Ростов-папа. Часть 2 (СИ)

Немного позубоскалив с довольным аж рот до ушей Левоном, отправились на доклад к Художникову.
— Значит, Шульц — агент Мышанского… — протянул тот. — Молодцы, чекисты, грамотно работают. Надеюсь, и у нас тоже появятся подвижки на этом направлении.
Он пояснил:
— Реязов собирался сегодня встретиться со своим информатором из столовой, вроде как есть хорошие новости.
В тот момент мы ещё не знали, что на самом деле ждёт нашего товарища.
  
Глава 5
 
Встреча Реязова со своим информатором натолкнула меня на идею навестить Лёньку Зубка — рыночного жулика, уже успевшего оказать нам кое-какие услуги.
Сразу после совещания я направился на Старбаз — старый базар, место, где промышлял Лёнька.
Оказавшись там, я понял, что переоценил свои силы: народу на рынке было полным полно, казалось, сюда приехало полгорода. Толпы покупателей фланировали вдоль бесконечного количества торговых рядов, а от криков продавцов можно было оглохнуть.
Сущий Вавилон…
Искать тут Зубка всё равно, что иголку в стоге сена. Да и не факт, что он будет рад встрече. Может и свалить от греха подальше.
Я — человек настойчивый и упрямый, а уныние — тяжкий грех. Надо что-то придумать, причём быстро, и я придумал.
Здесь нужен тот, кто в толкучке Старбаза чувствует себя как рыба в воде и знает все входы и выходы.
Кажется, я знаю, кто мне поможет.
У центральных ворот чумазые пацаны-беспризорники зарабатывали на жизнь, кто как умел: развлекали публику грустными песнями или «стреляли копеечку», выпрашивая подаяния. Мальцы посерьёзнее подряжались в грузчики и таскали на угловатых подростковых плечах тяжёлые узлы и мешки.
Да уж… сколько лет ещё будет решать советская власть эту проблему.
Я поманил одного из них, побойчей, пальцем. Моя физиономия в городе ещё не примелькалась, и мало кто знал, где я работаю, так что от меня не шарахались и за три версты не обходили.
Пацан спокойно подошёл ко мне и уставился пытливым взором, в котором не было признаков страха, а скорее обычное любопытство. Ну и желание подзаработать, куда без него.
— Тебе чего, дядечка? — солидным тоном спросил он.
Голос его уже начал ломаться, и подростковый басок то и дело сменялся детским писком.
— Дело есть, — в тон пацану ответил я.
— А мне с того какая корысть?
Я показал монету.
— Будет твоей, если найдёшь мне Лёньку Зубка.
Я не сомневался, что беспризорники, регулярно ошивавшиеся на рынке, прекрасно знают всю местную гопоту от урок до сявок, поэтому даже не стал уточнять, в курсе ли парнишка, о ком идёт речь.
— А если не найду? — усмехнулся мальчишка.
— Значит, деньги останутся при мне.
Пацан на секунду задумался, прикидывая потенциальные проблемы и собственные выгоды.
— А тебе он зачем? — для вида поинтересовался он.
— Тебе сказать, что с любопытной Варварой на базаре сделали? — улыбнулся я и шутливо потянулся к его носу.
— Не надо, — отпрянул пацан и вытер рукавом разодранного пальто чумазый шнобель. — Ты тут постой, а я сбегаю.
— Договорились.
Пацан исчез в воротах, а я принялся ждать.
Минут через пять меня дёрнули сзади за полу пальто. Я обернулся и с удивлением увидел своего посланца. Надо же, какой шустрый. И как это я его пропустил?
Через центральные ворота он не выходил, значит, воспользовался другим выходом.
— Нашёл?
— Нашёл, дядечка. Только ты б поспешил, если тебе Зубок сильно нужен, — встревоженно произнёс он.
— Что такое? — нахмурился я.
— Убивают его, — пояснил мальчишка.
— Чего?! — воскликнул я. — А ну, веди…
Беспризорник повёл меня какими-то окольными путями. Мы пропетляли мимо палаток, амбаров и складов и оказались напротив обшарпанной стены, вдоль которой лежали кучи мусора. Хватало здесь и человеческих экскрементов — понятно, куда нетерпеливая публика бегает справлять большую и малые нужды.
Запах тут стоял просто отвратительный.
— Там его бьют, за деревьями, — показал беспризорник.
Я присмотрелся.
Действительно, в небольшой рощице трое дюжих мужиков, судя по всему, деревенских, чистили морду Зубку, причём делали это в лучших традициях сельских драк: жестоко и кроваво. Если не прийти урке на подмогу, скоро от него останется отбивная, а это точно не входило в мои планы.
 
Что самое интересное, на помощь Зубок не звал, да и редкие свидетели делали вид, что ничего не происходит и спешили покинуть место. Похоже, тут действовал закон джунглей: каждый сам за себя.
Милиция тоже обходила закуток стороной, так что расправа могла длиться бесконечно долго.
— Жалко Лёньку, — внезапно всхлипнул беспризорник. — Он хороший, добрый…
Надо же, оказывается наш Лёня не такой уж пропащий. Только это не мешало ему разводить доверчивых граждан, и по идее сейчас он получал по заслугам.
Но, как ни крути, придётся вмешаться. Мне Лёнька ещё нужен. С информаторами у меня пока толком не сложилось, Зубок чуть ли не единственный, у которого я мог хоть что-то узнать.
— Держи, заслужил, — протянул я деньги парнишке. — И не переживай за Зубка, сейчас всё порешаем.
Я быстро пошагал к роще, прикидывая план действий: не думаю, что трое разгоряченных мужиков выпустят из рук добычу после моих словесных увещеваний, значит, придётся пустить в ход кулаки. Светить корочки уголовного розыска или угрожать наганом нельзя, после такого Зубку будет проще сразу купить мыло и верёвку: на базаре ему больше жизни не будет, как и в остальном городе. В его кругах связь с угрозыском, мягко говоря, не поощряется.
— Постойте, православные! — закричал я на ходу. — Вы ж его убьёте!
— А тебе какое дело? — на секунду отвлёкся от увлекательного процесса экзекуции дородный крестьянин с круглым и красным лицом.
Сдаётся, что незадолго до инцидента, он успел изрядно принять на грудь, да и его напарники тоже были подшофе.
А вот это плохо, нетрезвые граждане не очень-то расположены выслушивать чужие доводы, даже если те полны логики. Тут нужен другой подход, вот только вряд ли успею его найти.
— Не хочу, чтобы грех на душу приняли, — привёл я первый попавшийся довод и, видать, не самый удачный.
— За него-то? — хмыкнул краснолицый. — Ошибаешься, паря. За этого гада как раз сто грехов сразу спишут.
И, показывая что ему моё мнение на хрен не сдалось, он двинул несчастному Лёньке под дых. Зубок сразу согнулся и выблевал на грязный снег содержимое желудка.
Такими темпами скоро рыночный жулик начнёт ходить в туалет кровью, мужики работали как заправские мясники, отбивая и печень и почки.
— Граждане! — дружелюбным тоном заговорил я. — Отпустите его и расходимся миром. По-хорошему прошу.
— Никак ты его дружок? — склеил глаза в узкие щёлочки красномордый.
Эта догадка показалась ему очень похожей на правду.
— А ну, ребята, давайте-ка оприходуем и этого гада! — предложил он. — Да тут одна шайка-лейка собралась!
Поскольку Лёнька уже не мог дать отпора, внимание всех троих полностью переключилось на меня. Их взгляды не предвещали ничего хорошего, да и вообще, сдаётся мне, в данный момент им уже было всё равно, кого лупасить.
Теперь в воздухе запахло не только человеческим дерьмом, но и приличной дракой.
— Бросайте вы это дело, мужики, — всё так же миролюбиво произнёс я. — Не по-людски это, не по-христиански! Сами ж потом пожалеете!
— Это ты у нас сейчас пожалеешь! — многозначительно пообещал красномордый.
Они стали заходить с трёх сторон, беря меня в клещи.
По всем правилам бойцовской науки самым логичным способом будет смазать лыжи и удрать отсюда как можно подальше, или заорать «пожар». В драке против троих у обычного человека мало шансов, даже если ты неплохо подготовлен. К тому же противники мне попались достойные, явно с большим опытом боёв деревня на деревню. Такие легко не сдаются и прут напролом.
Я снова с сожалением подумал про спрятанный в невидимой кобуре наган. Эх, как бы он сейчас уравнял мои шансы… Но, нельзя и точка!