Венецианский купец
У графини глаза полезли на лоб, точно так же, как до этого у дяди Андреа.
– Но… но… дорогой, я понимаю, ты ещё слишком мал, но, видишь ли, наши семьи сейчас находятся в кровной вражде.
– Я это знаю, мама, теперь представь каково было мне просить у него!
Женщина покачала головой.
– Не знаю, нужно поговорить об этом с твоим отцом, я не могу принять одна такое решение.
– Хорошо, если господина Бадоэра не пустят к нам в дом, я отправлюсь праздновать свой день рождения в ближайшую таверну, – я насупился и упёрся ногой в пол, так, как всегда делал, когда настаивал на своём.
– Пошли, расскажешь мне по дороге, – она подхватила меня за руку, направляясь к кабинету отца.
Тот, готовясь к дальней дороге, поскольку ему завтра нужно было отбывать в Константинополь, внимательно выслушал меня и задумался.
– За то, что ты без моего разрешения пригласил в дом врага, получишь пять плетей.
– Энтони! – тут же мама закрыла меня собой. – Не вздумай!
Тот не обратил на её потуги ни малейшего внимания.
– Завтра утром, перед отъездом, я сам тебя накажу.
– А вот за твоё поведение, достойное нашего дома, я выделю тебе доход в размере ста шиллингов в месяц, чтобы ты ни в чём не испытывал нужды.
– Этого ни на что не хватит! – вслух произнёс я, заставив обоих родителей переглянуться.
– А позвольте узнать ваши планы, юный отпрыск? – старик с улыбкой на меня посмотрел.
– Я хочу выучить латынь, греческий, русский, арабский, нормандский, китайский, а также начать заниматься с воинами! Мне пора учиться себя защищать!
Соляные столбы, в которые на мгновение превратились родители, меня изрядно позабавили, но мама нарушила всё очарование, бросившись обнимать и целовать.
– Ты для этого купил столько рабов? – поинтересовался отец, вспомнив из моего рассказа, что я выбрал весьма разношёрстную команду.
– Да, каждый знает один-два языка, есть два воина, которые неплохо себя показали в тренировочном поединке, – закивал я, – если не верите, спросите дядю!
– Обязательно это сделаем, но только после ужина, нам скоро нужно идти встречать гостей, ты пока переоденься в запасной костюм.
– Хорошо, отец, – я низко поклонился обоим и пошёл к себе, краем глаза ухватив влюблённый взгляд матушки и задумчивый отца.
***
Гости и правда вскоре стали подъезжать, кто на лодках, а кто и на портшезах, благо летняя августовская ночь была тиха и прохладна. Я видел в окно, как матушка с отцом принимали гостей, встречая всех у пристани дворца, и когда время подходило к семи, сам бросился вниз, чтобы с приглашённым мной гостем не случилось проблем. Стараясь не мешать родителям, я остался позади них в саду, высматривая знакомый герб посреди множества прибывающих средств передвижения.
«А вот и он», – завидел я пышную лодку со знакомым львом и бросился к отцу, чтобы показать на нового гостя.
Увидев меня, тот сначала насупился, но быстро пришёл в себя, беря за руку и подходя к пристани, на которую сначала высадилось около десятка пышно одетых вооружённых людей с гербами рода Бадоэр, и только потом появился мой знакомый, сопровождаемый девушкой лет двенадцати. Её лицо укрывала тонкая вуаль, но, видимо, отец и мама знали её, поскольку удивлённо посмотрели на эту пару.
– Господин Франческо, – я склонился чуть ниже, – позвольте поблагодарить вас за принятое приглашение и представить родителям.
Толстячок, которого тут же окружила его свита, ехидно улыбнулся, видя, как багровеет лицо отца при моих словах.
– Не беспокойся, Витале, мы с твоим отцом отлично друг друга знаем, но вот с прекрасной хозяйкой дома я не был лично знаком, до сегодняшнего дня. Сеньора, это честь для меня.
– Тогда позвольте представить, графиня Контесса Минотто, лучшая мама на свете, – я немного отступил от точного соблюдения этикета, но в конце концов должно же быть что-то детское в моих поступках, и так за сегодня превысил все лимиты «взрослости» для четырёхлетнего ребёнка.
Мама чуть покраснела от такого представления, но тем не менее сделала неглубокий реверанс в знак уважения.
– Я попрошу Джованни проводить вас в дом, – отец склонил голову, показывая Франческо, что его внимания ждут и другие, на что тот, конечно же, согласился.
– Позвольте вас проводить, – я остановился рядом с толстячком и девушкой, которая заинтересованно рассматривала меня через свою накидку. Но поскольку он решил не представлять нас друг другу, я сделал вид, что её нет рядом, чем заработал недовольное «пф-ф» из её уст.
Глава 4
На удивление отца, Франческо Бадоэр и его свита вели себя спокойно. Наоборот, было впору бросаться на своих родственников, которые откровенно задевали нежданных гостей, когда думали, что этого никто не видит. В такие моменты рядом появлялся я и пристально смотрел на зачинщиков, обычно этого хватало, чтобы на время конфликты утихали.
Даже дож, прибывший последним, и тот был удивлён, увидев сеньора Франческо в нашем доме, он высказал пару благодарственных слов главам обоих семейств, которые впервые за двести лет пошли навстречу друг другу. Переубеждать его, конечно же, никто не стал, поэтому, едва он ушёл, следом заторопился и мой гость.
Я, естественно, пошёл его провожать, не забыв захватить кошель с вышитым гербом семьи. Дождавшись, когда его свита и сопровождающая девушка сядут в лодку, я протянул деньги.
– Сеньор, позвольте вернуть вам долг.
Тот хмыкнул, не притрагиваясь к кошелю.
– Считай это подарком на свой день рождения, юный отпрыск Дандоло.
Я едва не насильно вложил ему кошель в руку.
– Господин Франческо, я всегда плачу по своим счетам. И сейчас, и в будущем.
Ехидная улыбка сползла с его лица и он стал предельно серьёзным, услышав последние слова.
– Я запомню это, сеньор Витале.
Мне оставалось только склониться перед ним, направляясь в дом. Мои дела на сегодня были закончены, оставалось заняться перед сном расписанием. С завтрашнего дня я планировал начать настоящую учёбу, а для этого следовало тщательно продумать свой день, оставляя в нём время для еды, прогулки, а также разогрева мышц. Я не планировал давать столь юному телу большие нагрузки, пока копошащийся и что-то перестраивающий в теле симбионт не будет готов предоставить мне больше возможностей. Пока же было достаточно того, что он подготовил мой мозг к обильному приёму информации, всё как я любил в своё время. Оставив взрослых праздновать, я поднялся наверх, забирая с собой толстую восковую свечу.
***
– Витале! – утром меня разбудил громкий голос отца, так что я, с трудом разлепив глаза, поднял голову от деревянного стола, на котором вчера заснул. Часть букв расписания отпечатались у меня на щеке и пришлось стирать это безобразие, пока в комнату не нагрянули родители.
При виде плети в руках главы семейства мне стало не по себе, но вот в другой руке он держал письмо, которым возбуждённо потрясал в воздухе, показывая его то мне, то маме. Оба родителя при этом громко восклицали и вспоминали Деву Марию.
– Что случилось? – я спрыгнул со скамейки, которая была мне ещё высока, и подошёл к ним ближе, косясь всё время на его левую руку, где находилось орудие наказания.
– Письмо от главы рода Бадоэр, – он протянул мне официальный документ, поскольку на нём красовалась обломленная восковая печать, скрепляющая документ.
Я бегло пробежался взглядом по листу, что тут же отметила мама, увидев заодно на моей щеке чернильные буквы. Ойкнув, она сама бросилась их оттирать, не позвав даже прислугу.
– Значит, та таинственная девушка вчера была его дочерью? – я вернул ему документ. – Ответь отказом, я не собираюсь жениться ни сейчас, ни в ближайшем обозримом будущем.
Отец удивлённо замер.
– Мы, конечно, слышали вчера про твои планы, и, раз уж зашёл такой серьёзный разговор о твоём будущем, будь добр, пожалуйста, посвяти нас в свои грандиозные задумки хотя бы на ближайшие пять лет.