Меня не изгнать I (СИ)

Мия вышла следом и захлопнула люк, ногой притрусив пепел и сажу сверху.
— Закрывать не будем? — спросил я ее. Она отмахнулась.
— Вряд ли его кто-то найдет, а если и найдет, то, что ему там искать? Думаю, при виде истлевших останков незваный гость сам вылетит оттуда, как пробка. Еще и друзьям расскажет. Сам, наверное, знаешь, что у страха глаза велики. А еще проникновение на чужую территорию карается у нас законом.
— Даже, если тут не осталось ни одного целого бревна от дома?
— Даже, если так. Это все еще владения Рода Аскании, а ты являешься последним живым потомком. Соответственно, вся земля принадлежит тебе.
— Понял плюс принять. Так, — я нахмурил брови, — раз мы тут закончили, то я кое-что вспомнил. Нам надо в банк. Где он?
Мия подняла бровь, набивая в тонкую трубку табак.
— Недалеко от «Рогов и Копыт». Зачем тебе?
— Вильгельм сказал мне зайти туда на досуге. Или у нас есть еще какие-то планы?
— Ну, если ты не состряпал снова гениальный план на коленке, то… нет. Мы абсолютно свободны на сегодняшний день.
— Тогда пошли зайдем перекусим к Розетте и сходим в банк. Я жрать хочу — не могу.
Она тяжело вздохнула. Видно, что последнее время, пока она жила с Вильгельмом, ее жизнь сильно не заставляла напрягаться. Сидела себе спокойно в своем поместье, че-то там колдовала иногда, некромантничала, утешалась с любимым мужчиной. А тут… суета…
В таверне после полудня было как обычно пустовато. За столиками если и были посетители, то очень немногочисленные, быстро перекусывали, либо выпивали и бежали дальше по делам, ведь рабочий день еще далеко незакончен. А еще я хотел порадовать Роналда еще одной настольной игрой. И пока готовился заказанный обед, решил ему ее отдать, но не нашел на рабочем месте.
— Розетта, — обратился я к хозяйке таверны, — а где наш здоровяк?
— Так он это, со своим новым другом в подвале развлекается.
Я ляпнул ладонью по лбу. Совсем забыл, что мы оставили доппельгангера у Роналда и даже не подумал, что этот громила, что сотню лет уже не занимался любимым делом, может пленнику полностью мозги перепрошить.
— Я могу?..
— Да, конечно, проходи через кухню, — любезно отозвалась Розетта.
Пройдя через святая-святых таверны «Рога и Копыта», я спустился в подвал. Мия предпочла остаться в столовой. Ну и ладно, пущай сидит. Роналд же сидел на том же месте, где мы его оставили под самое утро.
— Роналд…
— О, Вильгельм! Рад тебя видеть, как поживаешь?
Огр выглядел вполне бодрым. Так и не скажешь, что его подняли посреди ночи и он так и не спал с того времени.
— Да-а-а… нормально. Узнал вот кое-что после того как мы… — я перевел взгляд на доппельгангера, что сидел на стуле, обхватив колени и качался, таращась в пустоту, — узнали нечто ценное у нашего нового друга.
Я посмотрел на огра.
— Ты его хоть кормил?
Роналд виновато стал чесать затылок.
— Ты знаешь… я как-то даже и не подумал. А надо? — спросил он. В целом, в его словах была логика. Смысл кормить пленника. С другой стороны, если его не кормить, то потом куда девать труп? С третьей стороны, всегда был Чакки…
— Мне… не нужна… еда… не нужен сон, — бормотал Ицкоатль себе под нос, продолжая покачиваться, — мне… нужна только… РЫБА! — он размахнулся и со всего маху впечатал камень в игральную доску, а затем злорадно и как-то надрывно засмеялся. И смеялся он, наверное, с полминуты, после чего начал рыдать. Мне он в такой экспозиции жутко напомнил Педро Паскаля. Не сказать, что я проникся жалостью или чем-то подобным, нет. Этот сучий пес хотел меня убить. Снова. Поэтому пусть сидит тут и играет в шашки, но хоть покормить надо будет.
— Ах ты… вша беломордая… — пробубнел Роналд, глядя на расклад на доске.
— Не переживай, — сказал я ему. — У меня есть для тебя подарок, — и выложил ему рядом с доской еще одну в клеточку, а затем из карманов высыпал все фигурки.
— Вильгельм… это что, ШАХМАТЫ? ТЫ ГДЕ ИХ ВЗЯЛ?
— Буквально под из-под земли достал, — скаламбурничал я. — Наслаждайся, друг.
— А ты умеешь в них играть? — спросил он, сияя от счастья. Я в жизни не видел, чтоб настольные игры так доставляли людям… и другим существам удовольствие.
 
— Умею, — усмехнулся я. — Но в другой раз. Мне сейчас надо сходить еще кое-куда по делам. Так что до скорого, — я хлопнул здоровяка по спине и пошел наверх.
После обеда, Мия отвела меня в банк. Внутри меня снова ждало тоже самое, что и в Гилдьии Задач. А именно сплошное разочарование. Вместо красивых эльфиек и радушного персонала тут работали гоблины. Скряги, душнилы и высочайшего класса токсичные особи. Я не удивлюсь, если они буквально плюются ядом.
— Почему у вас везде тут работают гоблины, если дело касается бумаг и финансов? — спросил я разочаровано.
— Потому что никто лучше них не справляется с бумажной волокитой. Они дотошные, скрупулезные и крайне внимательны к деталям.
— ОНИ НЕ УМЕЮТ ПИСАТЬ! — указал я на очередную вывеску, на которой было от руки, как курица лапой, написано «РОПОЧИЙ ХРАФЕК».
— Зато прекрасно считают и читают. Не привередничай, Саш. Сомневаюсь, что ты куда умнее любого заурядного гоблина, работающего в этом банке, если дело касается их спектра деятельности.
Я почесал затылок. Может быть и так.
— Следующий, — раздался голос до зубного скрежета напоминавший голос Гретты.
— Вильгельм Аскании, — сказал я. Гоблинша критично осмотрела меня.
— Соболезную утрате, сынок, — сказала она.
Я учтиво кивнул.
— Что желаете? Отдать распоряжение на восстановление имения или так, покутить?
Я слегка закашлялся. Восстановление родового имения? Это ж сколько денег надо?
— Ну, о восстановлении я пока не думал, честно говоря. У меня что, денег хватит?
Гоблинша посмотрела на меня в упор. После чего откашлялась, протерла очки.
— Вы же вступили в права наследства?
— Предполагаю, если я единственный живой наследник, то да.
— А вы не общались на этот счет с Греттой из Гильдии Задач? — осведомилась она.
— Нет.
Теперь откашлялась она.
— Минуту, — она потянулась рукой к какому-то раструбу, приложила его к уху и что-то пощелкала под столом. — Алё. Гретта? Привет, дорогая. Да все в порядке. А у тебя как? Да ты что? Вот напасть какая. Про Отца Лаврентия? Слышала, конечно. Я его и видела, он тут шатался на улице на днях. Так и что, что помер? Ему это не мешает шататься то тут, то там. Ой, ладно, слушай, чего звоню. Тут Аскании пришел. Да, младшенький. Да. Да. Скажи мне, он официально вступил в право наследства? Угу. Мгм. Да. Ясно, спасибо тебе, золотко. Пока-пока.
Она положила раструб в сторону.
— Да, вы официально в правах, а значит, — ее рука быстро стала скрести по кусочку пергамента, который она мне протянула через стеклянную перегородку. — Ваше финансовое состояние.
На листке было какое-то непонятное для меня количество цифр и рун, и я буквально не понимал, много это или мало. Мия, завидев мое замешательство, шепнула на ухо, что это «много».
— Минуту, — попросил я у гоблинши и отвел Мию за локоток в сторону. — Коротко. Дай экскурс по вашей финансовой системе.
— Сентицент наименьшая единица. Сто сентицентов — один динар.
— И вся эта система работает по всей империи?
— Верно.
— Сколько тут динар?
Она искривила уголок губ в едкой ухмылке и покачала головой.
— Заставлю тебя учить местное письмо. Здесь без преувеличения девятьсот тридцать пять тысяч динар и тридцать два сентицента.
— СКОЛЬКО?
  
Глава 18
 
Звучало до неприличия громко. Мия продолжала ехидно улыбаться и смотреть на меня. Наслаждалась что ли моим шокированным состоянием? Мало того, что выжил, так еще и почти миллионером остался. Что это, если не везение? Я вернулся обратно в очередь и встал к кассе.
— А сколько будет стоить восстановление имения?
— Не знаю, это вам лучше в Гильдию Строителей, они вам смету составят, расскажут что во сколько обойдется. Но, так как пожары это пускай и не частое, но вполне случаемое событие, то средний чек на восстановление составлял порядка ста тысяч динар.