Воин забвения. Отравленный исток

– Так уж прям из темноты, – осклабившись переспросил Хальвдан.
– Я тоже это видела, – подтвердила Ведана. – Потом.
Млада вздрогнула от звука её голоса. Казалось, сестра никогда не заговорит. И её слова: «Зря ты пришла сюда, Байчёта», – будет последним, что придётся от неё услышать.
– Значит, вельды попросту неживые? – воевода чуть наклонился в сторону жреца.
– Можно и так сказать… – согласился тот. – Они принадлежат Забвению. Они попали туда после того, как их прокляли. Вождь древнеров, кажется. Между ними была вражда много лет назад. Сейчас уже точно и не скажешь. Им, как живым, не нужна еда и отдых. Но они умирают, как живые, а после снова возвращаются в Забвение. И могут возродиться вновь. И ваши раненые отравленным оружием воины попадают туда же, если не сжечь тела.
– Долго бы мы с ними боролись, – скривившись, протянул воевода. – А как же вы так быстро появлялись в разных селениях княжества? Тоже дело рук Корибута?
– Через проходы в Забвении. Но это могут только те, кто с ним связан.
– Значит, она не может? – Хальвдан кивнул на Ведану. – Или я. Млада?
– Ведана и ты – нет, а вот Млада может. Но не теперь.
– Постой, а почему я могу? – Млада подняла руку, останавливая следующий вопрос воеводы.
– Потому что ты урождённый Воин Забвения, – глухо проговорила Ведана. – Этакий страж, оберегающий людей от него. Это то, что мне когда-то говорила мать.
Зорен опустил голову, видно, давая возможность ей рассказать то, что она знает. Но Ведана снова замолчала. Хальвдан с растерянностью, которой ещё не приходилось видеть на его лице, перевёл взгляд с неё на жреца.
– Кто-кто она?
– Она – третий приказ Корибута, – вновь отозвался Зорен. – Вторым был Песчаный Ворон, которому мы как раз и едем. Если я правильно всё узнал в своё время, Ворон был арияш. Одним из многих и ничем не выделялся. Но он нёс в себе остатки знаний своих предков – хадымов. Только благодаря своему ремеслу он выжил. Не разделил участь родичей. А Корибуту был нужен особый посох. С тех пор Ворон стал сначала одним из лучших убийц, а затем – Мастером Гильдии. Так ведь, Млада? Он дал тебе этот меч.
Млада кивнула и снова обратилась к Ведане.
– Про Ворона всё понятно, а что же со мной? Что значит Воин Забвения? Я ничего не знаю ни о Забвении, ни о Корибуте. Может, когда-то слышала что… но толком ничего не помню.
– Ты просто не успела ничего узнать, – ответила сестра. – От тебя до поры до времени всё скрывали. Да и проверить хотели, не случилось ли ошибки. А Корибут приказал Зорену похитить тебя. Я не знаю точно, для чего. Наверное, ему нужны были какие-то твои способности. Но прекрасно знаю, для чего была предназначена я, – она обвела всех взглядом. – Я должна была стать твоим щитом, той, кто умрёт за тебя, если понадобится. Так уж совпало – тебе повезло, что ты родилась близнецом. Поэтому я и оказалась у вельдов. А ты в это время улепётывала через лес. Мать должна была тебя уберечь. А когда во время ритуала открылось, что я – это вовсе не ты, то мне было предназначено умереть. Но Зорен не стал убивать меня. Я до сих пор не знаю, почему.
Она посмотрела на жреца, но тот только повёл плечами.
– Наверное, я не смог.
– И ты осталась, – хрипло прошептала Млада, чувствуя, как ноги будто бы врастают в стылую землю. – Забыла всё, что сделали вельды с нашим родом… Осталась с врагами, с убийцей наших родителей. Как? Как ты могла?
– Я хотела жить. Ты не представляешь себе, как сильно я хотела жить, – зло проговорила Ведана, сверля её взглядом. – Потому что, как только я начала понимать речь, меня приучали к мысли о том, что я должна умереть и умру, лишь бы сохранить тебя. Первую из Воинов Забвения, родившихся за многие сотни лет. Но провалиться мне на этом месте, если я понимаю, что в тебе особенного. По-моему, обычная безмозглая бой-баба.
– Я хотя бы не предательница своего рода! – Млада угрожающе приподнялась с места. – И не раздвигала ноги перед кровным врагом все эти лета!
– Да что ты понимаешь! – сверкнула Ведана глазами и подалась ей навстречу. – Мой род бросил меня на гибель! Принёс в жертву! За что я должна его благодарить? Почему должна чтить его память?
 
Зорен обеспокоенно выпрямился и попытался удержать её за локоть. Лошади в тени деревьев зафыркали, затопали, косясь блестящими глазами в сторону костра.
– Цыц, квочки! – Хальвдан крепко схватил Младу за руку. Она отдёрнула ладонь и снова села на бревно. – Раскудахтались… У меня мурашки по коже, когда вы ссоритесь. Это жуткое зрелище, надо сказать. Как будто Млада горланит на своё же отражение, – воевода помолчал, дожидаясь, когда станет окончательно тихо. – Выцарапать друг другу зенки ещё успеете, а сейчас нам нужно во всём разобраться.
– Ведана правда больше ничего не знает, – негромко отозвался жрец. – Я тоже пытался о многом её расспросить. Думал, что-то ей рассказывали родичи. А я знаю только, что Млада была нужна Корибуту. Кажется, это было как-то связано с тем, что он хочет выбраться из Забвения. Ему нужны были её силы. Когда выяснилось, что Млада пропала, он взялся за Драгомира. Хоть для него это гораздо сложнее. Младу он мог привлечь на свою сторону с помощью ритуала во время первой лунной крови, – Зорен покусал губу очень похоже на то, как это иногда делал Рогл. – А для того, чтобы сразу завладеть Драгомиром ему пришлось набраться сил. Поэтому прошло много лет. Были налёты на деревни княжества, пленники, жертвоприношения.
– Так всё-таки кто он? – Млада снова перевела взгляд со своих рук на Зорена. – И чего хочет?
– Он – один из самых могущественных Воинов Забвения, которые когда-либо существовали. Его силы почти безграничны. И он хочет возродиться. И почему-то Драгомир подходит ему для этого лучше всего. Думаю, между ними есть родство. Он заманил его на эти земли, убив его невесту. Он заманил его в лагерь вельдов, чтобы провести самое большое, последнее жертвоприношение… Да, не смотри на меня так, воевода. Ваши воины все стали жертвой Корибуту. А первыми отдали ему свою кровь воины из Елоги. Поэтому их тела были в лагере. Он дал Драгомиру в руки этот посох. И потому, если удастся уничтожить посох, мы на какое-то время сдержим Корибута. Но, боюсь, ненадолго. Князь уже в его власти. И она пока что слаба, но будет усиливаться.
Хальвдан вздохнул и подбросил в потускневший костёр пару веток.
– Значит, посох – не избавление?
– Нет. Но у нас будет время выяснить, что делать дальше.
– Хотел бы знать, как это сделать… И чем нам грозит появление Корибута?
– Тем, что с вами будет то же, что и с погибшими сотнями. В Забвении таятся такие твари, которые не снятся людям даже в кошмарных снах. А Корибут придёт к власти. Любым способом. Тем более, Драгомир трон ему уже подготовил.
Воевода резко переломил о колено очередную палку и особенно раздражённо швырнул её в огонь. Он молча что-то обдумывал, а Млада не решалась снова влезать в разговор. И своих вопросов в голове было предостаточно.
– Так почему ты решил помогать нам? – наконец снова заговорил Хальвдан.
– Корибут обманул меня. Он не дал мне ничего, только сделал чудовищем, – Зорен вздохнул и необычно тепло посмотрел на Ведану; та слабо улыбнулась ему. – Всё, что у меня сейчас есть: сын, которого я, правда, погубил не по своей воле. Ведана. Они делали меня человеком… пытались делать. Их я обрёл сам. В те моменты, когда находил силы идти против Корибута. Если вам вдруг придётся с ним столкнуться за время этого пути – а так непременно будет, ведь он не оставит нас в покое – я не хочу, чтобы вы обманулись. И не верили ему, что бы он ни предлагал. Он умеет только разрушать.
Маленький лагерь сковала тишина. Каждый размышлял о своём. Тихо потрескивали еловые ветки в костре. Вокруг было темно и неподвижно. Хальвдан поднял голову к небу, огляделся. Млада невольно сделала то же. Вечер уже превратился в глубокую, студёную ночь.
В нутре неприятно ворочалась недавно съеденная солонина, а тело ныло всё от макушки до пят, так и не получив достаточного отдыха со вчерашнего дня. Завтра снова в дорогу, и нынче она обещает быть очень длинной. Сначала до Аривана, а там – к Мастеру через пустыню и солончак. Понадобится благословение всех Богов, чтобы преодолеть этот путь. За себя Млада не волновалась. Да и в воеводе была уверена. А вот остальные… Как бы не стали обузой.