Воин забвения. Отравленный исток
Елена Счастная
Воин забвения. Отравленный исток
Глава 1
Снегопад закончился ещё утром, перед тем, как удалось добраться до конюшен. Сейчас закатное солнце искрами пробегалось по пышным белым шапкам на ветках елей и молодых сосёнок. Ветер, и до того слабый, к вечеру вовсе стих и не торопился скидывать с деревьев сияющее убранство.
Млада срезала ещё одну сухую ветку, сунула в руки идущему следом Зорену. Выгребла из-за шиворота очередной ворох снега, обсыпавшего её с потревоженной ели. На большее, чем просто нести подготовленные для костра ветки, жрец пока не годился. Всё ещё слишком слабый, покачивающийся, как былинка на ветру. Хальвдан в очередной раз поиздевался, отправив его в помощь Младе. И никаких возражений не принял: видно, до сих пор продолжал считать себя главным. Хоть теперь их с верегом вряд ли можно было считать кметем и воеводой. С сегодняшнего утра они снова равны.
Жрец застрял где-то позади в сугробе, задержался. Млада нетерпеливо оглянулась. Невыносимо хотелось воткнуть нож Зорену в висок, но она сдерживалась. Теперь придётся путешествовать вместе ещё пёс знает сколько. Надо терпеть. Но при случае она с живого него не слезет, пока не вытащит всё про Забвение и его так называемого Хозяина.
– Не боишься, жрец, идти туда, где, наверное, уже умер твой сын? И где тебя ласково могут встретить палками и спущенными с цепей собаками? – Млада снова коротко обернулась, Зорен взял из её рук ветку.
– Чему быть, того не миновать, – пожал он плечами. – Мне в княжестве нигде не рады. В самую пору бегать по лесам, как зверь. Прятаться.
Млада хмыкнула.
– А ты и есть зверь. Причём самого поганого пошиба. Навроде крысы. Неужели тебе совсем не жаль Рогла? Он же твоя плоть и кровь.
– Какие бы я сейчас ни завёл оправдания, вы мне всё равно не поверите. Поэтому я не хочу оправдываться. И мне тяжело от того, что я так поступил с Роглом – вот, в чём правда. Но… это был не я. Это был приказ. И не знаю, как это объяснить по-другому, – Зорен остановился и поднял несколько упавших веток. – Я хотел бы снова увидеть его и попросить прощения.
– Боюсь, уже не успеешь, – Млада не удержала вздох и на мгновение опёрлась рукой о ствол ближайшей ели. – Да и гроша ломаного не стоят твои извинения.
Зорен поравнялся с ней и заглянул в лицо. Его светло-голубые глаза в лучах солнца казались почти белыми. Страшные глаза, холодные. У Рогла другие – чёрные, как земля после дождя – видно, в мать уродились. И смотрит мальчишка по-другому. А этот – отрешённо и безразлично. Будто ничего уже в этой жизни его не трогает. Насколько глубоко успело изменить жреца Забвение? И как надолго хватит его сил сопротивляться Корибуту, если всё, что о нём рассказано – правда?
– Я всё же попытаюсь искупить хоть часть вины, – он глянул в ослепительную даль. – Возвращаемся?
– Да.
Солнце садилось стремительно. Его красноватый шар мелькнул в просветах между стволов, мигнул напоследок последней вспышкой лучей и скрылся. Пока Млада и Зорен успели вернуться к разбитому недалеко от дороги лагерю, на лес опустились плотные сумерки.
Хальвдан тоже притащил для костра огромную связку веток и уже развёл огонь. Готовить на нём нечего, но в безветренную погоду можно хотя бы погреться. Лошади, накормленные и напоенные ещё в конюшне, а сейчас накрытые попонами, переминались с ноги на ногу, беспокойно стригли ушами. Ведана сидела на трухлявом промёрзшем пне, прислонившись спиной к сосне и безучастно следила за воеводой. Тот поднял глаза на подошедшую Младу и кивнул на кучу дров в стороне: складывайте, мол, туда.
– Ну что, жрец. Жив? Не схоронила тебя Млада в сугробах, гляжу. Хоть надеялся на это, надо признать.
Ведана рассерженно зашевелилась на своём месте, отодвигаясь. Зорен молча сел рядом с ней. Млада опустилась на бревно к воеводе и, вытряхнув снег из сапог, глянула в его подсвеченный костром профиль. Отвечать ничего не хотелось. Хотелось только разобраться во всём что произошло, в причине, по которой она сейчас держит путь в Ариван, чтобы уничтожить посох, угрожающий Драгомиру.
Она бросилась в эту заварушку без оглядки, чувствуя, что так нужно. Ни на мгновение не усомнилась. А сейчас, когда спешный побег из Кирията сменился более размеренной дорогой, задумалась, зачем это всё? Кто ей Драгомир? Ведь он запросто решил казнить её, даже не попытавшись понять и разобраться. И кто ей все эти люди; почему она решила вдруг отправиться в путь с ними? Зорен, извечный и ненавидимый ею враг. Хальвдан, самовлюблённый грубиян, постоянно задирающий её и глядящий с пренебрежением и насмешкой. Ведана… Сестра или теперь совершенно чужой человек? Млада подняла голову и невольно встретилась с такими же, как у неё, глазами. Сегодня она всё выяснит.
После того, как со скудным ужином из впопыхах прихваченной солонины и хлеба, запитых растопленным на костре снегом, было покончено, воцарилась неловкое, напряжённое молчание. Млада от безделья подкинула в костёр толстую и, кажется, слишком сырую ветку. Дым повалил в лицо. Она закашлялась и отвернулась, вытирая слёзы. Хальвдан отсел чуть подальше, вытянул перед собой ноги и, окинув взглядом остальных, усмехнулся.
– Разговорчивые все, аж жуть. Только тебе, вельдская паскуда, отмолчаться не удастся, – его тон моментально сменился с шутливого на угрожающий. – Мне до колик хочется узнать в подробностях, чего ты наплёл Бажану и Младе такого, что они подскочили и кинулись тащить твой посох аж к бесу на рога. Сейчас нам, вроде, торопиться особо некуда.
Зорен некоторое время спокойно его разглядывал, а потом уставился в пламя.
– Почти всё, что знал, я рассказал им. Но начну снова и по порядку, если того желает княжеский воевода.
Хальвдан удовлетворённо и беззлобно улыбнулся одним уголком рта.
– Вообще-то воевода желает тёплую баньку и не менее тёплую бабу в постель. Но всё равно говори.
Волхв ещё несколько мгновений грел руки, протянув их к костру, а потом вздохнул.
– До каких-то пор я вообще не знал о своём вельдском происхождении. Надо думать, что той крови во мне пара капель, но этого, видно, Корибуту оказалось достаточно. Он появился, когда я хотел покончить с жизнью, – Зорен коротко глянул на воеводу, когда тот удивлённо хмыкнул. – Мне тогда казалось, что другого выхода нет. Мои жена и ребёнок погибли в пожаре, и мне тяжело далась эта потеря. Очень тяжело. Погибли не только они, но и всё дело, которому я хотел посвятить жизнь. Я был лекарем. Но мои знания и умения оказались бесполезны. Помочь им я не успел. Уезжал в город за нужными для снадобий травами. А жена и сын обгорели почти до костей.
– Другой выход всегда есть, – тихо, как будто так, чтобы никто не слышал, произнёс Хальвдан.
– Ты когда-нибудь терял всё, воевода? – Зорен пытливо посмотрел на него. – Всё. Словно тебя срубили под корень?
– Не всё, но многое.
Жрец немного помолчал, разглядывая верега. Ведана мягко тронула его за плечо, как бы утешая.
– У меня вмиг не стало ничего, как мне тогда казалось. А когда я уже задыхался в петле, появился Корибут. Он знал, когда нужно прийти, будто ждал подходящего случая. А может… Может, это он и убил моих жену и сына. Сейчас я уже не уверен. Он пообещал, что вернёт мне всё, чего я лишился, если помогу ему. Я видел его перед собой, как вас сейчас. И слышал его голос.
– И ты согласился… – буркнула Млада, не глядя на жреца. – Поверил голосу в голове. Может, ты просто тронулся умом?
Тот повёл плечом и прикрыл лицо краем капюшона, когда между деревьев проскочил стылый ветерок.
– Мне тоже сначала так казалось. Но я предпочёл поверить, что скоро смогу вернуть потерянную жизнь. Правда, Корибут забрал у меня даже то, что осталось. Первым его приказом было возрождение вельдов из Забвения. Его верных слуг. Для этого понадобилась моя кровь. Я сам провёл ритуал и своими глазами видел, как из темноты появляются воины. Они словно выходили из-за ткани другого мира.