Хранители Фолганда (СИ)

— Эти земли? — Вельда сразу поняла, о каком мире говорит Стефан.
— Земли Фолганда. Вероятно, они создали их вместе со всем, что мы можем видеть. Готовое творение. Без истории и развития до прихода создателя, наполненное силой разума магов и энергией Кукловода. В куклы вдохнули жизнь, наделили самостоятельной волей. Кукловод имеет на Фолганд такие же права, как и маги. И он не отступится от своего права. Скайгард пишет, что одним из условий сделки было создание книги, способной соединить мир Кукловода с землями Фолганда. Так появилась «Книга ликов», куда маг смог заложить подсказку для других поколений, что не стоит никогда и не при каких обстоятельствах исполнять заклятье.
— Теперь кто-то хочет, чтобы Скай выпустил Кукловода, — кивком она дала знать, что всё поняла. — Фолгандам придётся постоянно охранять земли.
— Примерно так. Теперь понятно, почему кровь Фолгандов имеет такую силу для ритуалов и для земель. И в чём секрет власти над остальными. Неосознанно все чувствуют…
— А что ещё было условием сделки? — Вельда помнила, что просто так маг не может избавиться и от самого мелкого божества.
Лицо Стефана сделалось мрачным, губы плотно сомкнулись.
— Он отдал себя Кукловоду и навеки скрепил связь рода с Древом. Пытался разорвать сделку, но потерпел поражение. Стражи Кукловода вошли в наш мир на юге, опустошая земли. Скайгард был стар и готов к смерти. Последние записи говорят о том, что он ушёл в белую пустыню, чтобы стать одним из ликов Древа — Дивным богом, сохранив власть над Фолгандом вместе со своим хозяином. Таковы условия сделки. Кукловод получил себе в коллекцию сильного мага, способного творить миры. Удачное приобретение, которое сделало Древо сильнее. Стражей и охотников Дивный бог увёл за собой.
— Стеф, но это же Дивный бог мучил тебя среди прочих ликов. Там, в крипте. Ты говорил, что он был одним из…
— Выходит так. Мой предок. Скайгард Фолганд. Руки его тяжелы, а шёпот проникает в сознание бесконечным ужасом. «Мой навеки», — говорил он мне, — маг сжал руку жены. — В некотором смысле я и есть его. Я его кровь и плоть. Мы все. Все Фолганды. И это будет терзать нас вечно, потому что один из нас перешёл на сторону врага. Я боюсь, что сделки такого рода, как проклятье передаются потомкам. Нам никогда не отделаться от Кукловода.
— Но как же так? Вера в Дивного бога настолько древняя.
— В придуманных разумом мага землях нигде не найти истины. Архивариус из Дома Дивного бога сказал, что до момента нападения на южные земли существовала вера в Древо и мелких богов. И только после смерти Скайгарда Фолганда заговорили о Дивном боге.
Вельде трудно было осознать, сказанное мужем, во многое невозможно поверить, но раз маг сказал, значит, так и есть.
— То, что ты узнал, как это нам поможет со Скаем? — каждую минуту думала о сыне, не давала волю эмоциям.
— Книга опасна. Маг, который собирает книгу готов погубить земли. Маг уже на сделке с богом низин и тумана, а хочет совершить Великую сделку с Кукловодом. Это я просчитал. Но насчёт Мальтуса только подозрения. Только бы Скай повёл себя разумно, он такой импульсивный и упрямый, — Стефан тяжело выдохнул воздух, вдруг застрявший где-то в груди вместе с болью.
Тёплые ладони жены осторожно коснулись лица, ощутила эту боль вместе с ним.
— Мы должны верить в него, Стеф. Очень страшно, совсем как тогда, с некромантом. И я напоминаю себе, что наш сын вырос.
— Мальчишка. Глупый и упрямый, — прорвалось сквозь сдержанность, с Вельдой мог позволить себе слабость.
У Вельды имелся гарантированный способ поддержать и дать мужу силы. Она накрыла его губы своими, нежно, невесомо, так ветер касается лица. Ласкала, забирая плохое. Руки Стефана сжали желанное тело. От каждого прикосновения просыпались стихии под кожей, разгораясь и набирая мощь.
— Забудь на время, — прошептала прямо в губы. — Мы знаем, что делать, но это будет завтра. Сейчас забудь, — стихии потекли свободно и едино, а поцелуи стали требовательнее.
— Бельчонок, родная моя, — маг с жадностью отвечал на её ласку. — Этот дом напоминает…
 
— Напомним и мы ему…, — Вельда успела стащить с него камзол, руки бродили под рубахой. — Стеффи…
Верный способ отрешиться от печалей и наполнить друг друга стихиями всегда выручал мага и его спутницу. В друг друге они черпали силы для борьбы со всем миром. Это помогало им выстоять. Столько лет прошло вместе, постоянно рядом, а не могли насытиться чувствами. Их поддерживали стихии природы, как источник вечной жизни. Время любви становилось особым ритуалом для мага и его Бельчонка.
Абсолютно одни в старом доме, после, они лежали обнажённые возле камина, не в силах разорвать взгляда, словно продолжая ласкать друг друга одними глазами. Силы стихий заполнили комнату магией. Они знали, что смогут противостоять любому злу в землях Фолганда.
— Стеф, — она замерла, вслушиваясь в звуки любимого имени, хотела спросить о чём-то, увидела, что маг внимательно слушает. — Ты хотел бы ещё одного ребёнка?
Стефан не ответил, просто положил руку на обнажённый живот жены и улыбнулся. По глазам всё было понятно, но Вельда покачала головой.
— Нет, пока нет. После Фрейи… восемь лет прошло и ничего не выходит.
— Маленькая Белка забрала много сил, — руки он не убрал. — Но рано или поздно — это случится.
— Время идёт, скоро я стану стара для зачатия.
— Даже не думай такое, — маг притянул Вельду к себе, поцеловал. — Ты молодая, полная сил и магии. У нас будет второй сын.
— А может дочь? — теперь и она улыбалась.
— Сын, я уверен.
Внезапно оба сникли, вспомнив о Скайгарде. Думали об одном и том же. Вместе прошептали:
— Как он там…
— Не наделал бы глупостей из-за своей гордости, — покой, подаренный временем любви, уходил, лицо Стефана напряглось. — Если гордость заменяет разум, то быть беде. В его возрасте, я это уже понимал.
Вельда встала и начала одеваться. Как они не старались, но реальность всегда оставалась главнее магии момента.
— Тебе пришлось быстро повзрослеть, Стеф. А Скай не знает жизни. Позволь ему совершать ошибки.
— Я смирился, Бельчонок. Но не пришлось бы нашему мальчику заплатить слишком большую цену, исправляя эти ошибки.
  
31
 
Скрипнула дверь или показалось — Скай не мог сказать точно. Разлепил веки. Тёмная тень склонилась над лежащим на каменном полу юношей.
— Как ты это сделал?! — возмущение в голосе Мальтуса смешалось с насторожённостью. — Тебя нужно меньше кормить. Цепи не выдерживают.
О чем говорит старик? Скай не понимал, но вспомнил, что висел у стены, потом упал, а цепи свалились на него сверху. Приподнявшись, он посмотрел наверх и увидел, что стена немного раскрошилась там, где были закреплены железные кольца. Штырь, державший цепи, выпал из стены. Старая постройка и Скай не увидел в этом ничего особенного.
Мальтус снял оковы с ученика, косился недобро, но молчал. Шатаясь, Скай поднялся наверх, не глядя по сторонам, словно антиквара и не существовало рядом. Как и в первый раз, похоже, Марты не было дома и Фолганд мог не таиться. Он привёл себя в порядок, медленно, с болью от каждого движения. Запястья пришлось перебинтовать вновь, а одежда прилипла к ранам.
Сцепил зубы и подумал, что невелика цена за спасение земель, если мама права, и книга, та самая, что может принесли беду. Вельда, конечно же, не знала точно, Скай понимал это, но предположение матери попало в точку. Он узнает имя мага и где его можно найти, выяснит всё про артефакт и вернётся домой. Все остальные варианты означали для Ская провал.
В детстве Скай много читал книг про рыцарей или благородных разбойников, которые пробирались в самое логово врага, использовали хитрость, чтобы выяснить его планы. Сейчас он чувствовал себя таким героем. Сбежать, означает сдаться. Только и старый садист больше не посмеет тронуть Фолганда. Внезапно Скай понял, что нет страха или отчаянья. Ум освободился от того, что сковывало.