Следуй по пути из лепестков персика (СИ)

— Понимаю, — ответила Чун Хуа. — Меня он тоже иногда немного пугает.
— Но он наследный принц, и чтобы не иметь никаких неприятностей в будущем, мне необходимо получить хоть какое-нибудь его прощение. Хоть худое, он потом отойдёт, когда пройдёт время, зная, что я принесла свои искренние извинения. Он придёт в свой кабинет, а тут раз, и приятный сюрприз, его душа оттает, — опять размышляла вслух Наташа, придумывая подходящий план, не желая сдаваться. — Время уже на исходе. Может, я отвлеку стражника, а ты зайдёшь и положишь выпечку на стол в его кабинете?
— Хорошая идея, — захихикала личная помощница и добавила, — только лучше это сделаю я, а ты пойдёшь и положишь.
Только сейчас Наташа поняла, что её служанка общается как-то странно, непохоже на себя, к тому же она ниже Мин Мэй и не могла бы просунуть голову над ней, да и голос, хоть и похож был на голос Чун Хуа, но был более уверенным. Гу Мин Мэй резко отклонилась и выпрямилась, посмотрела на девушку, что зависала над её головой:
— Ээ, здравствуй, а ты кто? — испугано и настороженно спросила Наташа у незнакомки, одетой в белые вышитые одежды, ведь никто не должен был знать, что она тут делает. После девушка быстро перевела расстроенный взгляд на личную служанку. Та стояла, и аскетично сложив на животе руки, легонько склонив голову, молчала, лишь сейчас подняла глаза, полные виноватого сожаления:
— Молодая барышня, простите.
Незнакомка, подняв брови, удивлённо и весело рассмеялась:
— Мин Мэй, ты смеешь меня не узнавать⁈
— Судя по тому, как молчала Чун Хуа, значит, ей запретил такой человек, которому она не могла перечить. Во-вторых, ты мне сказала, что я смею тебя не узнавать. Значит, скорее всего, ты кто-то из императорской семьи, — поразмыслив пару секунд, ответила Наталья.
Незнакомка, схватив Гу Мин Мэй за руку, оттащила её от угла дома, после разразившись весёлым громким смехом:
— Вот это да! Я же третья принцесса Цзинь Хуа! Значит, и правду говорят, что ты потеряла память, и стала теперь очень странной! Я считала, что ты наверняка что-то задумала и притворяешься, но сейчас вижу, ты совсем другая.
Наташа вопросительно посмотрела на свою юную служанку, та утвердительно кивнула. После этого Наталья перевела взгляд на принцессу и посмотрела на неё искоса, недоверчиво-пугливо и скептически-настороженно. Мысленно Ната хотела досадливо выругаться: ведь получалось, что она сестра наследного принца, а посвящать такого человека в замыслы насчёт её брата было совсем последним делом.
«Теперь она всё ему доложит… В принципе, он всё равно бы понял, что это я. Для того и делаю, чтобы он меня простил,… но всё равно, какая-то неловкая ситуация выходит, вдруг она подумает, что я добиваюсь его внимания?»
— Совсем другая? В чём же? — спросила Мин Мэй. Этот вопрос был очень интересным и важным для Наташи. Хотелось узнать, насколько сильно она отличается от предыдущей хозяйки этого тела.
Принцесса продолжала весело улыбаться:
— Да всем, походка, осанка, манера себя держать, движения, речь, жестикуляция, выражение лица и даже взгляд.
«Понятно», — подумала Наташа, — «ничего нового и интересного, но спросить всё равно стоило».
А Цзинь Хуа продолжила:
— К тому же, раньше ты ничего не умела, тем более, готовить. Всё время вела себя холодно, высокомерно, чопорно и брезгливо. Была враждебно настроена почти ко всем, и производила впечатление не очень умной. Вела себя, словно неживая. В разных уголках столицы даже шептались и шутили, есть ли у тебя сердце и не вселился ли в тебя злой демонический дух. Многие в столице тебя побаивались, но уважали из-за статуса отца.
— Барышня не была злой, — пролепетала подошедшая Чун Хуа, сев на колени, она низко склонила голову. — Простите, ваше высочество, но я должна сказать. Чун Хуа ни в коем случае не посмела бы вас обвинять или укорять в чём-то, просто хочу донести одну тайну, о которой никто не знал. Когда молодая барышня Гу вернулась из столицы, куда её отправили на несколько лет из-за болезни молодого господина Гу, дворянство и высший свет приняли её после этого с некоторым презрением. Дочери из благородных и богатых семей сделали её объектом своих насмешек. Чтобы доказать всем, что Гу Мин Мэй гораздо высокороднее, благороднее, чем они все, что она имеет гораздо лучшее воспитание и образование, которого им не получить, госпожа стала изучать, оттачивать и репетировать свои поведение, навыки и речь. Некоторые девушки, имеющие так же большой статус, продолжали периодически насмехаться над барышней Гу Мэй. Молодая госпожа из-за этого очень сильно расстраивалась, злилась, пока не ожесточилась. Она продолжала совершенствовать себя до полного идеала, ей всё время стало казаться, что она очень плохо старается и мало похожа на влиятельную молодую барышню. Поэтому она стала такой, как неживой. Мне кажется, сейчас небеса сжалились на ней и отобрали у неё разум, чтобы она снова смогла стать собой.
 
Две высокородные девушки удивлённо слушали, что говорила юная служанка.
— Ужас, — озадаченно и сочувствующе проговорила принцесса. — У нас потом будет ещё возможность поговорить об этом, но сейчас время уходит. Необходимо уже направляться в зал предков.
— Цигель-цигель, ай лю-лю, — вздохнув, произнесла Наташа.
Принцесса удивлённо посмотрела на девушку.
— Ваше высочество, не обращайте внимания, — замялась молодая барышня Гу. — Я сама не представляю, откуда вообще беру эти слова, слышала их в прошлом или сама придумала.
* * *
Задорная молодая избалованная принцесса, чей буйный и весёлый нрав знали все вокруг, пробегала недалеко от входа в библиотеку наследного принца. Неожиданно, прямо на глазах стражника, она споткнулась и упала, со стороны это выглядело очень трагично и эпично.
«Вот это каскадёрша», — восхитилась Наташа её навыками из-за угла уже самого здания библиотеки, ожидая, когда можно будет побежать внутрь.
Принцесса Цзинь Хуа запричитала и позвала стражника:
— И что ты там стоишь⁈ Не видишь, что я ушиблась⁈ Хочешь сказать, что не узнаёшь меня, третью принцессу⁈
— Ваше высочество! — взволнованно проговорил страж и кинулся к молодой девушке из императорской семьи. — Вы сильно ушиблись⁈ Мне позвать на помощь⁈
Наташа ринулась ко входу в библиотеку, пригибаясь почти до самой земли и успевая оглядывать окружающее пространство, чтобы не попасться на глаза лишним свидетелям.
Оставив всё приготовленное в подарок там, где необходимо, и так, как нужно, Наташа выбралась через окно в проулке, предварительно посмотрев, чтобы не было свидетелей её задорных действий. Там Мин Мэй уже ждала Чун Хуа, что помогла ей. Когда молодая барышня с личной служанкой снова обошли здание и увидели по прежнему изображающую травму третью принцессу, то бросились к ней.
— Третья принцесса Цзинь Хуа, что с вами? — взволнованно проговорила Мин Мэй.
Они с Чун Хуа помогли принцессе встать и пообещали довести её в целости и сохранности до зала церемонии.
* * *
— Почему теперь там стоит страж? Это из-за моей прошлой выходки или из-за праздника? — поинтересовалась Гу Мэй.
— Из-за праздника, — улыбнулась принцесса. — Чтобы нигде не устроили никакую провокацию, усилили стражу во дворце.
Наталья осмотрелась вокруг: действительно, кругом было сейчас больше страже, чем раньше.
— Было безумно весело! — радостно проговорила принцесса Цзинь Хуа, когда трое девушек продолжали торопливо идти в зал предков дворца. — Гу Мэй, теперь с тобой общаться гораздо интереснее, — посмотрев на обеспокоенное лицо барышни Гу, третья принцесса добавила, — Не бойся, я никому не расскажу. Давно я так не веселилась, а то тут была скукотища смертная. Не веди себя так и не эдак, веди себя вот так, учи вот это и занимайся, занимайся и ещё раз занимайся, не ходи туда, ходи сюда, — ироничным голосом принцесса перефразировала слова то ли какой-то важной матроны, то ли своей матери.
Наташа улыбнулась: