Ростов-папа. Часть 2 (СИ)

Одно радовало: не было финок и прочего «холодняка», то есть на перо меня точно не посадят.
— Трое на одного? — с презрительной миной спросил я. — Как-то нечестно, мужики!
— Да пошёл ты! — ругнулся красномордый и кинулся на меня первым, разжигая драку.
Подвела его хмельная башка и плохая координация движений. Я сбил увальня подсечкой и, когда он оказался на спине, нанёс короткий и мощный удар в нижнюю челюсть, гарантированно отправляя в отключку.
Одним желающим набить мне морду стало меньше, хоть какой-то позитив.
— Ещё есть желающие?
Желающие нашлись.
Нет, будь его товарищи потрезвее, скорость и лихость, с какими я расправился над их корешем, заставила бы пейзан действовать гораздо осторожней, но… не зря говорится: все беды в нашей жизни от алкоголя.
Разгоряченные самогоном «колхозники» только сильнее взбодрились и, как по команде, ринулись на меня, желая отмщения. Действовали они спонтанно и потому только мешали друг дружке.
И всё равно, двое против одного, расклад не в мою пользу.
Эх, разойдись рука, раззудись плечо!
Первого пинком отправил на землю, уложив возле красномордого. Теперь тому хоть не так скучно будет.
Тяжёлая зимняя поверженного мешала ему быстро встать на ноги, поэтому на какое-то время у меня остался всего один противник: не хлюпкий, но всё-таки и не богатырь. Обычный мужик, среднего роста и телосложения.
Он попытался заехать мне в скулу, немного не рассчитал, и его кулак мелькнул у меня перед носом, впустую пробороздив воздух.
А вот и ответка. Я изловчился и двинул ему снизу вверх, целясь в подбородок. Бум. Голова крестьянина дёрнулась, он явно потерялся во времени и в пространстве, зашатался и тут же получил дополнительную порцию горячих.
Закончилась процедура тем, что гражданин тоже отправился баиньки.
Полная победа! Вот только сердце моё по вполне понятным причинам не пело. Я прекрасно понимал, что лупцевали они Лёньку не за то, что тот отказался перевести старушку через дорогу, и потому были в своём праве, так что старался никого не калечить. Да, бил резко и больно, но не так, чтобы переломать руки, ноги или челюсть.
— Что ж ты творишь, ирод! — закричал с холодной земли тот, которого я уложил возле красномордого. — Эту сволочь защищаешь?! Да он же — упырь! Честной народ обманывает…
— Так, мужчина, мне с тобой спорить некогда. Собирай своих приятелей и вали отсюда, покуда я добрый. А насчёт него, — покосился я на Лёньку, — не переживай. Разберёмся.
— Разберётся он! — буркнул мужик, но спорить не стал, подхватил обоих дружков и старательно попёр к торговым палаткам.
Будет хреново, если сейчас он встретит кого-то из сочувствующих и вернётся с подкреплением.
Пора сматываться.
Я склонился над Лёнькой, потряс его за плечо.
— Зубок, ты как?
— Как — как! Голой ж… об косяк! — отозвался тот, еле шевеля разбитыми губами.
— Идти сам можешь?
— Не знаю. Щаз попробую.
Он сделал шаг, другой и тут же выругался.
— Сука! Чтоб этим гадам ни дна ни покрышки!
Я закинул его руку себе на плечо.
— Потерпи чуток. Сейчас я тебе помогу.
Лёнька кивнул.
Вместе мы двинулись к выходу с рынка, причём каждые тридцать секунд Зубок шипел от боли и матерился.
— Может тебя в больничку? — предложил я.
Он скривился.
— Не надо в больничку. И так заживёт. Думаешь, мне в первый раз досталось?
— Да уж что-то мне подсказывает, что с твоей профессией тебе частенько прилетает. Как же тебя угораздило так обмишуриться?
— Один из них узнал меня. Я в прошлом году его на деньги выставил, а сегодня случайно на его знакомого нарвался. Вот и понеслась нелёгкая, — криво ухмыльнулся он. — Если б не ты, харкать мне юшкой до конца лет. Дюже серьёзно за меня эти мужички взялись.
— Если не в больничку, куда тогда?
Лёнька махнул рукой.
— Туда. За забор выйдем, я там отдышусь.
— Как скажешь.
Когда мы покинули территорию рынка, Зубок окинул меня задумчивым взглядом:
— Только не говори мне, что случайно мимо проходил…
— Не скажу, — ухмыльнулся я. — Тебя искал.
 
— Зачем?
— Про ограбление поезда слышал?
— Весь Ростов о нём только и говорит. Лихо паровоз подломили…
— Кто это сделал, знаешь?
— Догадываюсь, — важно произнёс он.
— Рейка?
Зубок попытался улыбнуться, но в результате зашипел как рассерженный гусь.
— Суки, все губы разбили! — пожаловался он.
— Ты не ответил: Рейка при делах или нет?
— Само собой, при делах. Только не он был за главного.
— А кто?
— Медик всё провернул.
Про Медика, в мируИвана Менникова, я уже как-то слышал краем уха, но ещё не сталкивался в своих расследованиях, поэтому захотел узнать о нём побольше.
— Что ещё за Медик? Действительно — врач?
— Из него такой же врач, как из меня сельский учитель. Прозвище у него такое: Менник — Медик, — пояснил Лёнька. — Молодой и борзый. Ещё и тщеславный. Через то и помрёт.
— Раздобудь мне информацию, где скрываются Рейка и Медик.
— Не пойдёт, мент. Если кто-то из них узнает, что это я вас навёл — мне крышка.
— Никто ничего не узнает.
— Э, не ты, так другой сдаст! Наверняка у Рейки или Медика есть кто-то из ваших прикормленных.
— С тобой будем общаться только я или Михайлов. Гарантирую, что твоё имя нигде не будет фигурировать, ни в одном из материалов. Ну и мы в долгу не останемся, можешь не сомневаться. Ты это, приходи, если что, — голосом волка из знаменитого мультика произнёс я.
— Ага, к вам придёшь, а назад не выйдешь.
— Выйдешь, не переживай, — заверил я. — Так что, Лёня, поможешь найти Рейку и Медика?
— Я поспрошаю потихоньку. Обещать — не обещаю, но сделаю, что могу.
— Договорились. Так как насчёт больнички?
— Я лучше дома отлежусь, мне там лучше будет.
Простившись с Зубком, я отправился в угрозыск. Если информатор не подведёт, рано или поздно мы обязательно выйдем на след обоих бандитов.
Войдя в кабинет я сразу почуял что-то неладное: повсюду царила тягостная атмосфера и уж больно печальный и удручённый вид был у моих коллег.
— Что-то стряслось? — с порога спросил я.
— Стряслось, — подтвердил Паша Рыженко. — Реязова убили.
  
Глава 6
 
Да уж, известие, прямо скажем, было невесёлым. Кто терял боевых товарищей, тот меня поймёт.
Скорбь по погибшему и ненависть к тем, кто это сотворил, захлестнули меня с головы до ног.
— Вечная память, — протянул я, снимая с головы шапку. — Как это произошло?
— Застрелили на квартире Авикова — его информатора. Реязова сразу наповал, а Авикова ранили. Он скончался по дороге в больницу. Перед тем как умереть, успел сообщить, что в них стрелял Рейка. Он внезапно нагрянул на квартиру Авикова и опознал Реязова, — пояснил Паша. — Короче, Художников приказал Рейку живым не брать.
Оперативники одобрительно закивали.
Я был с ними солидарен: этому гаду больше нет места на земле.
— Похороны намечены на послезавтра, — добавил Паша.
— Послезавтра? — встрепенулся наш парторг Андрей Голубев. — На послезавтра у нас очередное собрание партийной ячейки уголовного розыска было намечено. Если не возражаете, я перенесу на другой день.
— Конечно, переноси, — кивнул Паша. — Проводить товарища в последний путь — святое дело.
Он повернулся ко мне.
— А ты как сходил? Есть новости?
— Есть. Мне на Старбазе шепнули, что налёт на поезд организовал Медик, — сообщил я. — Мне бы в материалах по нему покопаться… Может, найду ниточку…
— Копайся на здоровье, — разрешил Паша. — Новичкам везёт.
— Это я — новичок?
— Ну в смысле, новичкам в нашем городе, — поправился Паша.
Он подошёл к своему сейфу, открыл дверцу и , достав оттуда полдюжины пухлых папок, положил на мой стол.
— Вот, изучай. Тут все его подвиги за последние три месяца.
Я обратил внимание на объём документов.