Беседка

Мэдисон отвернулась и посмотрела в окно. — Когда приехала «скорая», у меня уже начались преждевременные роды. Ребенок прожил совсем недолго — он был такой крошечный… Меня отвезли в больницу, но остановить кровотечение можно было, только удалив матку…
Элли коснулась запястья Лесли. Она не посмела дотронуться до Мэдисон, так как догадывалась: эта гордая женщина не хочет ничьей жалости.
Мэдисон снова взглянула на подруг и вымученно улыбнулась.
— Теперь вы знаете, почему у меня нет детей. Но мы начали говорить о чем-то другом…
— Ты вспомнила лето, когда встретила Тома, — мягко сказала Лесли.
— Да да… Это произошла как раз в то лето — после выкидыша. Я еще не оправилась, очень похудела и выглядела просто ужасно. И чаще, чем обычно, ссорилась с родителями Роджера. Они стыдились его увечий, поэтому держали его и меня запертыми на втором этаже. Родители не оборудовали ни одной лестницы под инвалидное кресло Роджера. Они говорили, что специальные скаты испортят общий вид дома. Мы с Роджером превратились в заключенных и смертельно надоели друг другу. Но, честно говоря, виновата в этом скорее я, чем он. Я была очень, ну… подавлена из-за ребенка.
— Точнее говоря, у тебя началась такая глубокая депрессия, что ты могла покончить с собой, — подсказала Элли.
— Именно! — отозвалась Мэдисон. — Я попросту сходила с ума от горя и одиночества. У меня стали даже выпадать волосы. Поэтому мы оба очень обрадовались, когда один из друзей Роджера по колледжу позвонил нам и пригласил провести две недели с ним и его семьей в летнем домике в штате Нью-Йорк. Этот парень тогда споткнулся о шланг, играя в футбол, и сломал себе ногу. Ему наложили гипс, а Роджер уже ходил на костылях, так что они решили провести две недели, жалея друг друга.
— А ты должна была быть у них на побегушках, — заметила Лесли тоном, позволяющим догадаться, что она прекрасно знает о подобных сценариях.
— Я была в этом уверена и стала уговаривать Роджера поехать без меня.
— Ты хочешь сказать, что просила его самостоятельно есть, одеваться, залезать и слезать с унитаза? И все это без тебя? — саркастически уточнила Элли.
Мэдисон рассмеялась.
— Ты читаешь мои мысли. Я чувствовала себя настолько уставшей и подавленной, что мечтала только об одном — о спокойном сне. Я сказала Роджеру, что разобьюсь в лепешку, но на этот раз заставлю его родителей нанять ему сиделку, лишь бы я смогла остаться и отдохнуть. — Мэдисон затушила окурок, обхватила руками колени и подтянула их к подбородку. — Но Роджер, когда хотел, умел убеждать. Он сказал, что не поедет без меня, что я — вся его жизнь, что он не хочет жить дальше, если я не поеду с ним.
— И ты поверила и поехала, — с горечью резюмировала Элли.
— Да, — мягко подтвердила Мэдисон. — Поехала. Но все обернулось совсем не так, как я предполагала…
Она улыбнулась и уставилась в пол.
— Когда самолет приземлился, я ужасно нервничала. Я была уверена, что этим людям достаточно бросить на меня один взгляд — и они поймут, что я без образования и, значит, никуда не гожусь. Но они оказались совсем другими. Мать Скотти была такой, какой всегда мечтала стать моя мама. Миссис Рэндал нравилось кормить гостей и заботиться о них. Мне совсем ничего не пришлось делать.
— Разве что выполнять все прихоти Роджера!
— Как раз нет, — Мэдисон широко улыбнулась подругам. — Едва мы туда приехали, он полностью отказался от моей помощи. Заявил, что я напоминаю ему о тех месяцах, когда «кто-то», имеется в виду я, должен был менять ему пеленки.
— Какая неблагодарная… — гневно начала Элли, но Мэдисон прервала ее:
— Нет нет, тогда это было облегчением для меня! У меня никогда не хватало мужества признаться, но Роджер действительно мне ужасно надоел, я устала ухаживать за ним изо дня в день, месяц за месяцем, постоянно оставаясь с ним наедине. Он один стоил троих, — Мэдисон засмеялась. — Ну, теперь все это в прошлом.
Она замолчала, и подруги пристально посмотрели на нее.
— Я провела большую часть времени с Томом, старшим братом Скотти. Мы отправились в поход, плыли на плоту, спали в одной палатке… Они были богатые, а летний домик — огромный, построенный в сороковые годы прошлого века. Позже он много раз перепланировался, появлялись новые пристройки. Отец Скотти встретил нас в аэропорту на своем древнем пикапе, почти насквозь проржавевшем. Я сначала решила, что это — садовник, но Роджер ткнул меня в бок и прошептал, что этот человек — профессор истории средних веков в Йельском университете. Заведующий кафедрой. Именно он и запихнул Роджера в кузов, а меня усадил рядом с собой в кабину. Роджер был не в восторге.
   
Глава 5
 
— Этот человек — профессор, — в который раз повторял Роджер. — В Йельском университете. Не забывай, Мэдди!
— Как я могу забыть, если ты напоминаешь мне об этом каждые пять минут!
— Не надо было тебя брать! — тихо сказал Роджер.
Мэдисон собиралась ответить, но тут Фрэнк Рэндал вылез из пикапа и подошел к ним. «А он совсем не похож на профессора, — подумала Мэдисон. — Никогда бы не поверила, что у него список ученых степеней длиной в километр. Гораздо больше он напоминает доброго папочку, особенно в этой фланелевой рубашке в клеточку и потертых джинсах. А морщинки вокруг глаз у него оттого, что он много смеется…»
Фрэнк почувствовал, что сразу понравился ей. Мэдисон сказала ему:
— Здравствуйте! Вы, наверное, устали: столько времени за рулем! Мы могли бы взять машину и…
— И слышать об этом не желаю, — сказал Фрэнк, переводя взгляд с Роджера и его костылей на Мэдисон.
Роджер уже приезжал в гости к сыну Рэн дала Скотту, но один. Фрэнк улыбнулся.
— Я не знал, что Роджер приедет с девушкой.
Мэдисон поняла: Роджер не предупредил о ней.
— С женой, — она старалась не смотреть на мужа, которого сейчас ей больше всего хотелось убить.
— Мои поздравления! — Фрэнк снова улыбнулся. — Наш дом всегда открыт для молодоженов.
— Мы женаты более двух лет, — твердо сказала Мэдисон.
— Понятно, — весело сказал Фрэнк и отвернулся, чтобы спрятать улыбку.
Он видел, что Мэдисон в гневе и Роджеру сейчас достанется.
— Пойду отнесу ваши вещи в кузов, — он взял два чемодана и пошел к машине.
Мэдисон повернулась к мужу.
— Ты им не сказал, что я приеду? — прошипела она.
— Давай поговорим позже, — Роджер кивнул в сторону Фрэнка.
Но Мэдисон не собиралась останавливаться.
— Ты даже не сказал им, что женат! — она старалась сдерживаться, но чувствовала, что вот-вот взорвется. — Если ты собирался скрыть это, то зачем устроил такой цирк, чтобы притащить меня сюда? Я же хотела остаться в Монтане!
— Все не так просто, я тебе потом объясню.
— Да уж, тебе придется все объяснить!
— Извините за. эту маленькую сцену, — сказал Роджер Фрэнку, — но я не мог оставить дома свои кандалы.
Его попытка пошутить не очень понравилась Мэдисон. В ее глазах светилась ярость.
Подхватив последний чемодан, Фрэнк медленно оглядел Мэдисон с ног до головы.
— Роджер, ты, наверное, стареешь, раз забыл упомянуть о такой потрясающе красивой женщине.
Мэдисон благодарно улыбнулась Фрэнку и совершенно искренне обрадовалась комплименту. Ее давно никто не называл красивой. А «потрясающе красивой», кажется, не называли никогда. Сама она считала, что слишком похудела, волосы стали ломкими, а лицо — печальным.
— Садитесь со мной в кабину, — предложил Фрэнк, — а Роджер разместится сзади, рядом с чемоданами.
— С удовольствием, — радостно согласилась она.
Роджер с трудом подошел к Мэдисон и Фрэнку и встал между ними.
— Это было бы неплохо при других обстоятельствах, но… — он вздохнул и сделал скорбное лицо, — но сейчас мне удобнее сидеть в кабине, а не в кузове на жестком железе, где к тому же чемоданы могут покалечить меня еще сильнее.
Мэдисон вздохнула и взялась за край кузова, но Фрэнк остановил ее.