Назад в СССР: Лесник Книга 2 (СИ)
— Я Громов, егерь из Соболевки. Сосед, можно сказать. С Матвеем Ивановичем… Тьфу, в общем, по делам тут.
— А-а… — недоверчиво протянул старик. — Я Макар Яковлевич. Синицын моя фамилия. Ну чего встал-то, давай сюда свою писульку.
— Не моя это, — хмыкнул я, но лист протянул. — От Степановны, говорю же.
Телеграфист что-то хмыкнул, пошел стучать свое послание. К счастью, заняло это минут десять, не больше.
— Набрал. Так, все. Отправляю…
С полминуты было тихо, потом раздался удивленный возглас.
— Что такое? — лениво поинтересовался я.
— Связи нет. Вот была около получаса назад, а сейчас нет, — растерянно пробормотал Макар Яковлевич, осматривая аппаратуру.
— И часто у вас такое бывает?
— Последний раз года три назад был. Но тогда сосна упала и провода перебила… Но я точно знаю, что сейчас линия проходит там, где деревьев нет.
Я сразу же насторожился. Сложил два плюс два.
Подозрительная мысль закралась мне в голову. Уж не диверсия ли это?
Глава 9
Гостья
С этой мыслью я вновь вернулся в медпункт и рассказал о случившемся Матвею Ивановичу.
Тот терпеливо выслушал, затем нахмурился и почесал бороду.
— Ишь как складно получается-то!
— Ты о чем?
— Ну, сам посуди… Разоблачив Митьку, а затем упустив его, мы сами спровоцировали парня на крайние меры. Очевидно же, что он добрался до браконьеров и все рассказал Снегиреву. Осторожности ради, тот живо сообразил, что всего одной телеграммы хватит для того, чтобы развалить им все планы, что бы они там ни задумали. Вот и решили действовать на опережение, перерезав провода телеграфа. Получается, теперь поселок отрезан от внешнего мира, вокруг леса и болота, до ближайшего города километров семьдесят. Хм… Помнишь, ты спрашивал, откуда у меня медали?
— Ну?
— Вот как раз за это. Я ведь диверсантом был, хотя и не горжусь этим. Наша группа из пяти человек устраивала немцам всякие пакости — то мост подорвем и поезд под откос пустим, то склад с провизией или боеприпасами подожжем. Много чего было.
Честно говоря, было у меня стойкое предположение, что Иваныч не простой солдат советской армии, но тогда я не стал зацикливаться на этом моменте и все как-то само собой забылось.
— Что делать-то теперь?
— Ну, выбор невелик. Идем к председателю! — выдержав паузу, решительно заявил он. — Другого выхода я просто не вижу. Так хотя бы местные жители поймут, что происходит в поселке. Может, будут добровольцы, организуем патрулирование. Возможно, восстановим провода и возобновим связь.
— Здесь же только старики остались, — возразил я. — С кем патрулировать-то?
— Что-нибудь придумаем. Идем! — егерь потянулся к своей куртке, но тут вмешалась Степановна, дежурившая неподалеку.
— Не пущу! — заявила женщина. — Постельный режим!
Матвей Иванович что-то там пытался отнекиваться, но получалось у него плохо. И тогда, выждав паузу, вмешался я:
— Товарищ доктор! В сложившихся условиях, некогда думать о себе. Нужно решать нависшую над Прокофьевкой угрозу.
— Какую еще угрозу? — нахмурилась та, глядя на меня с недоверием.
— Браконьеры неподалеку объявились. И поверьте, ничего хорошего от них ждать не стоит. Склад, что ограбили ночью — дело их рук. И была там не только провизия. По-хорошему, сюда бы милицию вызвать, да только связи нет, провода они перерезали. Наш егерь человек опытный, прекрасно понимает, что шутки шутить со здоровьем в его-то возрасте уже не разбежишься. Но ситуация требует…
Та молча выслушала мою «лекцию», махнула рукой и отправилась к Монголу. Видно было, что ей самой нравилось возиться с пациентами, которые, судя по всему, появлялись они у нее не часто.
А я, одарив старика победоносным взглядом, взял свои вещи и вышел на улицу. Через пару минут показался и сбежавший «пациент».
— Идем к Егоровичу! — не останавливаясь сказал он и сразу направился в сторону здания сельского совета.
Председателя мы нашли на рабочем месте в приемной. Как оказалось, ему уже доложили об отсутствии связи на телеграфе, вот только Егорович явно не понимал причины случившегося.
Постучав в дверь, мы вошли в приемную.
— Коля! — с порога заявил Иваныч. — Мы к тебе по очень важному делу, которое требует твоего непосредственного вмешательства!
— А? Вы о чем? — тот, как стоял с кружкой чая в руках, так и застыл, глядя на нас недоуменным взглядом.
— Значит так, не буду ходить вокруг да около. Сегодняшнее ограбление склада было подставным. Охранник ваш, который Митька, что должен был охранять провиант, оказался подкуплен браконьерами и сам позволил провести ограбление.
— Да ты чего, Иваныч? Какие браконьеры? — искренне удивился председатель. — Их тут сроду никогда не было, чего им здесь делать-то?
— Может и не было, а теперь завелись. Причем где-то непосредственно в окрестностях Прокофьевки. Скажи-ка мне, а фамилия Снегирев тебе о чем-нибудь говорит?
— Ну да. Есть такой, — наморщил лоб Николай Егорович. — Андрей Снегирев, живет на окраине. Только какой же он браконьер? Он промысловик, уже который год здесь проживает.
— А вот и нет, — решительно вмешался я. — Промысловик он так, для галочки. На самом деле Снегирев сын известного браконьера, что собирался устроить массовую травлю волков в Соболевке, в декабре прошлого года. Тогда им не удалось, прижали мы их крепко. В общем, в бега они ушли, и выходит, в ваших краях остановились. Что-то им тут понадобилось. Так вот на складе, что ночью ограбили, был не только провиант, но еще и боеприпасы и принадлежало все это вовсе не топографам, а самому Снегиреву! Телеграмма приходила?
— Ну да.
— Так вот это все обманка. Чтобы с толку сбить и внимания не привлекать. Никаких топографов в этих краях нет и не будет. Все, что доставили вертолеты, принадлежит самому Снегиреву!
Я сам того не желая, разом вывалил на председателя кучу информации, чем основательно выбили его из колеи. По лицу было видно, тот растерялся от услышанной информации. Он и понятия не имел, что творится у него под носом. И хотя, пока еще никаких доказательств у нас не было, нужного эффекта мы достигли!
— Так! — он растерянно поставил кружку с чаем на краешек стола, затем тяжело опустился на расшатанный стул. — И что теперь делать?
Мы с Матвеем Ивановичем переглянулись.
— Для начала нужно понять, где они разместились и сколько их тут, — ответил я. — Попробовать организовать патрулирование поселка, отыскать место, где повреждена линия связи. Вряд ли далеко от границ поселения. Как только удастся восстановить ее, сразу отправляем телеграмму, чтобы прислали людей сюда, еще лучше вертолетом. Чем быстрее, тем лучше. И хорошо бы подстраховаться, отправить кого-нибудь в город. Вроде как гонца. Согласен, метод так себе.
— Как? Машин тут нет, она раз в неделю приходит. Позавчера уехала и следующая только дней через пять будет.
— А лошади есть?
— Нет. Давно уже нет, — покачал головой Егорович.
— Ну а если пешком? — я посмотрел на Иваныча. — Возможно?
— Конечно, возможно. Но семьдесят километров пройдет далеко не каждый.
— А ближе есть поселки? Ну, для того чтобы оттуда телегу отправить? — спросил я.
— Александровка, если только… — Иваныч подошел к карте и принялся водить пальцем. — Но она на северо-западе, там леса и ущелье глубокое, пока его обойдешь… Не каждый справиться, да и заблудиться просто. Нет, отсюда, по прямой только сразу в Кыштым идти.
— Тьфу!
Атмосфера была напряженная. Хоть, пока еще ничего не случилось, все равно было ясно, что над поселком нависла проблема и чего ожидать, одному богу известно. В том, что Снегирев человек опасный и коварный, я знал не понаслышке. Чего только стоило ему организовать доставку груза по воздуху! А уж Матвей Иванович еще лучше меня знал, с кем нам пришлось столкнуться. Конечно, у меня присутствовало некоторое сомнение, что Митька лгал, вот только тут был один нюанс. Он ведь сам завел эту тему, а значит, что-то по этому поводу уже знал. Такое с ходу не придумаешь.