадий.
— Климентом Васильевичем меня зови, — улыбнулся тот. — Где хозяйка?
— Со мной можешь говорить, — сказал ему Немиров. — Она сегодня не придёт. Чего хотел-то?
Визитёр смутился. С малолетними дела тут обсуждать не принято.
Все подумали, что это Марфа ключевая фигурантка и организатор, а Аркадий и Пахом тут просто «в составе группы лиц, по предварительному сговору». Ну не просто же так её имя в названии?
— Ладно, — произнёс Климент. — Передай уважаемой Марфе, что мы, зачинатели астраханского лимонадного дела, посовещались и решили, что хотим выкупить её дело. Предлагаем пятьсот рублей за всё. С ответом подходите к будке Васильева. Если ответа не будет завтра к вечеру…
Климент не завершил фразу, улыбнулся и ушёл.
Но Аркадию понятно, что будет, если не будет ответа.
«Четыре дня бизнесу, а уже начали щемить», — подумал он, домывая стаканы.
* * *— Нельзя продавать! — решительно заявила Марфа.
Она хотела стукнуть кулаком по столу, но быстро опустила руку — воспитание не то.
— Вот это запал! Ха-ха! — рассмеялся Аркадий. — Но имей в виду, что обязательно будут последствия.
— Но деньги же… — возмутилась не так давно обычная крестьянка.
Они делят деньги 70 на 30, поэтому Марфа кровно заинтересована в успехе бизнеса. Она даже начала подменять Аркадия в изготовлении коктейлей и газировки. Если знать, что делать, то рецептура несложная.
— Деньги — это да, — согласился Аркадий. — Но запомни на всю жизнь — никто не позволит тебе просто так зарабатывать деньги. А мы их зарабатываем не просто так — мы залезли в чужое дело.
— Куда мы залезли? — нахмурилась Марфа. — Мы же просто поставили будку.
— А рядом что? — усмехнулся Немиров. — Правильно. Другие будки. То, что заработали мы, это то, что не заработали они. Люди идут на площадь с целью попить чего-нибудь вкусного, наверное, лимонада, а тут мы с коктейлями заморскими. У людей в кармане деньги не бесконечные, поэтому они будут выбирать. Лучше, наверное, купить коктейль шоколадный, он-то всяко лучше лимонада. Вот и не покупают лимонад — а это обидно.