ДНК Америка (СИ)

- Завтра ночью в двенадцать? – шепчу. 
Он сразу меняется в лице. Наверное, и не мечтал, что я так попрошусь.
- Только скажите, у вас или у меня?
Он мнется. Выдерживает слишком долгую паузу. Поднимаю взгляд и улыбаюсь. Краем глаза замечаю, как все на нас вытаращиваются. Мне все равно. Я вижу их в последний раз. Главное, чтобы все прошло, как надо. Ради этого я на все готова. Ведь теперь дело не только в моей жизни и жизни Ли. У меня теперь есть  большая семья.
- У  меня. И надень что-то посексуальнее, - шепчет в ответ, прямо возле моего уха. Выпрямляется и смотрит вокруг. – Что вылупились? Поели? Валите спать!
Я ежусь от его грубых слов, но в душе ликую. Пусть верит, во что хочет. Ради спасения совру и еще хуже. 
Возвращаюсь в комнату. Ли вся в ожидании. Тихо пересказываю ей все по сути дела и про Рогозина. Мы понимаем, что нам уже не выкрутиться. Завтра или пустить дело в ход, или идти к Рогозину. Но я лучше удавлюсь, чем дам ему к себе прикоснуться.
- Ты хочешь сказать, что Рогозин имеет сверхчувствительный нюх? – переспрашивает Ли, уместившись под одеялом.
- Крейвен сказал, что почувствовал схожие компоненты в его слюне, - отвечаю, выпрямляясь в кровати. У меня, наверное, уже хронический недосып. Все время поздно ложусь и рано встаю. Надоело. Первым делом, когда вернусь домой, упаду в спячку, эдак… Дней на десять.
- В какой слюне? Где он ее увидел? 
Закатываю глаза. Эту часть рассказа я утаила от подруги. Не то, чем можно похвалиться.
- Он лизнул меня перед тем, как я спустилась к парням. 
- Лизнул? – хохотнула Ли. – Как мороженое? 
Бросаю уничтожающий взгляд на нее. Еще одна поддевает!
- Это не смешно! – ворчу. – А мерзко и гадко, - передергиваю плечами. 
- Может, он действительно видит тебя, как мороженое? Или у него побочные эффекты после инъекции? – продолжает Ли.
- Или он того… - кручу пальцем у виска.
Ли просто заливается смехом, игнорируя мой испепеляющий взгляд. Потом, видимо, решила сжалиться надо мной и прекращает, извиняясь.
- Нет, ну мужик точно на тебя запал, - заключает она.- Впервые слышу, чтобы он что-то ждал. Обычно берет все и сразу, то, что хочет. Ты ведь понимаешь, что попав сюда, мы лишаемся права голоса или любых протестов. Тем более, есть много других способов доставить удовольствие, если твоя подружка не в форме!
Смотрю на нее ошарашенно. Нет, конечно, я знаю про многие способы, но от нее это звучит так пошло. 
- Никогда не говори обо мне, Рогозине и любых сексуальных контактах, в одном приложении! – угрожаю я. – Ненавижу!
- Тогда может: ты, Крейвен и крышесносный трах?! – поддевает она.
- Заткнись! – улыбаюсь.
То, о чем старалась не думать последнее время, врывается в мозги откровенными картинками. Наверное, это от слишком долгого воздержания. Не понимаю, что происходит! Впервые так хочу кого-то. 
Решаю переключиться, чтобы отвлечься от ненужных мыслей. Ли самодовольно улыбается, радуясь, что поддела меня. Смотрю на нее ехидно, и она, застыв, прекращает радоваться.
- Что? – бросает она. – Будешь мстить?
- Нет. Просто вспомнила, что твой ноутбук сегодня не вернется к тебе, - так, между слов говорю. 
- Что ты сделала с моим ноутбуком?! – возмущается она, поднимаясь с кровати. - Где он? – бежит к рюкзаку и вываливает все оттуда. Но там только мой ноутбук и нашего пилота. 
- Прости, но один очень сексуальный Филиппинец решил его взять в плен, - невозмутимо отвечаю.
- В смысле «взять в плен»? – застыла Ли.
- Нашел склад твоих фотографий. 
- Какого хрена, Мика? Я же поставила пароль на эту папку? Там мои обнаженки ведь!
Веду спокойно плечами.
- Думаю, ему понравится. А еще я тебе говорила, они очень умные. Думаю, твой пароль им  стал не проблемой, когда они изучили всю систему.
- Им? Они, что все смотрели? – возмущается она.
- Думаю, что нет. Слишком большие собственники. А вот Филиппины, видимо, смотрел по полной программе!
Ли заметно кипит. Её глаза от злости потемнели, руки сжались в кулаки.
- Я убью этого гада! – выпаливает она. – Как он посмел! Скотина! 
- Прости, не могла ничего  с ним поделать, - оправдываюсь я, улыбаясь.
Она стреляет в меня взглядом. Садится на кровать и немного успокаивается. Вижу в её взгляде интерес. Уверена, она хотела бы знать какой он. Но будет молчать. Не признается в этом. Такая вот моя новая подруга. Но я полюбила её, как родную сестру.
Мы еще некоторое время говорим, не касаясь темы подземельных красавцев. На кону слишком многое, и нас очень волновал Рогозин. Я боялась, что он мог учуять на мне запах испытуемых и что-то заподозрить. То, что я играла с ним, ничего не значит, когда он так же может играть со мной. 
Но мы с Ли собираем некоторые самые необходимые вещи в два больших рюкзака, прячем их под кровать и дальше полночи обсуждаем план действий. Нам страшно. Мы просто не знаем, такие ли эти парни асы в своем деле, как мы ожидаем. Слишком большой риск, чтобы ошибиться. Но я верю в своего великана. Поэтому к утру перенастраиваю себя и на пару часов засыпаю.
Потом новый день. Полно работы. Исполняю все быстро, без возражений. А вечером, как и договаривались, спускаюсь в подвал. За спиной рюкзак с футболками, их нашлось всего несколько штук, и то не факт, что в них кто-то из парней влезет. Ли пробралась к Рогозину в дом и похитила у него четыре пары берц, сорок шестого размера. Самый большой из всех на этом объекте. Больше ничего не было. Я волновалась, что они замерзнут, пока добегут до вертолета, хотя они заверяли меня, что им это не проблема. Руки дрожат, в голове мутится. Но я быстро открываю все камеры, раздаю футболки и обувь. Некоторым обувь подошла. Остальные идут босыми. Футболок семь штук, они сидят на парнях, как вторая кожа. Это все, чем я могу помочь. Разочаровываюсь, но не опускаю руки.
Все парни собираются в коридоре, обступая меня кругом. Тех, кто в трансе,  Германия и Шотландия забросили себе на плечи и, с легкостью удерживая парней под сто пятьдесят килограмм, передвигались. Я удивляюсь, в который раз, мощи их силы. 
Крейвен обнимает меня, как всегда страстно и неудержимо. Оставляю на его губах легкий поцелуй, и мы рассоединяемся. Он все время рядом, но внимание сосредоточено на том, что его окружает. Взгляд у всех хищный и уверенный. Я молча оглядываю всех. Вижу их решимость и успокаиваюсь. Приступаю к своим обязанностям. Рассказываю всем, где в это время стоит патруль и сколько людей на посту. Все слушают внимательно, молча, распределяют между собой охрану.  Дают мне непонятные, некие знаки друг другу и все, они уже в  военном режиме.
 Показываю на четыре камеры, которые я еще не открывала.
- В них точно никого не осталось? – спрашиваю у Крейвена, приближаясь к узкому подъему наверх.
- Три пустые полностью. В одной испытательная палата, - отвечает он, не теряя бдительности.
- В смысле?  - перепрашиваю.
- Там приспособления, где нас привязывали и проводили исследования,- объясняет.
Половина парней, крадучись, уже поднялись наверх. Сомали, который пошел первым, издал некий звук, предупреждая, что все чисто. Пока все остальные протискаются наверх, я открываю эту палату, и Крейвен следует за мной.
- Не отходи от меня, - рычит он взволнованно.
- Мне надо осмотреть эту пыточную, - отвечаю. И начинаю рыскать во всех ящиках и уголках.
В центре стояла, такая себе, огромнейшая кровать с железными кандалами и несколькими толстыми обручами, которые, видимо, использовали для полного обездвиживания испытуемого. Над этим столом нависала огромная лампа, как в хирургии, во время операции. Морщусь от этого. Неприятное зрелище, когда понимаешь, что кто-то из твоих новых друзей был тут прикован. Остается только догадываться, что они с ними  делали. Даже думать об этом не хочу. 
Поэтому быстро шарю по всех шкафчиках, вижу множество ампул, всяких пробирок с образцами, но на них у меня  нет времени. Нахожу в одном из выдвижных ящиков кипу бумаг, хватаю их и запихиваю в рюкзак.