Наши уже не придут (СИ)

Очень быстро «Оздоровительный» закончился, поэтому Марфа высунула руку из окошка и стёрла его с доски.
К обеду она устала стоять, а Аркадий устал вкалывать, как проклятый, но жажда наживы держала их на местах надёжнее стальных цепей.
В обеденное время люди из административных зданий выходили прогуляться и выпить лимонада, но тут на их пути вставали «Коктейли Марфы»…
— «Закат над Сан-Франциско» — всё! — сообщил Аркадий Марфе.
Марфа быстро стёрла строку, после чего начала принимать новый заказ.
— «Поцелуй на пляже Санта-Моники»! — сообщила Марфа.
— Принято, — ответил Аркадий.
— «Кока-кола»!
— Сделаю.
— «Американская мечта»!
— Есть.
— «Чикагский полдень»!
— Сейчас сделаю.
К вечеру, когда солнце уже почти зашло, количество посетителей сократилось. Стало прохладно, ведь конец мая, поэтому желающих освежиться больше не было.
— Думаю, пора закрывать будку, — резюмировал Аркадий. — Мы сегодня отлично поработали!
— Я спать хочу… — пожаловалась Марфа.
Почти десять часов работы с десятиминутным перерывом на перекус — любой устанет.
— Подождите! — подлетел к окошку какой-то мужчина в средней паршивости костюме. — Мне «кока-колу»!
— Рубль двадцать, господин, — сказала Марфа.
Мужчина передал ей нужную сумму, а Аркадий налил остатки колы в стакан.
Получив заказ, мужчина сел на раскладной стул и начал дегустировать напиток.
— Да это даже лучше, чем кока-кола! — воскликнул он. — Где вы взяли этот рецепт?
Он подошёл к окошку.
— Я был в Нью-Йорке в прошлом году, — сообщил этот мужчина. — Да по сравнению с этим, у них там наливают в бутылки бурду! Что за рецепт у вас?
— Коммерческий секрет, — ответила Марфа.
Немиров полагал, что кто-то захочет выведать рецепт, чтобы воспроизвести его и начать торговать самостоятельно, поэтому у Марфы теперь есть заготовленный ответ.
— Хм… — мужчина погладил подбородок. — Тогда дай мне ещё один стакан кока-колы.
Через пятнадцать минут Аркадий решил, что теперь точно хватит, поэтому Марфа закрыла окошко на засов, а затем они забрали кассу, заперли будку и пошли домой.
Револьвер был наготове, куш у них очень большой, даже по предварительным оценкам, поэтому Немиров был готов ради него убивать.
Он расслабился только после того, как они заперли за собой дверь комнаты и сели за обеденный стол.
Аркадий зажёг керосиновую лампу, настроил её яркость, после чего открыл кассу.
— Да уж… — изрёк он. — Надо будет копейки разменять на серебро, а то возиться с ними будет больно хлопотно.
За подсчёт прибыли он взялся лично.
— Твою мать… — изрёк он через двадцать минут.
— Что? — обеспокоилась Марфа.
— Триста тринадцать рублей и тридцать три копейки, — ответил он тихо.
— Сколько⁈ — удивилась она.
— Триста тринадцать рублей и тридцать три копейки, — повторил Аркадий. — Мы сорвали банк.
— Что мы сорвали? — не поняла Марфа.
— Мы наварились так, что перекрыли вообще все наши расходы, — пояснил Аркадий. — Надо готовиться к завтрашнему дню…
На следующий день они открылись не к девяти, как в прошлый раз, а к десяти.
Аркадий проснулся в шесть утра и сразу же начал заготавливать ингредиенты в своей «лаборатории». Четыре часа работы — они были готовы к плодотворной торговле.
На этот раз народ повалил гораздо активнее.
Как он и ожидал, основной спрос был на «Оздоровляющий», «Закат над Сан-Франциско» и «Американскую мечту». «Кока-колу» покупали не очень активно, ведь дорого же, но покупали.
Утром коктейльную будку посещали всякие клерки, а вот к обеду начали подтягиваться уважаемые горожане, среди которых был даже первый заместитель градоначальника, который посчитал нужным сообщить, кем он является. Аркадий намёка не понял, поэтому никаких скидок этот бюрократ не получил.
Вельможа, несмотря на это, последовательно заказал по одному экземпляру каждого коктейля и вдумчиво их продегустировал.
А шквал посетителей только нарастал.
Немиров работал, не жалея себя, поэтому скорость обслуживания была для этого времени беспрецедентной. Минута-полторы на коктейль — без перерывов и задержек.
 
А вот ближе к вечеру пришёл сам градоначальник, Николай Павлович Екатерининский. Вот тут Аркадий понял намёк и обслужил его бесплатно.
Градоначальник заказал «Кока-колу» и «Закат над Сан-Франциско».
После него заказывали подчинённые, коих пришло аж восемь человек. Несколько сидевших за столиком посетителей быстро освободили место столь уважаемому человеку и пили коктейли стоя.
Вечер выдался тёплым, запасы ещё оставались, поэтому они продлили рабочий день до восьми часов, после чего закрыли будку и вернулись домой.
Сил не было ни на что, но Аркадий заставил себя пойти и закупиться сахарным сиропом, огурцами и прочими ингредиентами.
Как только он вернулся с закупок, Марфа, сидящая за обеденным столом, демонстративно подвинула к нему кассу.
Подсчёт показал, что они заработали за сегодня четыреста десять рублей и шестнадцать копеек.
Он почти сотню отдал за ингредиенты, поэтому чистый прибыток был где-то в районе трёхсот рублей.
Для этих времён это очень серьёзные деньги.
В принципе, в 2053 году это тоже было бы неплохо. У него месячный оклад был восемьсот шестнадцать рублей.
А ведь он помнил времена, когда платили в десятках тысяч. Но потом правительство произвело деноминацию, (2) после чего деньги стало считать легче.
— Всё, спать пора, — произнёс Аркадий, поместивший кассу в сейф, купленный вчера вечером.
Сто десять рублей, потраченные для сохранения тысяч — это не бессмысленная трата.
«Нет, если нас вскроют с нанесением тяжких телесных, то сейф не поможет, но от домушников — вполне», — подумал Аркадий, закрывая глаза.
Примечания:
1 — О целебных свойствах ванн с газировкой — нет там никаких целебных свойств, это бред и маркетинг. Медицина XXI века н.э. не находит достаточных доказательств наличия какого-то воспроизводимого терапевтического эффекта подобных ванн, поэтому в нормальной медицине это не применяется уже давно, возможно, с начала XX века н.э. В основном оздоровительный эффект таких ванн объясняется расслабляющим эффектом тёплой воды, а также эффектом плацебо. Ну и важно понимать, что такое извращение может дать неприятные побочки — если есть кожные заболевания, то раздражение углекислым газом может их обострить, а ещё эффект таких ванн нестабилен и при некоторых условиях может вызвать повышение артериального давления. Ну и добивочка — можно надышаться углекислым газом, в результате чего заблевать свою газировку в ванной вследствие головокружения. Но современная медицина в 1911 году этого не знает и даже не задумывается.
2 — Деноминация — уменьшение нарицательной стоимости дензнаков. Это значит, что ничего реально не меняется, а просто срезаются нули, чтобы было удобнее считать. Последняя известная у нас деноминация была в 1998 году, после того как Ельцин подписал 4 августа 1997 года Указ № 822 «Об изменении нарицательной стоимости российских денежных знаков и масштаба цен». В «святые» девяностые, например в 1997 году, ВАЗ 21093 стоил 44 000 000 рублей, а килограмм говядины примерно 16 000 рублей, а в 1998 году, после деноминации, ВАЗ 21093 стал стоить 73000 рублей, а кило говядины стоил 30 рублей. Тут важно понимать, что покупательная способность рубля жёстко привязана к доллару, поэтому всё зависело от курса. Реально эта деноминация дала только упрощение подсчётов, чтобы населению не приходилось оперировать в продмаге десятками тысяч и при купле-продаже автомобиля миллионами, как в каком-нибудь Зимбабве. Со средними ценами можно ознакомиться в гугле, если забить в поисковик что-то вроде «Средние потребительские цены по Российской Федерации в 1992 — 2007гг». А ещё можно посмотреть на динамику официального курса доллара за тот же период, ну, типа, просто так, для общего развития.