ДНК Америка (СИ)

- Нам нужно идти, - поторапливает меня Крейвен, когда последний из его братьев поднялся наверх. 
Я слушаюсь его, чувствуя, что нашла то, что мне необходимо. Поэтому молча следую за ним. Наверху темно. Осматриваюсь и на миг пугаюсь. Все четырнадцать пар глаз, в  темноте, светятся необычным неоновым цветом. Застываю и успокаиваюсь, пока понимаю, что это мои мальчики. Они рассредоточиваются, молча, между собой. Помню, как Крейвен говорил, что ночью они видят идеально.  Поэтому следую без возражений за тем, кто берет мою руку.
Некоторые тихо выдавливают дверь в лаборатории наружу. И половина выходят. Я застываю, почему-то ожидая выстрелов, но спустя пять минут все тихо. Потом тот, кто держит меня за руку, начинает движение. Мы выходим на улицу, и я ежусь от холода. На мне только легкий свитер и джинсы. Небольшой снег бьет мне в лицо. Руки и нос моментально коченеют. Вспоминаю, что моя куртка осталась где-то в раздевалке в здании лаборатории. Но возвращаться нельзя.
На улице все тихо. Фонари отведены от внешнего двора, и я понимаю, что вся охрана уже наша. Успокаиваюсь. Но мне надо одеться. Тот, кто держит меня, чувствует то, как я замерзла, и приостанавливается.
- Тебе холодно, - заключает он.
Я киваю. Не узнаю, кому принадлежит голос, но  это точно не Крейвен.
- У меня в общежитии есть толстовка…
- Веди, - отрезает он, и я иду вперед. 
Общежитие освещается  тусклыми фонарями, поэтому я легко направляюсь к входу. Внутри почти всегда есть тусклое освещение. Второй Трансформатор уже подключили, поэтому свет есть. Оборачиваюсь и вижу, что со мной Иран. Он молча забирает мой рюкзак и накидывает на свои плечи. Рюкзак не тяжелый, но я благодарна, без него легче передвигаться. 
Переступаю порог, слышу некий шаркающий звук. Хруст снега. Мой защитник моментально  хватает меня за талию и аккуратно укладывает на пол. Он наваливается на меня, закрывая своим телом. Чувствуя опасность, закрываю голову руками. Слышу выстрел и топот ног. Иран подрывается, отпуская меня, и бежит за нападающим следом, при этом бросив мне:
- Жди здесь!
Я сижу несколько секунд, прислушиваясь к тишине, но слышу только стук своих зубов. Замерзла нереально. Поэтому решаюсь на отчаянный поступок. Поднимаюсь и  бегом мчусь на второй этаж. Открываю свою комнату, достаю махровую толстовку и, накинув на себя, застегиваю на все пуговицы. О рюкзаках с другими необходимыми вещами должна была позаботится Ли. Разворачиваюсь, чтобы выбежать из комнаты, как натыкаюсь на самого Рогозина. Его взгляд оставляет желать лучшего. Пульс ускоряется. Отступаю назад. Не отвожу взгляда. Он подходит, замахивается. У меня вырывается отчаянный крик прежде, чем его кулак ударяет мне в голову, и я теряю сознание. 
  
Глава 8
 
Не знаю, сколько пробыла без сознания, но когда прихожу в себя, чувствую, что меня несут вниз тормашками, как мешок с картошкой, на плече, которое ужасно вдавливается в мои ребра.
Приподнимаю голову и не могу понять, где мы находимся. Темно до жути.
Вспоминаю последние события, и голова отзывается резкой болью. Стону. Значит, я у Рогозина. Прежде, чем понимаю это, слышу его грубый, холодный голос:
- Рыпнешься, пойдешь опять в отключку, сука! – рычит он.
Мне страшно, дрожу, как осенний лист на ветру. Но еще хуже становится, когда понимаю, что мы взобрались на борт некоего самолета. Не знала, что тут такой есть. Осматриваюсь. Самолет на восемь мест и два для пилота. Меня бросают на проходе и пристегивают наручниками к ножке сидения. Я слегка потеряна в пространстве после удара, но пробую их на прочность. Сразу накрывает отчаяние. Когда мы взлетим, назад дороги не будет. 
Наблюдаю за Рогозиным. Он садится на сидение пилота, надевает наушники, включает необходимые  приборы. Замечаю в его руках пульт, он наводит его вперед, и перед нами раздвигаются в разные стороны ворота ангара.  Так, вот где был самолет! Этого мы не учли. 
Слышу запуск турбин, мы приходим в движение. Медленно выезжаем, и я приподнимаюсь на коленях. Впереди, сквозь стекло пилота, вижу, что одного вертолета уже нет, второй  стоит в стороне и машет лопастями. Готовится к взлету. В стороне перед нами стоит четверо моих мальчиков, в угрожающей стойке.  У всех в руках автоматы. Мы набираем скорость и просто несемся на них. Мне страшно, что сейчас их раздавят. Но в последний момент, метров за десять перед парнями, самолет поднимается вверх и резко взлетает.
- Суки! – кричит Рогозин, ударяя кулаком по рычагу управления.
Я съеживаюсь и напрягаюсь вся от его крика. 
Не успеваем пролететь двадцати метров, как самолет слегка подпрыгивает в воздухе.  Слышу слева ужасный скрежет, словно разрывается металл. Поворачиваюсь и вижу на крыле Крейвена. Все происходит слишком быстро. Крыло ломается на глазах, как обычная картонка. Крейвен летит вместе с ним вниз, и нас кренит в сторону. Мы падаем. Я хватаюсь за голову, скручиваясь в клубок. Потом удар. Меня подбрасывает в воздухе. Ударяюсь головой о соседнее кресло, и все на мгновение, как в тумане.
Вижу окровавленного Рогозина, который подлетает ко  мне, освобождает мои руки, и, схватив за горло, ставит перед собой, как щит. Крейвен напротив.  В осанке хищность, звериный оскал. Таким, ужасно злым, я его еще не видела. Понемногу прихожу в себя, в ушах звенит.
- Подойдешь, тварь, и я разнесу ей мозги! -  рычит Рогозин у меня над ухом.
Виском чувствую, как холодит дуло пистолета. Мне, почему-то, не страшно. Внимательно смотрю на Крейвена, его внимание полностью сосредоточено на враге. Ждет малейшей ошибки. Но я знаю, что он замечает  каждую мелочь. Слышит стук моего сердца, достаточно ли проходит воздух в мои легкие. Рассчитывает, сколько у него есть секунд, прежде чем из-за нехватки кислорода начну терять сознание. Я знала, что он волновался, его разрывало изнутри, что я в опасности, которую он не мог контролировать. Что пистолет у моего виска намного быстрее пустит пулю мне в лоб, прежде чем он успеет уничтожить врага. 
Мне невыносимо понимать его безысходность. Все равно умру, шансов выйти из этого без последствий, нет. Поэтому решаю просто попробовать, дать нам шанс на спасение. При этом надеясь на то, что Крейвен поймет меня без слов.
Медленно обмякаю в руках Рогозина, одновременно задерживая свое дыхание. Делаю вид, что потеряла сознание. Голова обвисает, склоняю её все ниже, просто убирая  с прицела. Рогозин не замечает этого, все внимание на Крейвене. Знает, что с таким нельзя расслабляться. 
Я вишу так секунд пять, чтобы полностью отвести от себя мысли об опасности. Потом резко напрягаю левую руку и бью локтем врагу прямо в живот. Это не слишком вредит ему, но на пару мгновений отвлекает, что дает возможность действовать Крейвену. Я даже глаз не успеваю открыть, как чувствую поток холодного воздуха, который проносится слева, возле меня. От того, что резко меня отпускают, теряю равновесие и падаю. 
Звук выстрела разрывает тишину. Затем ужасный хруст ломающихся костей. Ничего не вижу, но поворачиваться боюсь. Глубоко дышу, пытаясь восстановить дыхание. Потом чувствую, как меня обхватывают под руки, обнимают, и я окутана в родном тепле знакомого мне  запаха и рук. 
- Крейвен, -  хриплю я. 
Моя гортань просто ужасно горит от захвата Рогозина.
- Ты не ранен? – добавляю, покашливая.
- Тише, - шепчет он, сжимая меня в руках. – Не говори, будет легче. Просто кивай. Хорошо?
Я киваю.
- Где болит? – его голос взволнован. 
Водит руками по телу, словно сканируя. Я знаю, что он может почувствовать мои импульсы боли. Особо сильные боли. Но я отрицательно качаю головой, хотя ноет все тело и голова раскалывается. 
Крейвен меланхолично осматривает меня. Дыхание тяжелое. Несколько секунд обнимает, дарит мне успокаивающие ласки. Затем поднимает на руки, и, как самую драгоценную ношу, уносит прочь.