Продавец ’кондитерки’ (СИ)

Вырвавшись с гор мы ещё окончательно не вырвались на оперативный простор. Между нами и британскими силами в Испании лежало ещё две большие реки. Мосты были но все мосты находились под плотной охраной французов. И пройти там было невозможно. И кошка, к сожалению, нам помочь не могла, поэтому пришлось реки форсировать вплавь.
Кликнули добровольцев и пошли искать место, где можно было бы переправиться. Пока идет марш к этому месту расскажу кем я заменил погибших сержантов. Теперь когда выбор сержантов был за мной то я выбрал две противоположности двух друзей земляков и они были из соседнего графства. Оба были полной противоположностью друг друга, но весьма успешно дополняли друг друга — один до вербовки в британскую армию был хозяином мясной лавки и был силен как бык, второй был хозяином лавки, но кондитерской /этого человека я выбрал скорее из за воспоминаний о прошлой моей жизни, до некоторой степени и я работал в аналоге кондитерской лавки я ведь тоже торговал кондитерскими изделиями/ вот и выбрал этого человека. Этот второй был гораздо хитрее мясника и пользовался этим натравить своего дружка на любого недруга тому не составляло никакого труда. Этот тандем с радостью принял нашивки и у меня более не было проблем с личным составом. Более никто даже не мечтал мутить воду — малейшее подозрение и у смутьяна начинались большие проблемы и у него пропадало желание мутить воду в роте.
Третий же мой назначенец стал капралом и писарем роты — на него я взвалил составление всех ротных документов и заполнение служебного журнала.
Переправа через реку происходила так. Добровольцы переправлялись вплавь через реку и вытягивали на ту сторону веревки и уже держась за веревки переправлялись остальные. Так сидя у меня на голове, переправилась и моя Муська. Затем отход в холмы и разведение костров и приведение в порядок остатков нашего обмундирования.
Чем ближе мы были к цели — соединению с основными силами британской армии на полуострове, тем все больше передо мной вставала задача — как объяснить наш переход к Талавере и наше нежелание прорываться сразу к дивизии к Ла — Корунне. Надо было срочно что такое сделать что бы этот вопрос был снят. Нужен был подвиг и не просто подвиг, что-то такое, о чем бы командующий армией под Талаверой мог сообщить в Лондон как о положительном событии. Это полностью бы закрыло вопрос, где же мы болтались почти три месяца.
Из подходящего было только захват артиллерийской батареи или как сейчас называется такое подразделение во французской армии — артиллерийской роты. Батарея сейчас не подразделение а позиция на которой стоят пушки вне зависимости сколько пушек стоит на этой позиции.
Что такое артиллерийская рота. Это подразделение из 4-8 пушек или 2-4 гаубиц. Вне зависимости от калибра. Примерно сто человек личного состава. Только артиллерийская рота не передвигается сама по себе перевозит пушки — обозная рота. Так в паре эти подразделения и путешествуют по войнам. Обозная рота довозит пушки до позиции разгружает пушки, и артиллеристы готовят пушки к бою и разгружают боеприпасы из телег обозной роты. Затем обозная рота стоит и ждет, когда артиллерийскую роту надо будет перевезти в другое место. Чем ещё артиллерия привлекательна для нас — за захваченные пушки и обоз будут призовые деньги. Самое же главное пушки — это слабость Бонапарта. Он начинал службу в артиллерии и весьма трепетно относиться к пушкам до сих пор. по его мнению пушки делают победу. Поэтому захват пушек причем захват любого количества пушек войдет в победное донесение в Лондон и никого не будет интересовать как это рота захватившая пушки вообще туда попала и где она должна быть на самом деле.
Итак передо мной и соответственно ротой стояла задача найти отставшую артиллерийскую роту или стоящую без охраны. захватить эту артиллерийскую и соответственно обозную роту и вывести через позиции французов к позициям британской армии. Можно было идти и не напрямую через позиции французской армии, а обойти эти позиции. Сплошного фронта не было и такой маневр был вполне реален.
 
Теперь надо было брать языка и искать колонны артиллерийских рот эти колонны практически всегда шли не в колоннах линейной пехоты.
Вышли к дороге и сели в засаду. Группу захвата возглавил сержант Патрик О Хара / этот тот, что был мясником/ другой сержант был тоже Патриком только фамилия у него была О Коннор. Патрик самое распространенное имя в Ирландии. Святой Патрик — это небесный покровитель Ирландии. Вот и самое распространенное имя в Ирландии — это Патрик.
Ждали мы в засаде четыре дня. На четвертый день уже под вечер мы увидели пять фургонов без кавалеристов в охране и без пехотного прикрытия.
Атака произошла спонтанно увидели, и группа захвата по команде мгновенно бросилась вниз с холма. Возницы видимо дремали и проснулись уже от боли в горле именно ножом по горлу их и сняли. Перестарались и убили всех. Фургоны увели в холмы. Уже темнело и погони можно было не опасаться. Проверка трофеев оказала, что это мы удачно сработали. Мы смогли пополнить запас патронов и пороха. Было и продовольствие и была карта с расположением тех самых артиллерийских рот которые так меня интересовали. Эти фургоны перевозили имущество артиллерийского полка, который был приписан к армии Маршала Виктора -Маршала Франции Клод-Виктор-Перрен / довольно известный Маршал Франции из семьи нотариуса/ один из немногих кто выбился в чины из таких кругов.
Всего было понемногу, но мы взяли только коней из упряжек и только то, что можно было увезти во вьюках. Утром после отдыха быстрым маршем пошли к назначенной цели. Среди корреспонденции я обнаружил донесение с указанием не только места расположения пушек, но и численности личного состава. Наша цель имела большой некомплект личного состава из-за болезней. Чем меньше личного состава, тем легче мы возьмем на штыки эти артиллерийскую и обозную роты. Затем нам нужно погрузить пушки на упряжки обозных лошадей и уйти к основным силам британской армии. Шли быстрым маршем надо было до вечера пройти двадцать миль. И несмотря на многомесячную усталость рота подошла к цели в указанное время — в сумерках. Развернулись и с ходу напали на стоянку вражеских рот и опять нам повезло никто из личного состава не ушел. Большая часть погибла не успев даже понять, кто их атакует. Первыми погибли командиры и унтер-офицеры они как раз и попали на острие нашей атаки — они проводили вечернее совещание. Утром планировался переход на другое место — почему мы так и спешили. когда погиб командный состав остальные стали поднимать руки и сдаваться в плен. У роты не было такой мотивации к жестокости как у испанцев, и мы взяли пленных. Пленные нам и погрузили пушки, и загрузили обоз расставив караул у каждой упряжки мы направились на соединение к британской армии до передовых пикетов было напрямик меньше десяти миль. Если же объезжать все сорок миль — мы поехали по кривой. Любая кривая короче чем прямая через позиции. Это правило было прекрасно нам известно. Рота воевала уже вторую компанию.
И очень хорошо, что поехали вокруг позиций — погоня была, но не поверила следам, что вели по длинной дуге вокруг позиций и рванули за нами в погоню по дороге с кратчайшим расстоянием к британской армии. Доехали они / погоня/ до пикетов и атаковали пикеты была перестрелка, но нас там не было.
Мы не спеша, чтобы не загнать лошадей шли неспешным маршем по кривой дуге к своим. И через ночь и день и ещё одну ночь с тремя привалами вышли к лагеря британской армии. Наш выход вызвал переполох и знатную тревогу в обоих лагерях — испанском и британском. Испанский лагерь сразу начал готовиться отступать и долго не верили испанцы, что не французы хитро так маневрируют, а вышли британские союзники с трофеями. К нам подъехал кавалерийский эскадрон — эскадрон охранял командующего британскими войсками генералом Артуром Уэсли. При приближении кавалькады с генералом я вышел вперед и отрапортовал о том переходе мы совершили и о наших трофеях — захваченных пушках и обозе с боеприпасами.