Черная смерть (СИ)

— А как?
— Ну не знаю, — пожала плечами девушка, — Может какое-то большое здание. Дворец. Или огороженный квартал, на улочках которого можно встретить только таких, как мы. Но точно, не крепость на берегу моря.
— Ты ничего не забыла? — покосился на неё я.
— М-м-м…
— За такими как мы охотятся. Как минимум волчьи стаи, — я поправил сползающий на глаза берет. Мода, конечно тут у них… Хорошо хоть гульфик (ракушка для причиндалов) не пришлось на себя напяливать. Пока что, — Остаётся вопрос, в каких отношениях оцифрованные и храмовники. Да и тех засранцев, что напали на нас в Риверграссе тоже не стоит списывать со счетов, — я ненадолго замолчал, посмотрев туда, куда уже несколько минут смотрела Айлин. На большой трёхмачтовый галеон, расправлявший серые паруса, и снимавшейся с якоря. По палубе сновали матросы. Крепили снасти, таскали какие-то ящики, карабкались на мачту по канатным сеткам.
— Вот бы уплыть подальше отсюда, — внезапно сказала девушка, — От волков и оцифрованных. От магов и храмовников. От чумы и всех этих грёбаных конфликтов, в которые нас почему-то так упорно пытаются втащить.
— Везде есть свои конфликты, — возразил я, осторожно приобнимая её за талию, — Сбежим от этих — получим новые. К тому-же мне казалось, что ты не любишь корабли?
— Смотреть на них люблю, — поправила Айлин, мягко отстранившись и снова взяв меня под руку, — Плавать нет. Укачивает. Так что ты там про крепость то говорил?
— Её куда проще будет оборонять, чем огороженный квартал или несколько домов, — пожал плечами я, — Какой бы большой ни была твоя армия, ты не сможешь повести её по этой тропке на штурм. А если захочешь взять крепость измором, тебе потребуются корабли, чтобы установить морскую блокаду и отрезать её от подвоза продуктов. Короче говоря, более надёжное укрытие сложно себе представить.
— Понятно, — кивнула Айлин, — Ну, будем надеяться, что хоть нас там примут радушно. Как-никак, собратья по несчастью.
Однако собратья по несчастью как-то не спешили к нам навстречу с раскрытыми объятиями. Они даже не приоткрыли ворота, чтобы встретить двух путников и разузнать, что им тут понадобилось. Вместо них нас встретил широкий разлом в скале, на дне которого бушевал и бился об острые скалы серый лоскут водной глади, поднятый мост, опущенная решётка ворот и тяжелая тишина, нарушаемая лишь шумом волн, криками чаек, да голосами матросов, долетавшими со стороны порта.
— Эй, — крикнул я, скользя взглядом по узким бойницам барбакана. Не блеснёт ли в одной из них край шлема? Не мелькнёт ли силуэт дозорного? — Есть кто дома? Открывай, сова! Медведь пришёл!
— Ты чего? — удивлённо уставилась на меня Айлин, — К чему эти…
— Шуточки? — перебил её я, — А как они поймут, что мы оцифрованные? Сомневаюсь, что местные смогут понять, о какой сове и каком медведе идёт речь. А вот они, — я кивнул в сторону барбакана, — Да.
Однако ответом нам по прежнему была тишина. Не заскрипел опускающийся мост. На парапете башни не показался силуэт стражника. Даже обычного окрика — и того не последовало.
Мгновения тянулись за мгновениями. Минуты за минутами. Ничего не менялось. Лишь на камни, обрамлявшие небольшое плато, в которое упиралась дорога, уселись несколько серых чаек. Уселись и начали с интересом поглядывать в нашу сторону.
— Пойдем отсюда, — зябко поёжилась Айлин и мягко, но настойчиво потянула меня назад, — Похоже нам тут не рады. И я замёрзла… Твою мать, и чем я только думала, когда покупала это платье.
— Оно красивое, — хмыкнул я, бросив последний взгляд на крепость. Мда уж. Полгода в дороге. Столько трудностей, рисков, лишений. И всё ради того, чтобы в конце нас даже нахер не удосужились послать. Обидно, чёрт возьми. Однако, ожидаемо. Облом вполне в духе этого ебанутого мир…
Додумать мысль я не успел. Сквозь шум моря, крики чаек и едва слышные голоса снующих по палубе матросов пробился новый звук. Вопрос, но в то же время приказ.
—…ви пароль! — голос дозорного был хриплым и отрывистым. Порывы холодного ветра подхватывали его слова, рвали в клочки и швыряли в пенистые серые воды, беснующегося моря.
 
— Земля в иллюминаторе! — заорал я, что было сил, пытаясь перекричать поднявшийся ветер. Над утёсом вновь повисло напряженное молчание. В одной из бойниц всё-таки показалась фигурка дозорного. Она стояла и пристально рассматривала нас, как бы раздумывая, что с нами делать дальше. В руках у стражника виднелся взведённый тяжелый арбалет. Странно, конечно. Если все оцифрованные обладают даром, зачем им пользоваться таким примитивным оружием? Разве что у нас могут оказаться обереги, против которых магия бессильна…
— Неверный пароль, — наконец донеслось со стороны ворот, — Проваливайте, пока вас стрелами не утыкали.
— А каким хером я должен знать твой пароль, если мы тут ни разу не были? — бросил я первое, что пришло мне в голову. А про себя обругал Ансельма последними словами. Лучник спел объяснить нам, где найти убежище оцифрованных. Но забыл упомянуть, что для доступа в него нужно знать пароль, утащив сие сокровенное знание с собой в могилу.
— А каким хером вы вообще про нас узнали? — последовал вполне логичный вопрос.
— От Ансельма, — кринул я, а потом обругал уже себя. Если эти засранцы стоят за убийством лучника, то мой язык только что здорово нас подставил. Но отступать уже было поздно.
— И где же он? — поинтересовались со стены.
— Погиб.
— Как? — дозорного от бойницы отпихнул другой человек. Кряжистая фигура, закутанная в дорогой, подбитый мехом волка плащ, капюшон плотно надвинутый на глаза, и густая чёрная борода, выбивающаяся из под этого самого капюшона, — Когда?
— Мать вашу, может вы уже впустите нас и поговорим по человечески? — не выдержала Айлин, — Тут знаете ли довольно холодно да и орать мы устали.
Вновь повисло молчание. Впрочем, длилось оно недолго. Спустя пару секунд натужно заскрипели цепи и подъёмный мост медленно пополз вниз. Со скрежетом начала подниматься тяжелая железная решётка, перегораживавшая вход в крепость.
— Если они нам начнут плести ту же сказочку, что и Ансельм, — шепнул я на ухо Айлин, — Улыбайся, прикидывайся дурочкой и делай вид, что веришь этому бреду.
— Почему? — удивлённо покосилась на меня Айлин.
— Мы не знаем кто и за что грохнул лучника, — пояснил я, — Но есть подозрение, что он узнал больше, чем ему знать следовало. Или сделал, то, чего делать не следовало. Где гарантии, что это не их рук дело? И где гарантии что они не сделают то же самое с нами, если поймут, что мы раскусили их пиздёж?
— По такой логике мы вообще зря туда идем, — зябко поёжилась девушка, — Может лучше…
— Поздно уже, — перебил её я, глядя на то, как из ворот выбегает с десяток стражников. Облачены они были в тяжелые кирасы и кабассеты (французский островерхий шлем). В руках они держали полексы (гибрид топора и копья на длинном древке). Вслед за стражниками шёл тот самый кряжистый мужик, кутавшийся в подбитый волчьим мехом плащ. Символическая насмешка над врагом? Или просто удобная тёплая одежда? Чёрт его разберёт.
Стражники перебежали через мост и взяли нас в полукольцо. Острия их полексов нацелились на нас. Но во взглядах не читалось враждебности. Скорее уж усталость и немой укор. Похоже дёргали их сегодня не в первый раз.
— Одрин, — протянул мне руку кряжистый мужик, протиснувшись между своими бойцами, — Командующий крепостью и содружеством вольных странников, — он скользнул по мне серым, тяжелым взглядом и мрачно добавил, — Вернее тем, что осталось от этого с.
— Генри, — я пожал протянутую мне руку и покосился на девушку, думая представлять её или нет. Впрочем, она тут же решила этот вопрос за меня.
— Айлин, — она сделала шаг вперёд и протянула мужчине руку. Тот ненадолго замешкался, пытаясь понять, что ему с ней делать, поцеловать или просто пожать, но девушка и этот вопрос решила за него, пожав его лапу первой.
— Рад знакомству, — прогудел он, откидывая с головы капюшон. Под ним обнаружилась внушительная лысина, перечёркнутый морщинами лоб и чёрные кустистые брови. Он не выглядел молодым, но в то же время и до старика ему было далековато, — А теперь пройдемте внутрь и поговорим там. Нам много чего нужно обсудить, — он повернулся к солдатам и махнул им рукой. Бойцы поняли командующего без слов. Положили полексы на плечо, выстроились в две колонны и направились обратно к крепостным воротам. Мы же последовали за ними.