Мы все умрём. Но это не точно (СИ)

Её не покидало ощущение чего-то иррационального. Что-то в квартире было не так. На кухонном столе валялась коробка из-под пиццы, но в раковине никакой посуды не отмокало. К ещё большому удивлению она отметила, что на телевизоре не заметно пыли. Снова осмотрелась — пыль исчезла отовсюду, а потрёпанная мебель сияла чистотой. Здесь явно кто-то убирался, и это казалось странным. Ещё непонятно откуда взявшаяся бита висела над телевизором, словно фамильный меч…
Гермиона тяжело вздохнула. Сложно представить, что у них тут произошло, но однозначно в квартире никого, кроме неё и Малфоя, не было. Грег и Теодор точно не прятались под столом или в шкафу. Никого, только они двое наедине А, значит, если ей хотелось разговорить Хорька, то вот он — настал её звёздный час. Может, сегодня наконец-то улыбнётся удача? Она провела рукой по бедру, нащупав на всякий случай палочку.
— Где остальные? — стажёр-аврор Грейнджер повторила свой вопрос. На этот раз очень строго.
Но Драко вновь не стал спешить с ответом. Он расслабленно полулежал на диване, хаотично перещёлкивал каналы и явно выдерживал драматическую паузу.
«Сегодня в программе…» — щёлк!
«Со счётом оди…» — щёлк!
«Мария, я давно хотел тебе ска…» — щёлк, щёлк, щёлк!
— Ты не поверишь, — наконец недовольно протянул Малфой и соизволил повернуть голову, — со своими маглами.
Гермиона каждой клеточкой кожи ощутила его долгий и тяжёлый взгляд. Как будто это она, была виновата во всех грехах мира, а особенно в грехопадении его друзей. Вот как, даже в положении снизу вверх, у него получалось смотреть так, что становилось крайне некомфортно?
— Сегодня день аврорской проверки! — её голос предательски выдал всё напряжение.
— Ага. День. Только сейчас уже вечер. Если б ты пришла на пару часов пораньше, то наверняка бы застала их, — ответил он, всё так же хаотично переключая каналы и потеряв всякий интерес к разговору.
Ей сложно было решить, как в этой ситуации себя нужно вести. Попробовать воззвать к совести бывшего Пожирателя смерти? Это даже в мыслях звучало смешно. Вспомнить буквы закона? А толку, когда нарушителей нет…. Гермиона прошла в квартиру, присела на свободный участок дивана и тяжело вздохнула. Пружины протяжно скрипнули в унисон. День и так выдался сложный, теперь ещё эти двое решили с ней совсем не считаться.
— Как только Реддлу удавалось вас всех держать в одном месте? — вновь вздохнула Грейнджер и невидящим взглядом уставилась в телевизор.
Это было правдой, что она иногда говорила быстрее, чем думала. Малфой наградил её долгим, нечитаемым взглядом, но через несколько секунд всё же ответил:
— Ежедневная выборочная легилименция, старый добрый Круцио и члены семьи в заложниках. Всё как обычно. Тоже хочешь попробовать?
— Можно, — неловко пошутила она, но осознав, что он юмора не понял добавила: — Но я не сильна в Круцио.
— Зато твой Ступефай совсем неплох.
Гермиона услышала улыбку в его голосе и даже отвлеклась от телевизора, но не увидела ничего подобного на невозмутимом лице. Показалось? Она вспомнила их прошлый спор и усмехнулась своим мыслям.
— Невероятно, сам Малфой признал, что я неплохо колдую.
— Я полон сюрпризов, — слегка пожал плечами тот. От этого движения белая длинная чёлка рассыпалась по лбу и слегка прикрыла глаза. Надо же, какой он разговорчивый сегодня!
И аврор-стажёр Грейнджер подумала, что с этим можно работать. Она окинула Хорька новым, почти профессиональным взглядом. Тот продолжал её показательно не замечать. Просто расслабленно закинул босые ноги на кофейный столик и развалился поудобнее. В этой своей чёрной рубашке и рваных магловских джинсах он выглядел совсем обычным человеком. Не злобным придурком и заносчивым высокомерным задирой, каким она его помнила, а таким простым и слегка уставшим парнем. Интересно, какое бы впечатление он на неё произвёл, если бы не их вражда в Хогвартсе?
Ответ на этот вопрос принять оказалось сложно. Даже если не произносить его вслух. Даже если признаться только в мыслях и только самой себе. К своему недовольству Гермиона была вынуждена констатировать: Драко Малфой вполне мог бы ей понравиться. Она быстренько постаралась выкинуть эту глупость из головы и, просто чтобы хоть как-то поддержать разговор, спросила:
 
— Почему ты всё время без носков?
На его лице медленно проявилась улыбка, которую Гермиона ранее слышала в интонации.
— Грег, змеёныш, их спрятал. Из-за твоей выходки с Веритасерумом, кстати, — хоть, Драко всё ещё пытался выглядеть недовольным, в голосе чувствовались тёплые нотки. Будто бы папочка ужасно гордился проделкой своего сынули. Грейнджер еле сдержала смешок. Ага, ещё и она виновата оказалась. Малфой обладал настоящим даром всё выворачивать.
— Какая жалость, — стыдно ей совсем не было, наоборот, тихонько радовалась в душе, что хоть кто-то нашёл способ насолить Хорьку. А ведь, стоило признать, что Грегори — не такой простак, каким казался на первый взгляд и, видимо, кое-какие таланты всё-таки развить в себе смог. Гермиона внезапно вспомнила отвлекающие чары Гойла, и мозг острой шпилькой пронзила догадка.
— Слушай, а ты любишь кофе? — хитро спросила она.
Драко прищурился и бросил на неё дерзкий оценивающий взгляд. Секунда, и уголки его губ вздрогнули, а по лицу постепенно расползлась какая-то нездоровая ухмылочка:
— Хочешь пригласить меня на кофе?
Оттого, каким голосом и с какой интонацией он это произнёс, у неё по рукам пробежали мурашки. Почему это всё сейчас прозвучало так интимно? Что он имел в виду? И этот его взгляд, будто бы флиртующий. Грейнджер непроизвольно покраснела и словно пружинка подскочила с дивана.
— Почти. Есть одна идея.
— О, я почти заинтригован, — снова эта его дурацкая интонация.
Гермиона постаралась не обращать на него внимания и сконцентрироваться. Как в школе. Есть задача — надо найти решение. Словно вычислить нумерологическое уравнение. Если бы она не хотела, чтобы кто-то что-то нашёл, то постаралась бы максимально встроить отвлекающие чары в естественную реакцию окружающих.
Она внимательно осмотрела комнату: электрическая кофеварка в уголочке на кухонной столешнице. Слишком дорогая для всей обстановки, единственная настолько дорогая вещь явно покупалась не Министерством. Похоже, в этой квартире собрались любители кофе. Не зря же Гойл в качестве отвлечения выбрал именно этот объект. Чтобы внушение казалось максимально естественным, тайник стоило расположить где-то рядом с кофеваркой… Гермиона подошла к ящикам на кухне и открыла один — ровная стопка тарелок. Выдвинула второй — куча пустых пакетов.
— Грейнджер, это сейчас обыск?
Она беззлобно рассмеялась:
— Тихо, Малфой. Я вот-вот решу твою проблему.
Он подошёл ближе и опёрся бёдрами о стол.
— Личное пространство, неприкосновенность частной собственности — нет, не слышала?
Гермиона по-хозяйски распахнула створки верхнего ящика — слишком высоко, нужен был стул. Подтянула табурет, скрипнув деревянными ножками о пол, залезла повыше и руками ощупала поверхность.
— Тут в основном всё принадлежит Министерству, так что будем считать это коллективной собственностью, — она практически физически ощутила его презрительный взгляд, буравящий затылок.
— Я всё ещё помню твой Ступефай, поэтому промолчу, — конечно же, промолчал Малфой.
— Фу, какой злопамятный, — беззаботно фыркнула она, не прерывая поиски.
Гермиона спустилась со стула, встала на четвереньки и приступила к обыску нижних ящиков: кастрюли, упаковка тёмного пива, запас шоколадных хлопьев — ничего. Открыла скрипучую дверцу под раковиной — ящик угловой и глубокий, ничего не было видно. Зажгла палочкой Люмос и немного подалась вперёд.
Где-то сзади было слышно, как цокнул языком Малфой.
Вот оно!
Это ощущение.
Как же хочется кофе!
Со сливками и тремя ложками сахара. Можно даже корицей немного присыпать. Гермиона представила сладковатый коричный аромат, мама всегда добавляла эту приправу в яблочный пирог. А за кусочек тёплого яблочного пирога и чашку кофе с корицей можно было бы душу отдать… Так оглушительно хотелось…