Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

– Нет, Аля, ты смотрела, а он таращился только на тебя.
– Кто? Эмес?!
Наг ухмыльнулся.
– Центр! – горланил возница. – Дальше печатная мастерская.
Дилижанс остановился.
– Пойдем, Аль. – Змей поднялся и протянул мне руку.
– Уже приехали? – Вскочила и тут же нахмурилась, вспомнив о нашем разговоре. – Так о ком ты говорил? – Вместо ответа наг взял меня под локоть и вывел из огромной пассажирской повозки. – Яни?!
– Сюрприз уже заждался, Аль, давай поторопимся.
Услышав это, решила, что прижать нага к стене можно и позже.
Мы прошли вперед по узкому тротуару и резко остановились.
– Он просит всего одно свидание, – пробасил мой наг, а я во все глаза смотрела на Эмеса, появившегося невесть откуда.
В теплом коротком плаще, из-под которого выглядывала куртка, пошитая на военный манер, и в шляпе-котелке он выглядел непривычно. И спокойным его назвать было нельзя.
– Что? – взревев, уставилась на подлого змея. – Как ты посмел, чешуйчатый!
Ведун напрягся, а наг прошептал, склонившись:
– А по-другому ты бы не согласилась. Переживала бы, извелась вся. А в итоге забралась бы в постель, накрылась одеялом и заявила, что ты в домике.
– Яни, это…
– Это забота о тебе, подруга.
– Ты что, меня продал? – В голове не укладывалось.
Да как так можно! Свидание? А я…
– Не обижай его, Аль, – вмешался ведун. – Я сделал то, что ты посоветовала. – Попыталась сообразить, о чем он. – Ты же сама сказала, что мне нужен наг, уж он-то знает, как добиться от женщины взаимности.
Мне стало не по себе. Взглянув на друга, затем на мужчину, при виде которого у меня сердце вскачь уносилось, развернулась и пошла обратно к дилижансу. Мысли разбегались по разным углам, и сейчас я ощущала страх и дикую неуверенность в себе.
Как он мог смолчать? И я хороша со своими советами.
– Аля, – Яни поймал меня за руку, – погуляй с ним, прошу тебя. Я же вижу, как вы смотрите друг на друга. Дай всего один шанс, и, если он оплошает, вычеркнешь его навсегда из своей жизни. Все, что он просит, – маленькая возможность показать, насколько ты ему важна и нужна.
– А что, сам пригласить не мог? – прошипела.
– Мог, но ты бы отказала, он это понимает. Вот и попытался сделать так, чтобы наверняка все получилось.
Я бросила через плечо осторожный взгляд на Эмеса. Запустив пятерню в волосы, он, казалось, был готов броситься за мной следом. Но, видимо, Яни – последнее, что его удерживало.
– Ты почему не сказал? – прошептала, ощутив, как щиплет глаза. – На мне же под курткой старенькие джинсы. И вообще я не приоделась. Как ты мог!
Засмеявшись, он рывком обнял меня и прижал к груди.
– Да не бойся ты, сестренка. Поверь, я его интерес сразу учуял. Ему все равно, что на тебе. К тому же твои штанишки приятно обтягивают фигурку, и вырез на блузке ого-го. Все в порядке, Аль, я же проследил.
Оторвав от своей широкой груди, Яни развернул меня в сторону потерявшего терпение Эмеса. Подойдя к нам, ведун взял меня под руку и трепетно притянул к себе.
– Кажется, наг, мой долг перед тобой становится неоплачиваемым.
– А я не для тебя стараюсь, дружище, а для своей сестрицы. Обидишь – худо будет!
– Ты прекрасно понимаешь, что я лучше себя придушу, чем причиню ей боль. Просто наша милая ведьмочка абсолютно не умеет подслушивать и понимать полунамеки.
Я сцепила зубы. Меня пожирал внутренний страх. Не представляла, куда можно пойти с этим мужчиной. И вообще, где я, а где Портовски…
– Что же, я пойду. – Обняв меня, Яни тихо шепнул на ухо: – Он влюблен, зуб даю. Можешь спокойно вить из него веревки.
– Яни, не уходи, – буркнула в ответ.
– Не могу, Алька, я в кабаре, а туда, сама понимаешь, с подружками не ходят.
– Ну ты и гад!
– А то! Можно подумать, ты не знала.
– О чем с ним говорить? – пыталась выведать напоследок самое важное.
– О себе, любимой, – рассмеялся он и выпустил меня из захвата. – Если что не так…
– Рески, да проваливай уже! – рявкнул Эмес.
Захохотав, змей развернулся и направился в сторону серого обшарпанного здания с яркой лиловой вывеской, на которой вместо слов красовались странного вида символы. Кабаре, значит! Дверь приоткрылась, и на улицу выплыла размалеванная бабища в наспех накинутом белом плаще, под которым легко просматривалось красное, что знамя, платье. Ну-ну… Может, там и пляшут, но у местных работниц это не основной род занятий.
 
Обернувшись, наг подмигнул и скрылся в гнезде разврата. Боже, с кем я живу!
– Ну так как, Аль, будем мириться?
– А мы ссорились?! – вздернула бровь, чувствуя, как мысли вылетают в трубу.
– Я повел себя отвратительно. – Ведун покусывал нижнюю губу, подбирая слова.
И куда только высокомерие делось? А как же: «Я глава рода, все должны дрожать передо мной»? Все, отдрожались?!
Отчего-то, видя его волнение, я немного успокоилась.
– Ну вы же думали, что я решила вас опоить приворотным зельем.
Он кивнул и тяжело вздохнул.
– Такое разочарование. Знаешь, что в той ситуации было самым обидным?
– Что?
– Твоя фраза, что даром я тебе не нужен. Ведь в глубине души я обрадовался, когда ощутил этот запах.
– Если вам станет от этого легче, могу позаимствовать у поклонниц Яни приворотный сбор. Правда, запах от него убийственный. – Виновато улыбнулась.
– Может, ты наконец перестанешь мне выкать? – Я неуверенно пожала плечами. – А пегасов не разлюбила?
– Нет. – Навострила уши.
– Вот и славно. – Эмес придвинулся ближе. – А покататься хочешь?
– На пегасе? В небе? – Он кивнул. – Конечно хочу! Еще как хочу! А когда?
– Сейчас, если скажешь мне «ты».
Ха, тут и думать было не о чем.
– Легко. «Ты». Так, где пегасы?
Он рассмеялся и, снова взяв меня под руку, повел по улице.
– А он черный или белый? – Меня распирало предвкушение. – Ну скажи, он большой? Это конь или лошадь? А крылья огромные?
– Какое ты чудо, Алевтина! – Отпустив руку, ведун обнял меня за талию и прижал к себе. – Ты сама все увидишь. Я очень старался, чтобы этот день стал для тебя особенным и ты простила мне все ошибки, коих скопилось немало.
* * *
Мы дошли до конца улицы. Эмес взмахнул рукой, и стоящий на противоположной стороне экипаж тронулся с места. Кучер развернул двуколку и не спеша подъехал к нам.
– Куда господа желают? – Пожилой мужчина почтительно склонил голову.
– В Крачиво, – четко произнес ведун. – На ферму.
– Это к пегасам? – уточнил возница.
– Да-да, именно. – Нетерпеливо пританцовывая, я была готова сама залезть в повозку.
– Туда, уважаемый, – усмехнулся Эмес. – И можно не спешить. – Что? Я смерила мужчину тяжелым ведьминским взглядом. Как это не спешить? Да там пегас где-то без меня простаивает! – Терпение, Аль.
– Забирайтесь, господа, – возница отвернулся.
Подножка отъехала сама собой. Придержав за руку, Эмес помог мне забраться в двуколку и пристроился рядом.
Повозка тронулась и неспешно покатилась по булыжной мостовой. Ветер крепчал. С неба снова посыпался мелкий колкий снежок. Стянув с себя короткий плащ, Эмес ловко накинул его на меня, укрывая спереди.
– А вы?
Мне стало неудобно. Замерзнет же.
– А я, милая, мужчина. Привыкай.
Двуколку слегка качнуло. Из-под колес выскочил упитанный белый котяра и, гневно мяукнув на невнимательного возницу, что чуть не наехал на него, рванул в мясную лавку и скрылся под прилавком.
Я посчитала, что раз кот не черный, а белый, значит, впереди что-то действительно хорошее.
Но пока мы молча сидели на тесном диванчике, прижавшись друг к другу. И вроде столько вопросов, столько тем для разговоров, а язык будто к нёбу прилип. И пальцы подрагивали от волнения.
– Тебе нравится жить в Шаливаре?
Вопрос Эмеса показался спасительной палочкой. И вроде такую нелепицу спросил, но я поспешила ответить:
– Да, очень. Только мамы не хватает. Я по ней скучаю.