Хаиса императора драконов (СИ)

— Планы остались прежними: осенью пойду в академию, пусть у меня белый знак пустышки, но маг воздуха я неплохой. Жаль только, с позорной меткой хорошего жениха теперь не найти.
— Почему?
— Метка держится год, все перспективные маги будут в курсе, что я не смогу родить им ребенка с сильным даром.
— А это точно? Разве у сильных магов не всегда талантливые дети? Метки никогда не ошибались, у девушки-пустышки не рождались дракониды? И, наоборот, у девушки с меткой не появлялись дети со слабым даром?
Богиня глумливо хохотнула.
Значит, метка — не гарантия.
— Не знаю, — вздохнула Ингалия. — Никогда не интересовалась этим вопросом, я-то ждала хотя бы серебряную метку.
Наверное, нет человека, который в душе не лелеял бы мысли о своей исключительности, и когда выпестованный образ рассыпался прахом, наступало губительное разочарование, и самооценка падала куда-то на уровень подвала…
Так, не надо о падениях!
— А я считаю, что тебе повезло с белой меткой, — решительно произнесла я и повторила то, что уже говорила своим подчиненным: — Ты будешь уверена точно, что мужчина любит тебя вопреки всему, а не потому что на руке особая метка, гарантирующая щедро одаренное потомство.
— Жаль, что мама так не думает. Мой провал для нее — крах упований, конец надежде подняться в высшем обществе.
— Ты ее напугала, акцент сместился и теперь трагедия — это потерять тебя. Перелезай через ограду и иди, поговори с ней. Родные люди всегда найдут общий язык.
— Как же, — хмыкнула богиня, — с моей близняшкой это не работает.
Это Гармония? Или Дис? Я не рассматривала пристально, поэтому не могла понять.
— Ладно, ты права, Эрика, хватит бегать от проблемы, надо поговорить с мамой.
Ингалия осторожно развернулась и перебросила ногу через ограду. Я, старательно не показывая облегчение, последовала ее примеру.
— Не так быстро! — хохотнула богиня.
Порыв ветра ударил в грудь — мои пальцы соскользнули с ограды — и я, вскрикнув, полетела вниз.
Песец…
Две жизни — на Земле и здесь, на Дисгаре, — промелькнули перед глазами.
Мягкий удар о похожую на густой кисель преграду, а затем я ощутила, как меня крепко обхватили сильные руки.
Распахнула глаза — и утонула в полном тревоги взгляде князя Эшвана.
Драконид поймал меня заклинанием, не дав разбиться.
— Эрика, — выдохнул он прерывисто.
А ведь ему страшно. Нет… Не так. Он в ужасе при мысли, что я могла покалечиться, а то и вовсе погибнуть!
— Вы снова меня спасли, — прошептала я, чуть дыша.
Князь Эшван продолжал удерживать меня на руках и смотрел так, словно я была главной ценностью в его жизни. Сокровищем. Сокровищем дракона…
Глаза мужчины полыхнули золотым огнем.
Он поставил меня на землю, но руки не разжал.
И, странное дело, теперь ощущения стали острее. Ох, какие у него мускулы… Такое чувство, что мужчина отлит из стали. И какой же он притягательно красивый: цвета пепла и серебра волосы, высокий лоб мыслителя, длинный хищный нос, массивный подбородок… И примечательней всего под темными бровями яркие-яркие глаза…
Утопая во взгляде фиолетово-синих бездн, я медовой конфетой таяла в сильных объятиях.
Переведя потемневший взгляд на мои губы, мужчина наклонился.
Я теперь знаю, что испытывает тянущийся к солнцу цветок после пасмурных дней… Притяжение. Безумное, неумолимое притяжение.
Боже, если он меня не поцелует, я умру…
Время остановилось.
Мужская рука медленно, лаская, прошлась по моему плечу, нежа, скользнула по шее, и замерла на затылке. Застыла, словно именно там ее законное место.
Красивые, чеканного рисунка губы все ближе.
Теплое дыхание щекотно коснулось моей кожи.
До соприкосновения чуть-чуть…
Последние миллиметры нетерпеливо преодолела я.
Столкновение. Перед моими закрытыми глазами цветовая вспышка. Сверхновая эмоций.
Его обычно сурово стиснутые губы, оказывается, мягкие и одновременно настойчиво-напористые. Под чужим натиском не осталось места инициативе — и я утонула в ощущениях.
Это больше, чем поцелуй. Нужда. Алчная нежность, от которой кругом голова и слабеют ноги. Страсть, стирающая запреты, влекущая в чужой вихрь эмоций.
 
Поцелуй, утоляющий душевный голод…
— Эрика! — Девичий крик ударил по ушам. — Боги, где она?
По голосу я опознала Ингалию.
Мы замерли.
Обнимающие меня руки напряглись. Руки… регента, фактического правителя драконьей империи.
Реальность нахлынула резко, сокрушительной волной отрезвления.
Я поцеловалась с князем Эшваном…
Что же я натворила?!
Трепыхнулась — обнимающие руки разомкнулись — и я отстранилась.
Князь вопросительно вскинул темную бровь.
Кровь прилила к лицу. Жарко стало даже шее!
Да, я поцеловалась с тем, с кем точно не должна.
Но… вот проблема! Я не жалела, хотя должна.
И князь это понял — улыбка озарила его невероятные фиолетово-синие глаза.
— А она точно упала? — второй голос, кажется, Талики, звенел затаенной радостью. — Где же тогда тело?
Регент нахмурился:
— А ведь эта женщина тебя люто ненавидит. Почему?
Я пожала плечами. Да откуда же мне знать? По чужим мозолям я не топталась, точно.
— Да! Госпожа Эрика сорвалась с крыши!
— И что же ты там делала, моя госпожа? — поинтересовался князь напряженно.
— Да так… решала проблемы гостиницы, — ответила я уклончиво, не собираясь рассказывать об Ингалии.
Я оглянулась на кричащих девиц и поняла, почему они не обращают на нас внимания. Просто не видят — вокруг нас с князем дрожало переливающееся голубым и зеленым пространством.
Покрутила головой. Мы словно в коконе из магии!
Перед поцелуем князь успел набросить на нас щит.
А я ведь думала, что он полностью потерял голову… Или все же потерял, и щит — это вбитое до автоматизма действие?
— Не вертись, Эрика, — произнес князь строго и легонько провел пальцами по моим горящим губам.
Их словно холодом умыло.
О… Он убрал след поцелуя?
— Тогда и щеки, пожалуйста, полыхают, — попросила я.
Князь обхватил мое лицо широкими ладонями, даря коже успокаивающую прохладу.
В фиолетово-синих глазах мелькнуло чисто мужское удовлетворение.
Ах ты драконище! Рад, что довел девушку до такого состояния? Ну, так в эту игру можно и нужно играть вдвоем.
Ох…
Какие глупости лезут в голову!
Никого я дразнить и соблазнять не буду.
Нельзя.
Он — регент. А я иномирянка в чужом теле. Попаданка, разозлившая местных богинь. Их гнев может перейти и на него.
А ему нужны подобные проблемы?
Нет.
Видимо, что-то отобразилось у меня на лице — князь нахмурился, помрачнел.
— Я пришел сделать вам выгодное предложение, госпожа Хайрес. Но теперь о нем поговорим позже, разбирайтесь с проблемой.
Отпустив меня и отойдя на приличное расстояние, он деактивировал щит.
— Эрика! — счастливо, с неподдельным облегчением завопила Ингалия. — Живая!
И бросилась мне на шею.
Под весом девушки я чуть не рухнула.
— Я в порядке, князь Эшван успел подхватить заклинанием.
— Боги милостивые! Я чуть не умерла от ужаса, когда ты сорвалась! — Ингалия едва не плакала.
Из гостиницы высыпались сотрудники. Даже господин Морил и мать девушки успели спуститься, и заговорили все вместе.
Ингалия оставила меня и бросилась к матери.
— Прости меня! Я не хотела тебя напугать, ничего дурного я не замышляла, поверь!
— Девочка моя, — мать Ингалии разрыдалась от облегчения.
От какофонии вопросов и причитаний заболели уши.
— Нудятина, — вдруг громко произнесла богиня. — Не люблю слезоразлив.
Естественно, ее услышала только я, но не подала виду.
Боковым зрением я видела черно-белую сущность, стоящую в трех шагах от регента.
— А добавлю-ка я огонька!
И Дис (уверена, что пакостить могла только она!) взмахнула рукой.
В Ингалию полетело сверкающее серебром, но невидимое для дисгарцев, заклинание.