Назад в СССР: Лесник Книга 2 (СИ)
— Николай Егорович, где тут Гнилуша протекает? — спросил я, глядя на карту. Та была старой, выцветшей. Явно довоенная, еще годов тридцатых.
— В двух километрах к востоку. Только там болото небольшое обойти нужно. А что?
— Там мельница заброшенная стоит?
— Женька! Ты опять за свое? — возмутился егерь, догадавшись о моих намерениях.
— Ну а как еще можно узнать, где они и сколько там человек? Своего врага нужно знать в лицо! — твердо ответил я. — Или есть другие предложения?
Егерь промолчал, но видно было, что он не в восторге от этой идеи.
— Допустим, людей для патрулирования я человек пять наберу. — Николай Егорович подошел к окну и обернувшись к нам, добавил. — У меня на телеграфе связист сидит, Макар Яковлевич. Он человек знающий, да еще и с руками. На возраст не смотрите, Яковлевич еще в войну связь организовывал там, где это было невозможно.
— Хорошо.
— А что касается человека отправить в город, даже не знаю… — председатель задумчиво сжал спинку стула и затих.
— Меня один момент смущает… Митька говорил, что этот Андрей живет на окраине поселка. Так может, сходим к нему в гости? Мирно, без наезда. Посмотрим, что за человек, а?
— Это можно, — поднял голову Николай Егорович. — Погодите только, дайте оденусь. И знаете что, оружие с собой брать не стоит.
— Почему?
— Так спокойнее.
И он был прав, черт возьми. Если этот Снегирев реально что-то задумал, то увидев людей с оружием, вполне может перепугаться и перейти к необдуманным действиям. А так, градус накала все-таки пониже будет.
Председатель залпом допил уже остывший чай, затем вытащил из платяного шкафа старый охотничий костюм и сапоги. Через несколько минут, переоблачившись в походную форму, он дал добро на выход.
Погода была просто прекрасной, на градуснике явно все двенадцать градусов, дул легкий ветерок.
Мы втроем направились к западной части поселка, иногда встречая на пути селян. Никто и не догадывался, что обстановка далека от нормальной. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что Прокофьевка жила своей жизнью и что там в остальном мире происходит, ее особо и не касалось.
— Вон его дом! — указал пальцем Егорович. — Тот, справа от раскидистого бука. Отдельно ото всех стоит.
В целом, дом как дом, не лучше и не хуже других. По периметру он был обнесен старым деревянным забором, сложенным из связанных между собой жердей — обычное явление. Камней-то в этом районе почти нет, поэтому все было преимущественно из дерева.
— Он один живет? — поинтересовался я у Егоровича, пока мы приближались к дому. Без ружья было как-то не очень комфортно, но куда деваться?
— Насколько я помню, да. Супруги у него нет, хотя по возрасту уже более чем пора. Возраст около двадцати шести, двадцати восьми лет. Детей тоже нет. А про родителей его я вообще ничего не знаю. Сам-то он родом не из Прокофьевки.
— И что, он только охотой занимается? — уточнил я.
— Честно говоря, даже не знаю. Я ж ведь как, обязан знать про всех, но чтобы настолько… Уж извольте!
— Ладно, вот сейчас и выясним, — кивнул я.
Калитки не было, просто открытый проход между двумя секциями ограды. Довольно странное исполнение, скорее всего, всему виной время.
— Эй! Андрей! — крикнул Николай Егорович, заглядывая в ближайшее окно. — Ты дома?
Но, то ли хозяина не было на месте, то ли он просто не хотел выходить наружу. По крайней мере, нам никто не ответил. Я постучал во входную дверь, проверил — не заперто. Все как всегда, только на засов, да и тот задвинут лишь частично.
— Кажется, мы пришли зря! — хмыкнул Иваныч, направляясь к стоящему справа от дома сараю. — Может, в лес ушел?
— Что-то подозрительно много совпадений… — проворчал я. — Если вы не против, давайте проверим дом?
— Не самая лучшая идея! — заметил председатель. — Негоже это в дом заходить, когда хозяина нет. Не уважительно это.
— Николай Егорович, если вы еще не поняли, то мы расследуем преступление… Свидетель, а по совместительству еще и соучастник, назвал его имя и фамилию, а это автоматически делает его подозреваемым!
— Вот только мы совсем не милиция! — добавил Матвей Иванович, возвращаясь назад с топором в руке. — В сарае пусто, но видно, что недавно здесь дрова рубили. Скол на брусках свежий. И вот, на ручке топора подсохшая кровь.
— Кровь? — я сразу же насторожился.
— Ну да, судя по всему, от мозолей на ладонях. Если все так, то кто-то явно увлекся рубкой дров!
Конечно, это мелочь, даже не зацепка. И все же этот момент нужно было учитывать. Самой по себе ей взяться не откуда. Жаль, медицина еще не дошла до того, чтобы в полевых условиях определить, чья кровь.
Я вновь вернулся к двери и сдвинул засов в сторону. Дернул дверь на себя, прислушался — внутри тишина. Если Андрей и был здесь то, скорее всего, где-то спрятался.
Прошел вперед по коридору, вошел на кухню. Печь была холодной, а это значит, что еду тут не готовили как минимум с утра. А то и со вчерашнего вечера. И, несмотря на это видно, что хозяин ушел недавно, может несколько часов назад…
Сзади раздались шаги. Я резко обернулся и увидел Иваныча.
— Все-таки вошел?
— А есть выбор?
Тот лишь кивнул. Он уже начал привыкать к тому, что я частенько игнорирую те или иные правила.
— Что-то нашел?
— Пока нет.
В следующей комнате обнаружились две не заправленные кровати. Пустая бутылка, пара стаканов и пустая банка из-под тушенки. Выводы напрашивались сами собой — Снегирев тут был и не один. И здесь мог быть кто угодно, возможно, даже его сбежавший отец или бывший председатель Соболевки.
Определить, был ли здесь Митька, оказалось невозможно. Но нам обоим стало понятно, что по какой-то важной причине, люди покинули дом. Уж не на диверсию в лес ли они убыли?
— Слушай, Иваныч… А далеко отсюда проходит линия связи?
— Ну не знаю. Пара верст. А что?
— Да так… — я закусил губу, прокручивая в голове возможный сценарий развития событий. — Пока ничего. Вот что, нужно определить место разрыва и проверить мельницу.
— Как бы мне не нравилась эта затея, но ты прав! — согласился егерь.
Дальнейший осмотр дома ни к чему не привел. Лишь на заднем дворе обнаружились пустые мешки и несколько консервных банок из-под тушенки.
— Как думаешь, это те самые консервы, что похитили со склада? — спросил я, вертя в руках пустую жестянку.
— Да черт их разберет.
Вдруг, со стороны калитки раздались голоса. Я выглянул из-за угла и увидел председателя. Тот беседовал с каким-то человеком, лица которого я не разглядел. Его частично скрывали ветки росшего неподалеку дерева. Это меня заинтересовало, уж не Андрей ли там вернулся?
Направился к ним. По ходу движения оценивал того, кто стоял рядом с Николаем Егоровичем.
Черт возьми, да это женщина!
Нет, даже не женщина, а девушка. Возрастом около двадцати пяти, одета в мешковатый охотничий костюм цвета «хаки» с откинутым капюшоном. За спиной зачехленное ружье. Русые волосы собраны сзади в конский хвост, перетянутый узлом. На лицо симпатичная, только какая-то уставшая. Взгляд решительный, жесткий. Сразу видно, не столичная барышня.
— Добрый день! — произнес я, подходя ближе и рассматривая гостью.
— Добрый, — ответила та, выждав паузу. На мгновение задержалась взглядом на моих сапогах. Интересно, что она там увидела? — А вы кто?
— Оленька, это Евгений Громов, — заявил Николай Егорович. — Новый егерь Соболевки. Они с Матвеем Ивановичем здесь по важному вопросу, отрабатывают ту телеграмму, что я Кузьмичу показывал.
— Про кабанов? — кивнула девушка. — Конечно, помню. Только что вы делаете в самом поселке? Насколько я знаю, тут кабанов нет.
Я усмехнулся.
— Видишь ли, тут кое-что случилось… — Николай Егорович осекся. Видно было, что он не решался рассказывать ей о случившемся. Интересно, почему?
— Простите, вы Ольга? — спросил я, воспользовавшись возникшей паузой.
— Да. А что?